Мориса Лин – Шут для сестры короля (страница 7)

От увиденного Камилла охнула и от стыда закрыла лицо руками.

Мужское достоинство, которое она ни разу не видела в жизни, было перед ней во всей красе.

Она в ужасе разглядывала эту огромную штуку и для сравнения приложила свою руку, задумчивая представляя, для кого же такое может быть предназначено.

Она надела платье.

И тут она разглядела кинжал в животе орка. Ей сразу всё стало ясно. Лужа крови была под ним.

Более не раздумывая ни секунды, она сняла нижнюю юбку и приложила к основанию раны, взяв кинжал в ладонь. Она выдернула его и тут же зажала рану. Сидеть придётся долго. При этом прямо перед её носом было то, от чего девичьи щёки стали стыдливо пылать румянцем.

Камилла не была красавицей. Низкорослая, курносая, с простым лицом селянки. Женихи не стояли очередью за воротами отцовского дома, а ведь ей уже пора было выходить замуж. Сватался один, местный неуклюжий детина, но она буквально умоляла отца подождать хоть кого-нибудь ещё.

Осмелившись, она одной рукой дотронулась до мужского стыда и одёрнула ладонь, будто обожглась. Гигант ничего не чувствовал. Тогда она уже уверенней взяла его в руку и сжала. Сердце забилось в волнении. Представить, что такое может подойти простой человеческой женщине, она не могла.

После двух часов сдавливания раны она, наконец, решилась отпустить от неё руку. Кровь остановилась. Теперь надо было как-то дать орку воды и настоя. Приподняв его голову, она осторожно влила жидкость ему в рот. Лицо гиганта было красивым, словно выточенным скульптуром. Но Камилла поймала себя на мысли, что увидеть его пришедшим в себя было бы для неё ужасом.

Более сделать в этот день она ничего не могла. Надо было возвращаться и наварить ещё лекарства, принести воды. Отец, наверно, уже волнуется.

Оставлять вход без прикрытия было бы опасно — кругом бродили дикие звери. Камилла нашла несколько подходящих больших веток и прикрыла ущелье.

Юбку с орочьей кровью отправилась отстирывать к ручью. Всё увиденное сегодня казалось сном.

«О Боги, я прижималась к незнакомому голому мужчине, видела его голым...», - крутилась мысль в её голове.

Дома действительно уже волновались. Но Камилла, не говоря никому ни слова, принялась варить в большом котле целебный вар. Сказала, что встретила из другого селения знакомую и той надо лечить мужа.

В девичьей груди поселился жар.

Весь вечер перед её глазами был обнажённый орк. Живот внизу стало потягивать изнывание.

Она уткнулась в подушку и заплакала. И от страха, и от волнения. Было и страшно, и в то же время тянуло снова туда, в ущелье.

Едва рассвело, она бросилась в лес, взяв отвары. Ветки были на месте. Орк, очевидно, так и не приходил в себя. Она без промедления стала каплями вливать снадобье. Пришлось положить его голову себе на грудь. Он давно не мылся и от его тела исходил резкий, будоражащий её нос запах мужского пота. Он врезался в её сознание и туманил голову. Сейчас этот огромный красавец полностью принадлежал ей. Какой он в жизни? Придёт ли в себя? А если придёт, то что сделает? Ну орки же вроде разумны. Вот бы он остался здесь, с ней… Хотя она понимала, что это невозможно.

Его губы были ссохшиеся, со следами запёкшейся крови, но ей так хотелось бы почувствовать, как они целуют её. Она наклонилась и слегка коснулась их. Весь день она провозилась с раненым, и только под вечер вернулась домой. Теперь то, что было внутри груди, жгло её, не давало дышать. Она металась в тесной кровати и её лоб покрылся испариной. Уши горели. Запах мужчины преследовал её и овладел ей. Между ног всё горело, налилось.

И снова утром ноги сами несли её к ущелью. Он там был. Снова всё его тело было только её. Она нежно положила его голову на свою грудь и потихоньку поила настоями. Сердце орка билось. Кажется, чуть-чуть сильнее, чем вчера. Появился жар. Она намочила заготовленную ткань и положила ему на лоб. Глаза под веками гиганта немного дёрнулись.

- Живой! - ахнула Камилла.

- Дина…, - простонал орк.

Камилла обиженно закусила губу. Имя незнакомки врезалось в неё, словно лезвие ножа. Обидно, когда жизнь такого красавца в твоих руках, а в голове у него другая!

Девушка отвернулась и смахнула слезу. Теперь она смотрела на мужское достоинство с мыслью, что на нём побывала та женщина.

Весь день Камилла меняла ткань, быстро сохнущую от жара орка, на свежую, смоченную холодной водой. Но жар не отступал.

Дина. Кто она, эта Дина? Орчиха, как он сам?

Еды дома было в обрез. А новому знакомому нужна еда. Взяв несколько варёных картофелин, Камилла с новым запасом настоев отправилась в лес.

Она привычно убрала ветки от входа. Орк лежал, но позу, кажется, немного поменял. Камилла осмотрела его, потрогала лоб. Ещё горит. Она отвернулась и стала разбирать лекарства в корзинке, когда почувствовала на спине его взгляд. Она медленно обернулась и вскрикнула.

Большие карие глаза внимательно смотрели на неё.

От волнения Камилла взяла палец в рот и прикусила его.

- Где я? - раздался бас орка.

- Тут лес…, - робко ответила Камилла.

- Где Леренея?

- Рядом…

- Мне надо уходить, - сказал орк. Но это было скорее размышление, чем действие, потому что рана не дала ему даже двинуться с места.

Лицо гиганта мучительно искривилось от боли, лоб покрылся испариной. О наготе он и не думал.

Постепенно приходя в себя, он наконец стал внимательнее разглядывать незнакомку и тут до него дошло, что она заботилась о нём.

- Ты лечила меня?

- Да…

- Спасибо. Я велю отблагодарить тебя.

Он сразу отметил для себя, что девушка — простая селянка. Как женщина, она не всколыхнула в нём интереса.

Вот это и увидела в его глазах Камилла.

- Как тебя зовут?, - спросил орк.

- Камилла. А тебя?

Каан задумался. Его имя было ненавистным каждому человеку в этих землях. Стоит назвать его — и последняя надежда встать на ноги и увидеть родных исчезнет.

- Кзарг, - ответил он, подумав.

- А я думала, орки страшные и уродливые. Ты… не такой.

Каан не стал объяснять, что он полуорк. Оглядел своё тело. Всё было на виду. Но стыдливо прикрываться уже поздно, да и нечем, решил он, и обречённо вздохнул.

- Все эти дни тебе приходилось смотреть на это… Извини.

Камилла молчала. Лечение откладывать было нельзя и она решительно подошла, положив голову орка на свою грудь. Тот и слова не сказал и пил всё, что она давала ему.

Потом она протянула ему картошку. Для гиганта это был не более чем лёгкий перекус. Каан проглотил еду и даже не почувствовал, что что-то съел. Голод стал нарастать.

- Кому-нибудь говорила, что я здесь?

- Нет.

- Спасибо. Я должен столько раз тебя благодарить, что слов не хватит… Твоей семье наверняка нужны деньги. Она будут, обещаю. Как только… доберусь к своим.

Но лицо Камиллы не стало радостным при упоминании денег.

- Да, мы бедны, - с достоинством призналась она, - но я денег не просила.

Каан нахмурился в недоумении.

- Камилла… есть ли возможность послать известие в Таланис?

- Нет! - вдруг воскликнула она.

- Но ты не дослушала…

- Я никуда не пойду! И ничего никому говорить не собираюсь!

Жар от раны одолевал Каана, а голод высасывал последние капли сил.

- Но меня бы забрали, - прошептал он, снова теряя сознание.

Мечты Камиллы рушились. Нет, никогда этот красавец не останется с ней! Только очнулся и уже хочет сбежать! Она для него будто и не женщина.

Орк без сознания снова был в её власти.