Мориса Лин – Проклятый гарем Каана (страница 3)
Грэхам рассказывал о битве накануне, в красках описывая, как орудовал мечом.
Его глаза горели войной:
– Каан! Никогда не было ничего подобного! Наши братья погибли, но мы дали всем знать, что мы дети Богов!
– Мужчины!, – недовольно сказала Хана, – вечно вы чего-то доказываете тем, кому нет до вас никакого дела! И что толку жить во дворцах, когда надо охотиться, чтоб растить детей! Скоро не останется ни одного орка! И что теперь? Поиграли в королей, а вернулись в лес!
– Что ты несёшь, ты не видела мир!, – прикрикнул на неё Грэхам.
– Ой какие стали все гордые!, – обиженно насупилась Хана, поглядывая на Каана. Очевидно, она скучала по постельным утехам и ей было всё равно, кем был Каан и что делал.
Каан никому не уделял пылающего взгляда. Он настолько привык к человеческим женщинам, что орчихи были для него словно чужие. Однако воздержание было для него мучительным.
Ночью Хана открыла дверь и села возле его ложа из шкур.
Каан вздохнул.
– И что, так и будешь ходить, не замечая меня?, – недовольно спросила орчиха. – Ой прости, ты же правитель!
– Хана, перестань, прошу.
– Не надоело совать член в мышиные дырки?
– О Боги….
Хана придвинулась ближе.
– Посмотри, как я горяча! И я не сдохну, как те неженки в гареме!
Она сунула руку под его кожаную накидку и ухватилась за долгожданное достоинство.
– Хана!, – привстал Каан недовольно, но зов похоти нахлынул на него. Орчиха стояла наготове, задыхаясь от желания. Ему ничего не оставалось, как сделать то, чего она хотела. Было непривычно не ограничивать себя и просто отдаться страсти. Сначала он осторожничал, но Хана сама раскачала его так, что он забыл о всяких мерах.
Они лежали, глотая воздух, и Каан думал над последствием ощущений. Хана победно смотрела на него:
– Ну? Неужели тебе есть, что возразить?
Каан усмехнулся.
– Ты горяча ещё больше, чем раньше.
– Я хочу, чтоб ты навсегда забыл то недоразумение, которое было во дворце и называлось гаремом!
– Остынь, Хана!
– Легко тебе говорить! Я даже не помню, когда в последний раз была с мужчиной! Может, и я бы завела гарем!
Не успел он опомниться, как та снова оказалась на нём, ему даже не пришлось утруждаться.
Утром Хана сидела у костра довольная и глаза её светились.
Нарана улыбнулась:
– Хана, неужели ты снова с моим братом?
– Ооо, я крепко его привяжу! Я выбью всю дурь из его головы! И ни одного человека здесь больше не будет!
Нарана опустила глаза.
– Хана… это не совсем так…
Хана насторожилась:
– О чём ты? Фаэрайя давно умерла.
– Да, это так… но… у неё были ещё дети. От человека. И у нас есть сестра Саманта.
Хана сначала вспыхнула, но после осознания, что их отношениям с Кааном это не помешает, взяла себя в руки.
– Сестра Каана… Ну что ж… Детей у неё быть не может, ведь Зида умерла.
– Очень печально, что Зиды больше нет, – призналась Нарана.
– И если она тут замутит с кем-то из орков, шансов родить у неё нет.
Нарана выглядела расстроенной.
– Она моя сестра…
– Посмотри на моего Элвина… О горе мне… За что Боги так пошутили… недоросток!
– Но Элвин отличный парень! И очень красивый.
– Да, и кто он? Ни орк, ни полуорк… я зову его неведомой зверушкой.
– Зря ты так, Хана. У него впереди будет наверняка интересная жизнь.
***
Прошло несколько дней с момента возвращения Каана. Хана каждую ночь проводила с ним.
Однажды утром снова раздался скрип ворот, потому что кто-то из орков сумел выжить и вернуться.
– Морлог!, – раздались радостные возгласы.
Действительно, могучий Морлог гордой поступью вошёл в ворота. Однако, он был не один. Помимо двух сопровождавших его орков, следом показалась толпа женщин!
В деревне начался переполох. Орчихи все разом выскочили на главную площадь. Каан в это время разговаривал в комнате с сестрой и увидел в окне возвращение своего гарема.
– Мои жемчужины!, – радостно прошептал он.
Нарана с ужасом посмотрела на брата и схватила его за плечи:
– Одумайся! Здесь не дворец! Им тут не место и племя выгонит их всех! Война ещё не кончилась и ты должен быть рядом с братьями!
Она выбежала вслед за братом.
Женщины всё шли и шли, и казалось, им нет конца. Общим счётом их было около сотни.
Увидев Каана, они упали на колени:
– О наш повелитель! Не бросай нас!
– Как ты привёл их?, – спросил Каан у Морлога.
– Это не составило труда. После битвы у дворца мы с братьями ещё какое-то время были в дозоре на границе леса. И на следующий день увидели, как этих несчастных выгнали за городские ворота! Их прокляли! Им сказали, что ни один мужчина не коснётся их после того, как они спали с орком. Но грех никто не стал брать на себя, чтоб их убить, и они теперь просто изгнанницы. Ну, я их и подобрал. Я знаю, ты не простил бы меня, если бы я их оставил. Всё остальное пусть решает совет.
– Зачем ты их привёл!, – завопила Хана, и прочие орчихи подняли крик.
Морлог изумлённо смотрел на этот бунт.
Хана подошла к Каану и прокричала:
– Уводи всех их вон! Мы, женщины, не допустим грязи в нашем селении! Их прокляли люди, и мы их проклинаем!
Каан с тревогой смотрел то на свой гарем, то на обозлённых орчих. Сомнений не было – великанши расправятся с нежданными гостьями без промедления. Каан мучительно раздумывал, что же делать, когда вдруг к нему подошёл Элвин.
– Отец, оставь эту проблему мне.