Морин Гу – Флешбэк мечты (страница 30)
Кто-то фыркнул мне в спину, чему я не удивилась – последнее утверждение было слишком похоже на лозунг. Нужно придумать какую-нибудь более убедительную фразу.
Я двинулась дальше. Несколько парней и одна девчонка сидели и держали… так, это игровая приставка
«Легенда о Зельде».
Я едва удержалась, чтобы не запрокинуть голову с победным смехом.
– Ты в какой темнице? – спросила я.
Девчонка подпрыгнула на стуле и нажала на паузу.
– Чего-чего?
Я сделала шаг назад, подняла руки.
– Прости, что помешала! Мне просто эту штуку на день рождения подарили, и я застряла в Таверне с ключом.
Чистая правда, я на этом уровне чуть не сдохла, когда Джулиан разрешил мне поиграть. Предварительно заставив надеть белые перчатки.
И девчонка, и парни явно оживились, глянули на меня с любопытством.
– Да, это трудно, – произнесла она сочувственно. – Но я сейчас в Орлиной башне.
Тут меня посетило вдохновение.
– Присцилла в эту штуку играет гораздо лучше меня.
Они явно не поняли, о чем я. Пытаясь говорить как можно естественнее, я пояснила:
– Присцилла Джо. Номинантка на королеву бала.
Я раздала им листовки и только потом пустилась в разговоры про игру. Уходила, твердо зная, что все они готовы голосовать за продвинутую геймершу.
Так оно и пошло. Я подсела к готам и обсудила с ними хоррор-фильмы, которые смотрела с Вэл. С ботаниками – будущее интернета. Всем раздавала листовки и не забывала обозначить, как Присцилла связана со мной и их любимой темой.
Собственно, я как бы делала посты в социальных сетях, только в формате девяностых годов: показывала всем лицо Присциллы в самых разных ракурсах.
По завершении у меня осталось время поесть, я купила кусок пиццы (за пятьдесят пять центов! Здесь центы еще чего-то стоят!) и решила посвятить остаток обеденного перерыва знакомству с поп-культурой девяностых. Я уже несколько раз чуть не облажалась в разговорах, и так не пойдет, если мне еще неделю проводить здесь в одиночку эту кампанию.
Я двинула в библиотеку. Но прежде чем взяться за огромный ворох журналов (в исследовательских целях), взяла школьный альбом за прошлый год. Пролистала, нашла фотографии остальных номинанток. Предсказуемо, все они были белыми, худыми и симпатичными. Некоторые – из спортивных команд и разных кружков. Типа такие очень американские и очень «правильные», в том же духе, что и Присцилла. Да, пусть она и в выпускном классе, но конкурентки у нее сильные. Потом я пошла на выход, прихватив стопку журналов. Без своего лучшего друга Гугла (никогда больше не буду принимать тебя за данность, дружочек) придется довольствоваться бумажным знанием. Я направилась к трибунам на футбольном поле. В будущем они превратятся в гигантское пространство для интровертов – тут тебя точно оставят в покое.
Я нашла местечко повыше, в заднем ряду, разложила журналы. Буду заполнять пробелы в знаниях.
Просмотрела несколько журналов, выяснила, что так и есть. Взгляд скользил по заголовкам. Правые террористы взорвали бомбу в Оклахома-Сити. В Боснии война. В Руанде убивают мирных жителей. В токийском метро распылили нервно-паралитический газ. О. Дж. Симпсона оправдали. Да уж, сразу и не скажешь самой себе, утешает тебя или нет, что в мире всегда был бардак.
– Любишь читать новости?
Я вздрогнула и чуть не уронила пиццу на колени.
На трибуне ниже стоял Джейми, в руках стопка книг. Опять он! Я салфеткой стерла с журнала полоску жира.
– Я люблю читать новости?
Он, явно смутившись, опустил глаза, а потом расхохотался.
– Угу. Извини. Просто не знал, как с тобой поздороваться… подобающим образом.
Тут я улыбнулась. С воспитанием у него так себе.
– Можно с тобой посидеть? – спросил он. Поднял повыше свои книги – сверху лежал здоровенный сэндвич, норовивший вывалиться из обертки. – Не хотелось есть это чудище в одиночестве.
Тут я уже искренне хихикнула:
– Конечно. А я уже почти дожевала этот кусок жира.
– Вкусно небось. – Он сел ниже меня, аккуратно положил книги и сэндвич рядом с собой. – Это ты для какого-то задания?
– Ага… – Я скользнула взглядом по журналам. – Оно такое, нужно перечитать много новостей.
Он кивнул, развернул сэндвич, усмехнулся:
– Ты, похоже, такая же популярная, как и я.
Короткая пауза – он взглянул на меня с неприкрытым испугом.
– Прости! Я не хотел…
– Ой, да ладно. Я сижу одна на пустом футбольном поле и ем пиццу. Поэтому в курсе собственной популярности.
На лице его мелькнуло облегчение, потом смешок.
– Ладно, я и так уже сморозил кучу глупостей, пора перестать, но мне кажется, мы пока друг другу не представлены. Я Джейми.
– А я Сэм. Полностью Саманта. Саманта Канг. – Так, сколько раз мне называть ему свое имя?
– Привет, Сэм. А я полностью Джеймс. Джеймс Мендоза. – Говоря это, он смотрел на меня в упор, прямо в глаза, и сквозь настороженность проглядывало настоящее чувство юмора. Почему-то я ощутила трепет в груди.
– Салют, Джейми.
Между нами будто проскочил электрический заряд, я придвинула к себе один из журналов, делая вид, что очень занята.
Он взглянул на него:
– И что читаешь?
– Э-э… – Я взглянула на обложку. – «Атлантик».
– Скучно или занятно?
Я посмотрела на разворот – статья про американца, прилетевшего на русскую космическую станцию.
– Это вроде как занятно… Длинные статьи в журналах – утраченное искусство.
Джейми, похоже, не удивился.
– Да уж, теперь новости по большей части смотрят по телевизору.
– Во-во. – Новости. Твиттер. – Просто мне нравится, когда кому-то что-то очень интересно, и он тебе все рассказывает до невыносимости подробно, и под конец тебе тоже становится интересно. Ну, или по крайней мере ты потом можешь про это рассказывать друзьям за ужином не пять минут, а дольше.
– Друзьям за ужином? – Он приподнял бровь. Очень изящную прямую бровь. – Ты часто ужинаешь с друзьями?
Щеки у меня вспыхнули.
– Ну ты понял, о чем я.
– Да уж, я просто обожаю ужинать с друзьями.
Я шлепнула его журналом:
– Все, заткнись.
Мы оба расслабились, волной накатило тепло. Такое тепло означает, что вы больше не чужие, а друзья. И это было приятно.