Морган Монкомбл – Давай любить друг друга (страница 69)

Его теплые пальцы берут меня за подбородок, не давая сбежать от его взгляда. Это не просто взгляд. Это взгляд, от которого совершенно магическим образом слетают трусики, – повезло, что на мне их уже нет. Это взгляд, от которого я краснею и который он дарит мне, когда мы сидим в ресторане с моим отцом и его новой спутницей Сабиной. Это взгляд, который означает: «Я не дотерплю до дома». И мы не дотерпели.

– Ты не толстая, Виолетта.

– Легко тебе сказать, мистер Довожу-до-оргазма-одной-идиотской-улыбочкой!

Лоан выпрямляется и садится, выгибая бровь. Он просто сногсшибателен. За эти пять лет Лоан стал еще сексуальнее, чем раньше, хотя казалось, куда уж больше.

– Приятно знать, что я даже без рук могу довести тебя до оргазма. Больше не придется прикладывать уси…

Я мгновенно реагирую и закрываю ему рот, растянувшийся в широкой улыбке.

– Ну-ну-ну! – вскрикиваю я. – Давай-ка не торопиться с выводами! Я никогда этого не говорила. Усилия – это важно.

Он кивает в знак согласия и медленно убирает со своих губ мои пальцы, не отрывая от меня взгляда.

– Согласен!

По моей коже пробегают мурашки, когда он наклоняется и целует ложбинку на моей груди. Я откидываю голову на подушку и, закрыв глаза, позволяю ему проложить влажную дорожку до пупка. Его язык щекочет его, а руки ласкают мои бедра с внутренней стороны. Дышать становится все труднее и труднее, и вдруг я чувствую его дыхание на своем самом интимном месте… Черт!

– С меня хватит, Лоан!

Лоан вздыхает, отрываясь от того, что делал, и нехотя тянется вверх. Он ложится справа от меня и убирает прядь моих волос за ухо.

– Но ты ведь беременна, милая. Это нормально – набирать вес, – говорит он, а затем целует мой круглый живот.

Не вполне убежденная, я прищуриваюсь и нежно глажу себя по животу. Ладно, он прав. И все же прошло всего шесть месяцев, а я набрала уже десять килограммов.

Пальцы Лоана, подбадривая, сплетаются с моими, лежащими на животе. Он обожает так делать. Иногда, рано утром, до того как он встает и уходит в часть, я просыпаюсь от его прикосновений. Я притворяюсь спящей и наблюдаю за ним сквозь ресницы. В такие моменты я убеждаюсь, что из него получится чудесный отец, хоть сам он и опасается обратного. И сколько бы я ему ни говорила, что ему не нужно бояться из-за проблем его матери, особенно теперь, когда его отец устроил ее в специализированную клинику, я знаю, что он по-прежнему в ужасе.

Я прекрасно помню тот день, когда сообщила ему важную новость. Рождение ребенка не входило в наши планы, по крайней мере, еще два-три года. Признаю, все случилось довольно неожиданно, но я решила, что это знак. Я предложила поужинать в ресторане, но он ничего не заподозрил. Когда наступило время десерта, я вручила ему подарок. Он достал из коробки крошечные белые ползунки, на которых было написано «Я люблю папочку», и в тот момент, кажется, наши сердца перестали биться.

Он застыл с непроницаемым выражением лица. Я терпеливо ждала, особо не рассчитывая, что он начнет скакать от радости. В конце концов, мы никогда об этом не говорили. Лоан только что получил повышение, у меня теперь был постоянный контракт с «Жоли Мом», и мы планировали съездить в Индию.

Вот только он молчит, закрыв глаза одной рукой, не выпуская из второй ползунки. Я испугалась. Встала из-за стола и, подойдя к нему, сказала, что мы можем обо всем поговорить. Но когда он убрал от глаз руку, я увидела, что он плачет. И слегка, словно извиняясь, улыбнувшись, он сказал: «Я так тебя люблю».

Наверное, в тот вечер я заново в него влюбилась.

– Эти десять килограммов правда так сильно тебя беспокоят? – спрашивает он.

– Да!

– Тогда нам с тобой остается лишь много заниматься спортом.

Я улыбаюсь, когда он обхватывает мое лицо руками и настойчиво целует. Сердце делает сальто. Его язык с ожесточением исследует мой рот и облизывает нёбо, а рука скользит вниз по позвоночнику. Вот и время для спорта! Я решительно убираю одеяло в сторону и сажусь на Лоана, упираясь руками в его твердый живот. Не самая удобная позиция в моем положении, это факт, но в миссионерской еще хуже. Этот живот занимает все место.

Я наклоняюсь и прикусываю его за мочку, а он кладет свои руки на мои округлившиеся ягодицы.

– Подожди… Я не наврежу малышу?

– Нет, – выдыхаю я, целуя его в шею.

– Ты уверена?

Я закатываю глаза.

– Абсолютно. Наверняка он спит… или занимается чем-то еще, чем обычно занимаются малыши.

И едва он, поверив мне на слово, решает взять дело в свои руки, звонит телефон. Лоан недовольно ворчит, откидываясь на подушку.

– Вы все сговорились, что ли?

– Не ной, – смеюсь я и протягиваю руку к телефону, все еще сидя на нем верхом. – Да!

– Это Зои. Какого черта ты творишь? – раздается на другом конце голос моей лучшей подруги. – Ты опоздала уже на десять минут!

Я застываю, и с моего лица мгновенно пропадает улыбка. Черт! Лоан, не слыша ее, целует мою грудь. Я пытаюсь побыстрее придумать правдоподобную отговорку, но язык моего парня сбивает меня с верного пути.

– Ох… Я… Вау… Прости! Уже еду, – бормочу я, зажмуриваясь.

– Думаешь, я тупая?

– Клянусь! Там просто чертов… чертов грузовик перегородил дорогу и… Да двигай ты уже свою тачку!

Лоан в шоке на меня смотрит. Я кривлю лицо, чтобы он понял, но он лишь качает головой. Я совсем забыла, что договорилась встретиться с Зои и ее золовкой Джейд. По плану Зои я должна приехать и проследить, чтобы она не уничтожила Джейд к чертям собачьим – между ними не самые лучшие отношения, в особенности еще и потому, что Джейсон вечно защищает свою сестру.

– Виолетта, я звоню тебе на домашний! – сообщает мне Зои. – Ты реально думаешь, что я тупая.

Я хлопаю себя по лбу, проглатывая нервный смешок. В свою защиту скажу: научно доказано, что во время беременности мы теряем какое-то количество нейронов.

– А, да, точно. Ну… я быстро.

Она снова называет адрес, и я отбрасываю телефон. Лоан до сих пор не отказался от своей утренней задумки, но я, к сожалению, снова его прерываю.

– Мы опаздываем! – восклицаю я, отталкивая его от себя.

Я в панике вскакиваю и начинаю одеваться. Боюсь даже представить, что увижу, когда приеду, если надолго оставлю Зои и Джейд наедине. Лоан ворчит, но я поторапливаю его. И, естественно, он ускоряется, нервничая почти так же сильно, как я. С тех самых пор, как мы начали встречаться, Лоан, можно сказать, потерял свою привычку всегда и везде быть вовремя. И это не моя вина, хоть он и считает иначе. На самом деле, думаю, он просто вошел во вкус. Вовремя приходят только лузеры.

Я натягиваю первое попавшееся свободное платье. На часах одиннадцать сорок пять. Встретиться мы должны были в половине двенадцатого. Я пытаюсь застегнуть платье на спине, но безуспешно.

– Скорее, помоги застегнуть молнию! – прошу я Лоана, который на полной скорости пытается натянуть джинсы.

Он послушно подходит ко мне. Я закатываю глаза, чувствуя, что он тянет язычок вниз, а не вверх.

– Мне нужно, чтобы ты застегнул ее, а не расстегнул, Лоан.

– Прости! По привычке.

Он наконец застегивает мое платье и уходит в ванную чистить зубы. Я слышу, как он ругается себе под нос, едва не раздавив по пути Мистангет. Я же в это время бегаю по комнате, разыскивая носки и ботинки.

– Вот черт! – восклицает Лоан, возвращаясь в комнату.

– Что?! – кричу я, поворачиваясь к нему. – Только не говори, что ты раздавил Мистангет!

Та, в свою очередь, будто поняв, что речь идет о ней, вылезает из-под кровати и подбегает к Лоану. Он же потирает ногу, которой, очевидно, ударился об угол шкафа.

– Нет, с женушкой все в порядке.

– С женушкой, да?

Лоан, все еще с голой грудью и в расстегнутых джинсах, с улыбкой подходит ко мне.

– Второй, естественно.

– Хм.

Он заканчивает одеваться, а я выбегаю в гостиную и надеваю легкую куртку. Лоан идет следом, на ходу хватая что-то с кухонного стола. Мы спускаемся по лестнице так быстро, как только можем, и наконец-то садимся в машину. Он дает мне шоколадный круассан, который взял специально для меня и который я съедаю за пару минут, и мы отъезжаем.

– Кстати, ты спросил Джейсона по поводу Мистангет? – спрашиваю я и параллельно крашусь, глядя в зеркало заднего вида.

Он закатывает глаза, и это не предвещает ничего хорошего. Суть в том, что до нашего романтического отпуска остается всего неделя. Мы решили съездить на юг. Да, в этом нет ничего особенного, зато три года назад, когда я еще не была размером с кита, Лоан привез меня в Перу и показал Мачу-Пикчу. Я с детства об этом мечтала.

Я это все к тому, что мы подумали, что Джейсон и Зои могли бы позаботиться о Мистангет в наше отсутствие. Это рискованно, но у нас нет другого выхода.

– Да, спросил.

– И?..

Лоан искоса смотрит на меня, не меняясь в лице.