Морган Мэтсон – Большое путешествие Эми и Роджера (страница 14)
– Знаешь, я всегда хотел это сделать, – произнес Роджер, глядя на дерево.
– Ну так давай, – сказала я, созерцая это невероятно странное зрелище: кроссовки, ботинки, сапоги, связанные шнурками и переброшенные через ветки. Мы поехали еще медленнее, и я подумала, что Роджер остановится и все-таки осуществит задуманное, но он покачал головой. Пожалуй, это слишком расточительно.
Когда мы снова набирали скорость, я видела, как грустно он смотрел на дерево в зеркало заднего вида.
Через полчаса после дерева с ботинками я попросила Роджера остановиться на обочине, чтобы сделать несколько фото, и обнаружила, что не могу поймать в кадр весь пейзаж целиком. Так что я поворачивалась по кругу и щелкала в каждом направлении, решив, что это единственный способ составить относительно точную картину всего, что нас окружало. Потом я опустила фотоаппарат и на мгновение замерла неподвижно, наслаждаясь тишиной. Я ожидала, что мне будет страшно – стоять на обочине безлюдного шоссе посреди пустыни, но страха не было. Я чувствовала себя до странности умиротворенно.
Других машин на дороге нет. Только свистит ветер, негромко шумит работающий вхолостую мотор, а из окна машины доносятся щелчки клавиш: Роджер собирает очередной плей-лист. Я закрыла глаза и позволила ветру растрепать мои волосы. И только выдохнув, я осознала, что задерживала дыхание.
Где я побывала.
Штат № 2: Невада – «Серебряный штат».
Девиз: «Все за свою родину».
Размер: Тоже большая.
Интересные факты: Думаю, ей не повредило бы улучшение системы шоссе. Кто же позаботится о тех, кто живет в глубине штата?
Заметки: На дорожных знаках при въезде на шоссе изображены контуры штата с номером шоссе внутри. Лучше не выезжать на пустынные дороги, если вы точно не уверены, что готовы на это пойти.
Позвоните, если попадете в неприятности:
(775)5552847
Обязательно заправляйте полный бак!
Барб
Когда мы добрались до Эврики, очередного небольшого городка, уже начало темнеть. Мы не стали останавливаться на ужин: отчасти из-за того, что там, кажется, и
Когда мы снова выехали на шоссе, на горизонте уже появилась розовая полоска заката, которая постепенно разрослась во все небо. Тень от машины простиралась далеко вперед. Я откинула голову и погрузилась в созерцание заката.
– Эми, – позвал Роджер. Я взглянула на него и заметила, что он возится с разнообразными кнопками и переключателями вокруг руля. – Не пойму, в чем дело: прошлой ночью фары включились автоматически. Может, я отключил?
Он был прав: теперь уже достаточно стемнело, так что фары должны были включиться.
– Давай посмотрю, – сказала я и наклонилась к рулю, но тут же поняла, что пристегнутой мне не дотянуться. Я отстегнула ремень и наклонилась в сторону Роджера, при этом оказавшись от него совсем близко.
– Хм, – я посмотрела на кнопки справа от руля, но управления фарами там нигде не было. – Наверное, они с твоей стороны, – сказала я.
– Да? – спросил он, посмотрев вниз, из-за чего машина слегка вильнула.
– Ага, – я глубоко вздохнула и перегнулась через него, изо всех сил стараясь смотреть прямо, понимая, что, если я поверну голову, мы окажемся так близко друг к другу, будто собираемся поцеловаться. Переключатели фар обнаружились слева от руля.
– Сейчас, – сказала я, вытянула руку, тщательно избегая прикосновения, и повернула переключатель в положение автоматического управления. Фары ожили немедленно, и два пятна света загорелись на темной дороге. Я села нормально и пристегнулась, чувствуя, что мое сердце бьется быстрей обычного.
– Спасибо, – сказал Роджер и включил дальний свет. Дорога освещалась только нашими фарами, но темнота вокруг не была кромешной, потому что над нами в безграничном чистом небе ярко светила огромная луна. А звезды казались даже красивее, чем в Йосемити, потому что здесь их было как будто больше, и само небо выглядело необычайно просторным. Роджер просунул руку за сиденье в поисках рюкзака. Тогда я повернулась и протянула ему его.
– Это ищешь? – спросила я.
– Спасибо, – сказал он. – Не достанешь мне очки? Они в коричневом футляре.
Я расстегнула рюкзак и заглянула внутрь, жалея о том, что здесь недостаточно светло, чтобы разглядеть содержимое. Тем не менее коричневый футляр нашелся. Открыв его, я протянула очки Роджеру.
Он надел их и тут же немного застенчиво поправил.
– Я надеваю их, только когда оказываюсь за рулем ночью. Ну и когда смотрю кино. В общем, если нужно глядеть в темноте на что-то вдалеке.
– Симпатичные, – произнесла я, изучая его новый облик. Очки действительно выглядели мило – в них он казался чуточку чудаковатым и уже не таким совершенным.
– Я похож на замещающего учителя математики, – сказал он с сожалением. – Некоторые так говорят, – добавил он, немного помолчав.
– Но на по-настоящему
– Спасибо, – сказал он. – Ценю комплименты.
Я положила пустой чехол обратно в сумку и уже собиралась застегнуть ее, когда мое внимание привлек небольшой альбом для набросков, лежащий на дне.
– Ты рисуешь? – спросила я и только потом сообразила, что он решит, будто я роюсь в его вещах. Собственно, я этим и занималась, но не специально. – Прости, просто увидела тут этот альбом…
– Все нормально. Рисую, – кивнул он. – Но не очень хорошо. Просто так.
– Можно? – спросила я, доставая альбом.
Роджер рассмеялся.
– Конечно, – сказал он. – Только не смейся надо мной.
Я положила альбом на приборную панель и стала перелистывать страницы при лунном свете. Почти на каждой были небольшие наброски. В основном Роджер рисовал в мультяшном стиле, за исключением миниатюрных портретов, которые выглядели более реалистично. На них была изображена потрясающе красивая девушка с длинными светлыми волосами. Я догадалась, что это Хэдли, но не хотела спрашивать о ней, чувствуя, что назойливых расспросов и так достаточно. Я закрыла альбом и убрала обратно в сумку.
– Хорошо рисуешь, – похвалила я, но Роджер только улыбнулся и покачал головой. – А ты собираешься изучать искусство?
– Точно нет. Думаю заняться историей, а дополнительной специальностью взять политологию.
– О. – Прежде я добавила бы, что мой отец – профессор истории. Теперь же я подавила этот порыв; отвернулась от Роджера и свернулась клубком, устроившись лицом к окну, а затем закрыла глаза.
– Эми. Эй, Эми.
Я вздрогнула и резко проснулась – оказывается, мне снился сон. Был март, на улице было тепло, и только что подстриженная трава колола босые ноги. Я моргнула и посмотрела на Роджера – он вел машину в темноте, по пустынному шоссе, которое все расстилалось и расстилалось перед нами.
Я попыталась повернуть голову и тут же охнула, почувствовав боль в шее. Кажется, я уснула в самой неудобной позе из всех возможных.
Взглянув на часы, я увидела, что уже два часа ночи.