Морана – Гилофобия (страница 16)

– Я просто не могу по-другому… Это ведь серьезное заявление, поймите…

Света пихнула меня в плечо, а сама быстро стала закидывать вещи в сумочку:

– Отец мой наверняка поймет. Вот с ним и поговорите. Я вот к нему сейчас и поеду. Поделюсь новостями, что вы вместо того, чтобы готовить студентов к диплому, что является вашей прямой обязанностью, клевещете на них и создаете дополнительный стресс, поддаваясь влиянию сумасшедших.

Я летела за подругой, как мотылек на свет. Казалось, своим гневом она спалит всех, кто подойдет слишком близко. Но какая же она была потрясающая в этот момент! Невероятно сильная. Хотела бы я иметь хоть толику ее уверенности. Ну ничего. Хоть рядом постою. Подышу заряженным воздухом.

До парковки добрались быстро. Я на автомате села в машину к Свете. Она лбом упала на руль и прошипела:

– Идиот он. Зачем вмешивается?

Я не знала, что сказать. Преподаватель, вроде, вел себя нормально. Ненормальная была только Лида, но у нее брат пропал, неудивительно, что кукуха поехала. Я похлопала подругу по плечу в знак поддержки. Она вздрогнула и уставилась на меня.

– Ты почему здесь? – Света села нормально.

– А где мне быть? – спросила я, хотя вопрос не имел смысла. Как странно она себя вела. Захотелось оправдаться: – Думала, ты к отцу собралась. Могу составить тебе компанию.

– Ты чего так тупишь? – буркнула Света. – Я не собираюсь к нему. Делать мне нечего, как его отвлекать.

До меня дошло. И вправду. Я сглупила. Света производила впечатление зажиточного человека, ее отец знал ректора, вот зачем она заговорила про отца. Чтобы произвести нужный эффект. Логично.

Я чувствовала себя идиоткой из-за того, что поверила в блеф.

– Тебе нужно было в актерский поступать, – промямлила я.

Света секунду молчала, а потом безэмоционально спросила:

– Что с ногами?

– Зажили.

Я прятала пальцы в рукавах толстовки.

– Я видела раны, – продолжила Света.

Я пожала плечами. Нечего ответить, а она будто ждала какого-то шокирующего признания. Словно я скрывала от нее секрет исцеления. Но никакой тайны нет. Я проснулась здоровой. Ощущение, что ожоги были массовой галлюцинацией. Других объяснений у меня нет. А имеющиеся навряд ли понравились бы подруге.

– Ясно. – Света завела машину. – Я сегодня в зал не приду. Если ты со своими «обожженными» ногами туда собираешься, то не жди меня.

– Погоди, – удивилась я, что меня выгоняли. Вроде бы. – А с Лидой что? Она напала на меня, но гадости говорила и тебе.

– Мне пора, – поторопила Света, снимая машину с ручника.

Я фыркнула:

– Понимаю, что ты переживаешь потерю родственника. Но необязательно отыгрываться на мне.

– Да, да, ты отличный моралист. Почти святая.

Ирония? К чему это?! Я покинула автомобиль. Услышала, как Света сорвалась с места, еще до того, как я дошла до своей машины. Ну и пусть катится. Я всхлипнула. Совсем перестала понимать происходящее. Все казалось таким нереальным. Оставшись в одиночестве, я остро ощутила тревогу. Размеренная жизнь закончилась раньше, чем я думала.

Глава 17. Советы старших

Я водила вилкой по пюре. Куриную ножку есть еще трудозатратнее, поэтому до нее добраться не планировала. Разобраться бы хоть с легкой частью.

– Прекращай, – пролетел над столом бас.

Я вздрогнула. Оказалось, на меня все уставились. Видимо, из-за скрипа вилки о тарелку.

– Простите, – прошептала я.

Последние капли аппетита испарились. Теперь точно не поем.

– Ты опять болеешь? – поинтересовался Феликс хмуро.

Его это будто бы беспокоило больше всех остальных.

– Нет. – Я помотала головой.

– Тогда что случилось? – Брат, казалось, забыл, что он тоже за столом, чтобы есть. – Опять поругалась со Светой?

– А ты откуда знаешь? – переспросила я.

– По тебе видно. – И так как я от удивления открыла рот, чтобы все отрицать, брат продолжил: – Это точно связано со Светой. Если бы ты поругалась с Русланом, то рыдала и выглядела еще хуже.

Я закрыла рот. Феликс сдал меня с потрохами. Он вывалил все мои секреты за семейным столом. Плюсы искреннего доброго брата: он искренней и добрый. Минусы: открытость и наивность. Он смотрел встревоженным за мое здоровье взглядом. Я вздохнула: не могу злиться на Феликса.

– Что еще за ссоры со Светой? – спросил отчим.

Я рассматривала картофельное пюре:

– Стресс перед дипломом, ничего такого.

Не говорить же про нападение Лиды и угрозы преподавателя обратиться в полицию. Вдруг он не сделает этого? Тогда я лишь зря всех побеспокою. А лишнее внимание мне ни к чему. И так меня вдруг все заметили: Руслан, Лида, преподаватель, семья. Я к такому не привыкла. Это нервировало.

– Тем более стресс не повод ругаться с подругой, – сказал Сергей. – Наоборот, общие трудности должны сплотить вас.

Позвучало излишне драматично.

– Должны были. – Я пожала плечами. – Но не сплотили.

– Так соберись, – прохрипел он. Мы все уставились на Сергея. Он сбавил обороты: – У них в семье произошло горе, а мы ближайшая поддержка.

Это бы объяснило, почему он потащил меня на коляске на похороны. Я морщилась. Не верилось в столь искреннее желание отчима поддержать бизнес-партнера. А дружбу между нашими со Светой родственниками я не понимала. Мы часто проводили время вместе. Но никогда я не чувствовала между старшими что-то похожее на наши со Светой отношения: они не шутили, многозначительно не переглядывались, не смотрели вместе фильмы, не обсуждали ничего, кроме работы и покупок. А теми скорее хвастались, чем радовались новинкам.

На чем держались их отношения? Видимо, только на работе и том факте, что они все давно знали друг друга. Светин отец как-то обмолвился, что они с моей матерью познакомились во время учебы в университете. Много лет уже прошло. Тогда историю я не дослушала, потому что ее оборвала моя мать. Сергей поддакивал.

Советы о дружбе от отчима разозлили. Сам неискренний, и меня такой же хотел сделать. Уж лучше ругаться, чем лицемерить.

– Сама решу, что мне делать с друзьями. – Я встала.

Ну хоть делать вид, что ем, больше не нужно.

– С подругой, – поправил он. И уже глядя мне в глаза, добавил: – Единственной.

По больному. В груди кольнуло. Я с трудом вылезла из-за стола. Дважды споткнулась о стул. Он каким-то образом все время оказывался в ненужном месте. Перестала я спотыкаться, когда Феликс отодвинул его и обратился ко мне:

– Досмотрим потом сериал?

Я на автомате кивнула и убежала на второй этаж. Сергей разозлил меня, я поколотила подушку, побегала по спальне, беззвучно покричала. Потом пошла за телефоном, в пылу гнева хотела поделиться со Светой эмоциями. Вовремя вспомнила, что вообще-то из-за этого мы и поругались с отчимом. Написать ей значило сделать то, что попросил Сергей. Ну нет.

Я упала на кровать в обнимку с телефоном. Некому написать. Вот же ж! Я собиралась порыдать, а потом вспомнила, что испытывала подобное. Точно. Когда меня бросили.

Я села. Ему-то как раз можно написать. От напряжения у меня аж брови заболели. Я склонилась над телефоном. Могу же? Он же сам так сказал. Он даже попросил. Разве нет? Волновалась так, будто впервые ему пишу. Три раза стирала уже готовые сообщения. Остановилась на том, где писала о нападении Лиды. Точнее, что поругалась сегодня в универе с одной девушкой.

Руслан долго не отвечал, а я безотрывно пялилась на экран в надежде. Поэтому не заметила, что дверь открылась:

– Эй!

Я вскрикнула. Мы с Феликсом почти поругались. Я сжалилась, когда он насупился:

– Ты обещала.

– Что? – спросила я, не понимая, о чем речь.

– Сезон досмотреть.

Я вновь с надеждой посмотрела на телефон. Тот молчал. Но я все равно взяла его с собой. Иначе буду бегать проверять его каждые пять минут.