Моника Мерфи – Неспешная игра (страница 53)
— А тебе не приходило в голову, что он тоже нервничает? — мягко спрашиваю я её.
Она поднимает голову, большие глаза смотрят на меня.
— Может, так оно и есть.
— Абсолютно точно, — киваю я. — Мы же говорим о Стивене.
— Он сказал, что ему ненавистно было видеть, как Конрад обнимал меня, — корчит она гримасу. — Мне стало стыдно за то, что я заставила его ревновать. Он наговорил мне много очень приятных слов. Как я прекрасна, как всем всегда весело, когда я рядом.
— Это мило. И это правда, — заверяю я её.
Келли улыбается, хотя и с оттенком грусти.
— Я не просто нервничаю, мне страшно. Он на самом деле мне очень-очень нравится, особенно после всего, что случилось. Я верю, между нами могло бы быть нечто удивительное, если бы он просто дал нам шанс.
Я протягиваю руку и снова хватаю её, крепко сжимая.
— Напиши ему. Просто поздоровайся. Посмотрим, что будет дальше. Это ничего не испортит.
— Ты права. Не испортит, — она снова бросает взгляд на прилавок. — Я действительно хочу ещё один тыквенный латте…
— Не стоит. Ты и так достаточно нервничаешь. Но ты можешь сидеть и смотреть, как я допиваю свой, — улыбаюсь, делая ещё один глоток, и Келли показывает мне язык. — Послушай, тебе нужно всё уладить со Стивеном, чтобы мы все могли поехать в дом его родителей на День благодарения, и это не было бы неловким и странным.
— О, это и так будет неловко и странно, поверь мне. Я ведь познакомлюсь с его родителями, Алекс. Мне придётся сидеть с ними за одним столом, улыбаться и любезничать, пока ем их вкусную фаршированную индейку. И всё это время я буду думать: «У меня во рту был член вашего сына». Вот это чертовски неловко.
— Боже, Келли. Пожалуйста, — совершенно не хотелось, чтобы этот конкретный образ вспыхнул в моём мозгу.
— Скажи мне, разве у тебя не будет такой же проблемы, если ты когда-нибудь встретишься с родителями Тристана. К слову, о неловкости, — сухо парирует Келли.
От одной мысли о Тристане и его семье мне становится грустно. Что глупо. Мы расстались всего на неделю — на самом деле даже меньше. Он возвращается домой поздно вечером в пятницу, так что технически это пять дней.
Уверена, самые долгие пять дней в моей жизни.
— Я даже не думаю, что у Тристана есть родители, — шучу я. — Может, он вылупился. Я имею в виду, кто его сотворил?
Келли смеётся.
— Он настолько идеальный образец мужского пола, что, может, он Божье творение, да? — Келли указывает пальцем вверх и восклицает. — И на восьмой день Бог создал Тристана. Как тебе такая идея?
Теперь мы обе смеёмся.
— Вы двое — милая пара, — вздыхает Келли, заставляя меня замолчать. — Я серьёзно. Я думаю, ты ему подходишь.
— Ты действительно так считаешь?
— Да, — кивает Келли. — Ему нужен был кто-то, кто помог бы ему остепениться. Сделать его менее мудаком. Кажется, ты неплохо справляешься с этим.
— О, он всё ещё мудак. Не думай, что он сильно уж изменился, — продолжаю я, потому что это правда. Леопард, действительно, не может изменить свои пятна.
— Да, но теперь он твой мудак. И это супер очаровательно.
Мы болтаем ещё полчаса, прежде чем я ухожу и возвращаюсь домой. Келли пообещала, что напишет Стивену, как только тоже вернётся домой. Я сказала ей, что позже вечером ей стоит прийти к нам, но в ответ получила какое-то неопределённое «посмотрим».
Полагаю, она уже мысленно строит планы, как проведёт ночь со Стивеном, и это хорошо. Мне нравится думать о них двоих вместе. Они заслуживают счастья.
Все заслуживают.
Через несколько минут я вхожу в дом и нахожу Конрада и Фелишу, прижавшихся друг к дружке на диване. Фелиша миниатюрная, с длинными тёмными волосами и такими же тёмно-карими глазами. Она уютно устроилась на коленях у Конрада, положив голову ему на плечо, пока они смотрят фильм.
— Итак, — улыбаюсь я им. — Теперь вы двое вместе?
— Да, — Конрад поверх головы Фелиши бросает на меня взгляд, говорящий: «Убирайся отсюда к чёрту». — Так что прекрати флиртовать со мной, Алекс. Это неловко.
Фелиша смеётся, и я ухожу, потому что, чёрт возьми, что это было? Ни разу в жизни я не флиртовала с Конрадом.
Мысль о флирте с Конрадом заставляет меня думать о презервативах. В частности, огромный запас презервативов Конрада, который Келли обнаружила в его шкафу… но как?
Отправляю сообщение, стоя в коридоре у ванной. Келли отвечает немедленно.
Конрад всегда казался мне странным, и это заставило меня задуматься о его презервативах.
Я хмурюсь. Почему заглавными буквами?
Я начинаю двигаться в направлении комнаты, задаваясь вопросом, почему она спрашивает, что она может знать. Дурное предчувствие скользит по моей спине, и я распахиваю дверь, чтобы обнаружить… Тристана. Без рубашки. В моей постели.
Он улыбается.
— Я уж думал, ты никогда сюда не доберёшься. Господи, как долго Келли приседала тебе на уши в «Старбаксе»?
У меня отвисает челюсть.
— Что ты здесь делаешь? Вы это с Келли спланировали? — взвизгиваю я.
Кивнув, он поднимает руку и чешет свою заросшую челюсть. Он выглядит так чертовски хорошо, что не могу поверить, что он здесь, в моей комнате. В моей постели. В то время, когда он должен быть со своими родителями.
— Сюрприз. А теперь иди сюда, ангел. И поприветствуй меня должным образом.
Я закрываю и запираю дверь, прежде чем отправить Келли короткое сообщение.
Ответ приходит, когда я забираюсь в кровать и оказываюсь в объятиях своего парня.
ГЛАВА 25
Тристан
— Я хочу кое-что спросить, — мы лежим в моей постели в ночь на День благодарения, обнажённые, переплетённые друг с другом. Я снова и снова провожу пальцами по волосам Александрии, отчего она практически мурлычет, словно кошка, ей это безумно нравится. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы ей было хорошо, я обязан.
Значит ли это, что я подкаблучник? Не знаю. Меня это и не волнует.
Я поменял свои планы на День благодарения, отменив встречу с родителями, хотя им было всё равно. Если честно, мне кажется, мама даже почувствовала облегчение. Это означало, что ей не нужно было готовить ужин из индейки со всеми прочими атрибутами. То, для чего она большую часть времени нанимает кого-то другого.
Я бы предпочёл провести неделю наедине с Александрией. Я бы чертовски сильно скучал по ней, пока меня не было. Значит ли и это, что я подкаблучник?
Может быть. Пофиг.
— Что? — сонно спрашивает она. Мы провели вторую половину дня в доме родителей Стивена. Да, даже меня пригласили, как только все узнали, что на этой неделе я здесь. Стивен — порядочный парень — не колеблясь пригласил меня прийти, и я, хоть и неохотно, но могу оценить этот жест. Мы хорошо провели сегодня время. Его родители были милыми, как и его младший брат Джейсон, который просто миниатюрная копия Стивена, только страшно умный. Видимо, он обречён поступить в Гарвард или Массачусетский технологический институт.