Моника Али – Брак по любви (страница 82)
– Дамы вперед. – Он улыбнулся, но вид у него был мрачный.
– Джо, просто скажи это. Пожалуйста!
– Ладно. Так. – Он сделал глубокий вдох и резко выдохнул. – Ой, блин. Ладно. Это чертовски тяжело. – Он переплел пальцы на затылке и поморщился. Чтобы высказаться, ему требовалась сила – физическая сила. Он разминался.
– Все будет хорошо, – пообещала Ясмин. – Честно. Просто скажи это.
– Ой, блин. Ладно. Так вот. – Он сделал два долгих вдоха. – Как ты знаешь, я ходил к психотерапевту. Насчет отца. Вот. Дело в том, что он выявил… нет, это неподходящее слово. В результате мы сосредоточились скорее на Гарри. То есть на моих отношениях с Гарри, которые были…
– Дисфункциональными, – подсказала Ясмин. Значит, он с ней не расстается. Она приняла желаемое за действительное. Он действительно хочет поговорить о Гарриет.
– Теперь я понимаю кое-что о ней, а значит, и о себе, и…
– Я переспала с другим, – перебила Ясмин. И повторила свои слова еще раз, чтобы не оставлять места для недопонимания. У Джо не должно быть никаких сомнений относительно сказанного. – Я переспала с другим. И не однажды. Я тебе изменила. Несколько раз.
Джо уставился на нее во все глаза.
– Что? – Он перегнулся через стол, чтобы убедиться, что она не самозванка.
– Прости меня, пожалуйста. Мне очень-очень жаль.
– Ты
– Разве важно, кто он?
Джо выглядел потрясенным до глубины души. Он закрыл рот и снова открыл.
– Наверное, нет, – ответил он наконец.
– Мне правда очень жаль.
– Ничего себе!
– Надо было сказать тебе раньше. Но… нет, мне нет оправданий.
– Ты переспала с другим. Ты.
– Да, я, – отрезала она. Джо был похож на треснутого по башке мультяшку, над головой которого закружились птички и звездочки. Уж не думал ли он, будто она на такое не способна?
– Сколько раз? – Он моргнул. И улыбнулся. На секунду ей показалось, что он вот-вот рассмеется.
Ясмин готовилась к его гневу. Решила, что не будет оправдываться, припоминая ему его собственную измену. Предусмотрела все варианты и отрепетировала свои ответы, даже в том маловероятном случае, если Джо простит ее и несмотря ни на что станет умолять ее выйти за него замуж. Но к этому она оказалась не готова. Он вел себя так, словно она сказала ему, что умеет ходить по воде.
– Я потеряла счет, – сказала она.
– Правда?
– Нет.
– Я тебя раздражаю. Я не нарочно, – добавил он с неожиданной горячностью. – Я не хочу тебя раздражать.
– Я ужасный человек! – Она так успешно его дурачила. И себя саму. – Я гадкий, отвратительный человек. Вот тебе правда.
– Нет-нет, – возразил Джо. – Нет, ты… – Он умолк. – Ты не ужасный человек, – сказал он.
– У нас с тобой давно не ладилось. То есть сейчас у нас должен быть медовый период, когда все идеально. Но это не так.
– Медовый месяц наступает после свадьбы.
– Ты понимаешь, о чем я.
Он кивнул.
– Мне кажется, нам нужно расстаться, – сказала она.
– Потому что у тебя другой?
– Мы с ним не вместе.
– Но ты не хочешь быть со мной.
– Джо, признай, у нас не клеится! Все должно было быть по-другому. Нельзя просто продолжать притворяться, будто все в порядке, потому что это не так. Неужели тебе все равно, что я сплю с другим?
– Мне не все равно, – ответил он.
– Кольцо так и не нашлось. Я везде искала. Я верну тебе за него деньги.
– Не надо, – сказал Джо. В его глазах стояли слезы. – Значит, это конец? Все кончено. Ты твердо решила.
Ясмин была больше не в силах говорить, поэтому кивнула.
– О боже, – произнес он. Его плечи поднялись и опустились, потом он всхлипнул, спрятав лицо в ладони. Ясмин встала, подошла к нему, и он, ухватившись за нее, разрыдался на ее груди. Она не сознавала, что плачет, пока не увидела, что ее слезы капают ему на шею.
– Прости. Прости, – повторяла Ясмин, а он говорил то же самое в ответ, хотя ему извиняться было не за что. Дождь бил по кровле, дверь болталась на скрипучих петлях, где-то тревожно вскрикнула ворона, а они всё держались друг за друга и раскачивались, будто пара потерпевших кораблекрушение на спасательном плоту.
Позже, когда дождь наконец перестал, они пополам съели покупной сэндвич с креветками и майонезом и чипсы из его рюкзака, вынесли стулья на веранду и стали наблюдать, как по настилу, присасываясь к доскам, ползут улитки. Как прогибаются и пружинят истекающие каплями кленовые листья. Как вороны дерутся за какой-то лакомый кусочек в высокой цветущей траве.
Джо вошел в домик, вышел с пледом и придвинул свой стул поближе к Ясмин. Они посидели плечом к плечу, накрыв пледом колени. Он чихнул. Потом она тоже чихнула, а потом оба рассмеялись.
«Вот каково было бы, если бы мы прожили в браке пятьдесят лет», – подумала Ясмин.
– Тебе нормально? – спросил он. – Тепло?
– Да, – ответила она. – Спасибо.
Он протянул ей руку, и она вложила в нее свою ладонь.
– Ты влюблена? В него. Кем бы он ни был.
– Точно нет, – ответила она.
– Просто «нет» прозвучало бы более убедительно.
– Тогда просто нет. Нет.
– Ты вправе ответить да. Только не говори мне, кто он. Пока что.
– Что ты собирался мне сказать? Ты говорил, что это важно.
– Было важно, – сказал он. – Но уже нет.
– И все-таки? – Ясмин дрожала, но не от холода. От усталости. Изнеможения. Накопившегося стресса, напряжения всех сухожилий и мышц, кульминации, облегчения.
– Я не был с тобой до конца честен.
– Вот как, – сказала она. – Значит, нас таких двое.
– Я ездил повидаться с Нилом. Но всего на две ночи. Еще я был на собеседовании в Эдинбурге.
– Да? И?..
– Мне сделали предложение. Я принял.
– Поздравляю!
– Спасибо.
– Почему ты мне не говорил?