Вот видите ль: отец богов
От вашей мантии услуги ждет умелой!
Все дело в том, что новая любовь
Сулит ему, как прежде, приключенье.
Дивиться на его проказы нам не в новь:
Нередко для земли Олимп в пренебреженье!
Для красоты земной (ведь вам известно то)
Вид принимать людской Юпитеру не ново,
И способов он знает сто,
Как овладеть и самою суровой.
Теперь Алкмены взором он сражен,
И между тем как чрез равнины
Ее супруг, Амфитрион,
Ведет в Беотию фиванские дружины, –
Амфитриона лик Юпитер принял сам
И, как награду всем трудам,
Приемлет радости в объятиях супруги.
При этом оказал свои услуги
Медовый месяц молодой четы
(Они Гименом лишь на днях слиты),
И пылкой страстью новобрачной
Воспользовался он удачно.
Сегодня хитрость удалась вполне,
Но в сотне случаев, сдается мне,
Она окажется плохой услугой:
Удастся не всегда понравиться жене
Во образе ее супруга.
Юпитеру дивлюсь, но не пойму, зачем
Выдумывает он причуду за причудой.
Он хочет быть поочередно всем.
Для бога он ведет себя не худо.
И, как бы ни смотрел на это род людской,
Его считал бы я несчастным,
Когда б, всегда блестя короной золотой,
Он в небесах сидел торжественным и властным,
По-моему, глупей нет ничего
Быть пленником величья своего.
Когда же сердце полно страстью,
Порой блистать и неудобно властью.
Юпитер изучить любви все тайны мог;
Умеет он сходить с высот верховной славы
Для женщины, чей взор его мечту зажег.
Отвергнув образ величавый,
Он перед ней уже не бог.
Пускай бы он еще с высот верховной власти
Спускался в низший мир людей
И в сердце принимал людские страсти,
Сходя до их забав и их затей!
Но только б в превращеньях смелых
Держался он в людских пределах!
А то ведь мы то зрим его быком,
То лебедем, то змеем, то еще чем!
И если мы порой над ним хохочем,
Я странного не вижу в том.
Оставим критикам такие осужденья:
Им не понять, что эти превращенья
Особой прелести полны.
Всегда обдуманы Юпитера решенья,
И звери, если влюблены,
Не менее людей умны.
Вернемся к цели порученья.
Когда он хитростью проник в Алкмены дом,
Что ж надобно ему, и плащ мой здесь при чем?
Пусть быстрый бег замедлят ваши кони,
И пусть, чтоб утолить весь пыл его страстей,
