Моисей Альперович – Испанская Америка в борьбе за независимость (страница 18)
Вынужденный снять осаду Монтевидео, Артигас повел свои отряды на северо-запад. Вслед за ними в далекий и трудный поход отправились тысячи уругвайцев— мужчин и женщин, стариков и детей, — не желавших оставаться под гнетом колонизаторов. В результате этого массового «исхода уругвайского народа» свыше 16 тыс. человек переправились через реку Уругвай и расположились огромным лагерем в соседней провинции Энтре-Риос (селение Айуи). Здесь они готовились к возобновлению борьбы за независимость своей родины, пытаясь вновь заручиться поддержкой правительства Буэнос-Айреса. Однако последнее считало более важной для себя задачей организацию отпора роялистам, наступавшим с севера.
С этой целью триумвират вновь назначил командующим Северной армией Бельграно, которому удалось приостановить отступление. 24 сентября 1812 г. он нанес под Тукуманом сокрушительный удар испанским войскам, отбросив их на север. Одержанная победа позволила правительству Буэнос-Айреса вновь направить свою армию на территорию Восточного Берега. В октябре возобновилась осада Монтевидео, в которой активное участие приняли отряды уругвайских патриотов.
В это время обнаружились глубокие разногласия между буэнос-айресским правительством и сторонниками Артигара. Последние, добиваясь полной независимости своей страны, выступали за превращение Ла-Платы в федерацию автономных провинций, самостоятельных как по отношению к Испании, так и к Буэнос-Айресу. Буэнос-айресские же руководители, стремившиеся обеспечить свою гегемонию в масштабе всего бывшего вицекоролевства Рио-де-ла-Плата, отвергали принцип федеративного устройства. Они противопоставляли ему идею подчинения отдельных провинций сильной центральной власти в рамках унитарного государства, возглавляемого Буэнос-Айресом.
Следует иметь в виду, что федерализм Артигаса и его приверженцев существенно отличался от политической платформы федералистов Буэнос-Айреса, которые добивались сохранения монополии последнего и его привилегированного положения по отношению к остальным провинциям Ла-Платы.
Противоречия между уругвайскими патриотами и буэнос-айресским правительством резко обострились и проявились открыто в связи с созывом Конституционной ассамблеи (учредительного собрания) Объединенных провинций Рио-де-ла-Платы. Ассамблея открылась в Буэнос-Айресе 31 января 1813 г. и известна в истории под названием «Ассамблеи тринадцатого года». Она приняла важные решения, фактически утверждавшие независимость провинций Ла-Платы от Испании и подготовившие условия для официального провозглашения их суверенным государством. В частности, имя испанского короля Фердинанда VII было исключено из текста присяги, запрещалось упоминание его в документах, а также изображение на денежных знаках. Ассамблея объявила 25 мая (день «майской революции») национальным праздником, учредила государственный герб и флаг, приняла национальный гимн. Кроме того, она издала декреты и постановления социально-экономического характера, предусматривавшие отмену рабства, подушной подати, ликвидацию различных феодальных форм эксплуатации, запрещение телесных наказаний и пыток, отмену дворянских титулов, упразднение трибунала инквизиции и проведение других прогрессивных преобразований{34}. Но большинство намеченных реформ не удалось осуществить, что объяснялось в основном сопротивлением сил реакции и отсутствием единства среди самих патриотов.
Сторонники сохранения колониального режима — роялисты, крупные землевладельцы и купцы, высшее духовенство, военно-бюрократическая верхушка, стремившиеся сохранить свои классовые привилегии, решительно воспротивились проведению в жизнь мер, принятых Ассамблеей. Испанские войска, вторично разгромленные Северной армией 20 февраля под Сальтой и отброшенные на север, воспользовавшись великодушием Бельграно, отпустившего под честное слово на свободу несколько тысяч военнопленных, активизировали свои действия. В октябре-ноябре 1813 г. они дважды нанесли поражение патриотам в Верхнем Перу и вновь оттеснили их на юг, к Тукуману.
В этот критический момент командующим Северной армией был назначен талантливый военачальник Сан-Мартин.
Хосе де Сан-Мартин, выдающийся руководитель борьбы за независимость в Южной Америке, родился в 1778 г. в лаплатской провинции Мисьонес. Его отец был испанским офицером и колониальным чиновником, мать — креолкой. Когда Сан-Мартину исполнилось 8 лет, семья переехала в Испанию, где он получил военное образование и еще подростком начал армейскую службу. В 15 лет юноша стал уже офицером. В дальнейшем участвовал в военных кампаниях во Франции, Северной Африке, Португалии, а с началом освободительной войны против вторгшихся в Испанию войск Наполеона мужественно сражался в рядах испанских патриотов.
Сан-Мартин внимательно следил за ходом революционных событий на своей далекой родине — в Южной Америке. Стремясь отдать все силы делу ее освобождения от колониального ига, он вступил в тайное общество испаноамериканских патриотов — масонскую ложу «Лаутаро», основанную в Европе еще в начале XIX в. Мирандой. По заданию этой организации Сан-Мартин выехал в Америку и в марте 1812 г. прибыл в Буэнос-Айрес. Здесь ему сразу же поручили формирование полка конных гренадер, во главе которого он в феврале 1813 г. одержал блестящую победу над роялистами.
Кадровый офицер с богатым боевым опытом, Сан-Мартин отличался исключительной целеустремленностью, выдержкой, хладнокровием, трезвостью в оценке обстановки. Все эти качества позволили ему успешно справиться с возложенной на него трудной задачей. Сан-Мартину удалось за короткий срок повысить боеспособность и укрепить дисциплину войск, деморализованных недавними поражениями. Однако борьба с роялистами в горах Верхнего Перу, по его мнению, не имела решающего значения для судеб революции на Ла-Плате. Он считал необходимым подготовить и осуществить освободительный поход в Чили и Перу, чтобы разгромить там основные силы колонизаторов на Южноамериканском континенте. В дальнейшем, будучи поставлен во главе граничившего с Чили интендантства Куйо, Сан-Мартин приступил к формированию специальной армии, предназначенной для выполнения этой задачи.
30 сентября 1813 г. открылся конгресс в Асунсьоне— первый в истории Парагвая общенациональный выборный орган. Количество депутатов, избранных на местах пропорционально числу жителей соответствующих городов и селений, превышало тысячу человек. Поскольку выборы, по предложению Франсии, являлись всеобщими и права участия в них лишались только явные «враги свободы», в конгрессе преобладали представители сельского населения, преимущественно мелких и средних землевладельцев, а также городских низов. На поддержку этих слоев общества Франсиа возлагал большие надежды.
Конгресс отклонил приглашение буэнос-айресского правительства направить представителей Парагвая на Конституционную ассамблею Объединенных провинций Рио-де-ла-Платы. Это фактически означало разрыв союзного договора 1811 г. и вообще всяких отношений с Буэнос-Айресом. 12 октября депутаты единодушно одобрили разработанный Франсией и Йегросом проект государственного устройства, устанавливавший республиканский строй. Верховная власть и командование вооруженными силами вручались двум консулам, назначаемым конгрессом, который предусматривалось созывать ежегодно для решения наиболее важных вопросов{35}. Консулами были избраны Франсиа и Йегрос, что являлось своего рода компромиссом между радикальным и умеренным крылом парагвайских патриотов.
Хотя национальный конгресс формально не принял никакой специальной декларации о независимости Парагвая, провозглашение республики представляется, по существу, равносильным такому акту. Оно практически означало полный и окончательный разрыв с метрополией и отказ даже от словесного признания суверенитета испанского монарха Фердинанда VII, от имени которого номинально выступала Правительственная хунта.
Парагвай явился первой провинцией бывшего вице-королевства Рио-де-ла-Плата, предпринявшей столь решительный и далеко идущий шаг.
Между тем Верхнее Перу продолжало оставаться в руках испанцев. Что же касается отношений между Буэнос-Айресом и уругвайскими патриотами, то их разногласия не замедлили вылиться в открытый конфликт.
В связи с созывом Конституционной ассамблеи в апреле 1813 г. в Буэнос-Айрес были направлены представители, избранные населением Восточного Берега. Они имели инструкции, составленные Артигасом. «Инструкции XIII года» являлись политической платформой уругвайских патриотов. Этот документ содержал требование полной независимости провинций Ла-Платы от Испании, установления республиканской формы правления, провозглашения гражданской и религиозной свобод, а также признания широкой автономии Восточного Берега и других провинций в рамках конфедерации, с соответствующей гарантией их прав{36}. Поскольку подобная программа никак не устраивала консервативное большинство Ассамблеи, оно отказалось признать полномочия уругвайских депутатов и допустить их к участию в своей работе.
В ответ на действия правящих кругов Буэнос-Айреса Артигас в январе 1814 г. отвел свои войска, участвовавшие в осаде Монтевидео, к реке Уругвай. Тогда «верховный правитель» Посадас, которому Ассамблея передала в конце января исполнительную власть, издал декрет, объявлявший Артигаса «изменником родины» и вне закона. За его голову было обещано высокое вознаграждение. Чтобы форсировать военные операции против Монтевидео, буэнос-айресское правительство послало туда эскадру, которая установила морскую блокаду, а также подкрепления сухопутным частям под командованием Альвеара. 23 июня испанский гарнизон Монтевидео капитулировал.