Мохан Ракеш – Избранные произведения драматургов Азии (страница 18)

М л а д ш а я  д о ч ь (еще пуще заливаясь плачем). Т-ты т-тоже м-меня ругаешь? Если мамы нет, пойди ты со мной…

С т а р ш а я  д о ч ь. Я не могу пойти.

М л а д ш а я  д о ч ь (сердито). Почему ты не можешь пойти?

С т а р ш а я  д о ч ь. Не могу пойти, и все. Сказано тебе?

М л а д ш а я  д о ч ь (отталкивая ее). Ну и не ходи, если не можешь.

С т а р ш а я  д о ч ь (с гневом). Кинни!

М л а д ш а я  д о ч ь. Не разговаривай со мной! (Передразнивает.) «Кинни!»

С т а р ш а я  д о ч ь. Ты что, совсем не умеешь себя вести?

М л а д ш а я  д о ч ь. Да, совсем не умею.

С т а р ш а я  д о ч ь. Смотри, ты и от меня сейчас чего-нибудь дождешься.

М л а д ш а я  д о ч ь. Бей! Бей и ты! Пусть и папа тоже бьет.

С т а р ш а я  д о ч ь. Ты перестанешь сейчас же плакать или нет?

М л а д ш а я  д о ч ь. Не перестану… (Передразнивает.) «Перестанешь или нет?»

С т а р ш а я  д о ч ь. Ну как хочешь. Сиди и реви.

М л а д ш а я  д о ч ь. И буду сидеть и реветь.

За дверью, ведущей со двора, звук открываемой щеколды.

С т а р ш а я  д о ч ь (обернувшись в ту сторону). Это… Это кто же там? (Поспешно направляется к двери.)

Младшая дочь с выражением протеста на лице усаживается на стул. Вместе с  М у ж ч и н о й  ч е т в е р т ы м  возвращается  С т а р ш а я  д о ч ь.

(Входя.) А я думаю, кто же это стучится к нам с черного хода? Мы ждали вас, но ведь обычно вы входите с улицы…

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. Да, обычно так, но… (Глядя на Младшую дочь.) Что с ней? Что она так нахохлилась?

С т а р ш а я  д о ч ь (Младшей сестре). Дядя Джунеджа пришел. Подойди, поздоровайся с ним.

Младшая дочь, отвернувшись в сторону, кладет руки на спинку стула.

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й (подходя к ней). Э! Да она, кажется, плачет! (Гладит ее по голове.) Ну-ну! Что с тобой, малышка? Кто тебя обидел? (Ласково причмокивает.) Ну, не надо. Встань, детка, так не годится. Мы теперь совсем большие…

М л а д ш а я  д о ч ь (резко вскочив, направляется к двери, ведущей на улицу). Да… Теперь мы вдруг большие! То мы маленькие, то большие… У вас никогда не поймешь! (От двери, сестре.) Я не вернусь домой, пока мама не придет! (Уходит.)

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й (подходит к Старшей дочери). Савитри уехала?

Старшая дочь молча кивает головой.

Я тут уже с полчаса. Но увидел перед домом машину и поэтому немного погулял там, за вашим двориком. Твой папа сказал, что Джагмохан теперь в Дели, он опять перевелся сюда. А к вам он зачем? Просто так, повидаться? Или…

С т а р ш а я  д о ч ь. Это у мамы надо спросить. Я не знаю.

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. Мне сказал о нем Ашок. Но ему тоже, наверно, неизвестно, зачем он к вам приехал…

С т а р ш а я  д о ч ь. Вы видели Ашока?

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. Да, на автобусной остановке. Он сказал, что едет ко мне — узнать о здоровье папы. Настаивал, чтобы я тоже поехал с ним, а потом мы вместе бы вернулись сюда. Но я подумал, что, раз уж я проделал такой длинный путь, следовало бы прежде повидаться с Савитри. Он сейчас в таком состоянии, что…

С т а р ш а я  д о ч ь. О ком вы говорите? О папе?

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. Ну конечно, о нем, о Махендранатхе. Всю эту ночь он не спал ни минутки. Но главное…

С т а р ш а я  д о ч ь. Ему нехорошо?

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. Да, неважно. И вообще… Но по-моему, Махендранатх сам поставил себя в такое положение…

С т а р ш а я  д о ч ь (стараясь избежать этой темы). Дать вам чаю?

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й (посмотрев на поднос с чайными принадлежностями). Это для кого столько приборов? Но никто, вижу, не притронулся.

С т а р ш а я  д о ч ь (в замешательстве). Это я приготовила, потому что… Потому что думала…

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й (словно угадав, что она хотела сказать). Наверно, они очень быстро уехали. Савитри знала, что я хотел приехать?

С т а р ш а я  д о ч ь (тихо). Знала.

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. Этого мне Ашок не сказал… Но вот тон его… Мне показалось, что… (Задумывается, потом, как будто что-то сообразив, продолжает.) А, хорошо! Очень хорошо. Парень с головой.

С т а р ш а я  д о ч ь (беря сахарницу в руки). Сколько вам сахару?

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. Совсем не надо. Мне нельзя сахар. Значит, оттого он хотел меня увезти, что… Он знал, что Джагмохан…

С т а р ш а я  д о ч ь. Молока?

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. Чуть-чуть.

С т а р ш а я  д о ч ь. Принести к чаю что-нибудь солененькое?

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. Нет, не нужно.

С т а р ш а я  д о ч ь. Садитесь, пожалуйста.

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. О да! (Пододвинув стул ближе к столу, садится.)

Старшая дочь протягивает ему чашку с чаем, другую ставит перед собой и тоже садится за стол. Пауза.

С т а р ш а я  д о ч ь. Почему вы молчите? Скажите что-нибудь.

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й (со вздохом). Что сказать?

С т а р ш а я  д о ч ь. Хоть что-нибудь.

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. Я многое хотел сказать. Будь здесь Савитри, наверно, выговорил бы все до последнего слова. Но теперь, видимо, говорить не о чем.

Снова пауза. Оба почти в одно время выпивают чай и ставят чашки на стол.

С т а р ш а я  д о ч ь. Хотела спросить вас — у папы опять поднялось давление?

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. Только это ты хотела спросить?

С т а р ш а я  д о ч ь. Почему вы не убедите его, что…

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й (вставая). Кто может убедить его? Он так любит эту женщину, так привязан к ней всем сердцем, что никому…

С т а р ш а я  д о ч ь. Как вы это так говорите?

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. Тебе кажется, что я не прав?

С т а р ш а я  д о ч ь (тоже вставая). Но разве так может быть? (Задумчиво.) Если бы вы знали… Чего только мы не видели в этих стенах, до чего только не доходили эти два человека…

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. Что бы вы ни видели…

С т а р ш а я  д о ч ь. Нет, дядя, это не то, от чего можно так легко отмахнуться! Ведь я жила здесь, и мне часто казалось, что я не в родном доме, а в зверинце, в клетке с дикими животными… Вы и представить не можете того, что здесь происходило. Мама отчаянно кричала, папа в клочья рвал на ней одежду… Затыкал ей рот, запирал в комнату, избивал… (Содрогнувшись всем телом.) Нет, даже рассказать нельзя, какие дикие сцены я видела в нашей семье. Если бы все это знал посторонний человек, он только спросил бы — почему же эти люди еще много лет назад не решились…

М у ж ч и н а  ч е т в е р т ы й. Ты не сказала мне ничего нового. Махендранатх сам все это рассказывал.