Мохан Ракеш – Избранные произведения драматургов Азии (страница 125)

Э ф ф е р. Да, я, мастер Матех.

М а т е х. У вас в руках револьвер? Что вам от меня надо?

Э ф ф е р. Сольфы… Мне нужны сольфы. Сегодня ночью я пришел забрать все сольфы. Вы помните, мастер Матех, когда я впервые пришел к вам, я не знал, что такое сольфы, я даже не знал, как они называются. Я хотел купить раскрашенные яркие палки, чтобы сделать из них решетку для сада. Потом я передумал. Я хотел украсить ими свой дом, похвалиться перед гостями. Но теперь… Теперь я их сожгу, мастер Матех. Возьму и сожгу. Как красиво раскрашены ваши деревяшки…

М а т е х. Красиво… Голубые. Наивно-голубые. Молочно-голубые… Розовые. Как девушки. Как весна… Красные. Огненно-красные. Солнечно-красные… Желтые. Как птицы, как плоды… Белые. Как честь. Как правда…

Э ф ф е р. Все сожгу. Желтые, зеленые, голубые — все сгорят… Каждая своим пламенем. И огонь будет радовать мои глаза. Все сожгу.

М а т е х. Вы намерены забрать сольфы силой, господин Эффер?

Э ф ф е р. За деньги. Сколько хочешь денег… Хочешь, по тысяче за штуку. Хочешь — дороже. Но если не продашь… Возьму насильно, мастер Матех.

М а т е х. Ладно, но почему? Почему, Эффер? Что ты хочешь от моих сольф? Что тебе надо от меня?

Э ф ф е р. До сих пор я не знал, что у них есть голос. Ты сам сказал. Я вернулся домой и не мог уснуть. (Кричит.) Я не слышу, понял, Матех? Я не слышу голоса, который слышишь ты. Я сожгу их, все сожгу!

М а т е х (спокойно). Услышишь, Эффер… Даже ты услышишь голос моей новой сольфы. Если б ты хоть раз услышал этот голос, то не пришел бы сюда убивать меня.

Э ф ф е р. Нет… Я не слышу. А теперь и слышать не хочу. Я не должен слышать этот голос. Никто не должен слышать.

Матех шевельнулся.

Не шевелись, Матех, не двигайся! Я буду стрелять!

М а т е х. Стреляй, Эффер! Если хочешь, чтобы я не смог поставить клапан, чтобы люди не могли услышать этот голос, стреляй!

Э ф ф е р. Если на шум прибежит Зана, я и ее убью. Прибежит твой сын Шарей — и его убью. Твоя дочь Джина — и ее убью. Миса прибежит или Борнок…

М а т е х (взволнованно). Мису и Борнока не убивай!

Э ф ф е р. Тогда отдай все сольфы.

М а т е х. Послушай, Эффер! Послушай, пусть будет по-твоему. Но когда займется заря, когда запоют птицы, приходи и забирай все сольфы. Если я не отдам, убей меня… Не веришь, тогда стой здесь с пистолетом…

Э ф ф е р. Хите-е-ер! Будешь до утра делать сольфу. Потом сыграешь и заставишь меня услышать этот голос? Так? Нет, Матех… Ты их отдашь сейчас. Все!..

М а т е х. Враги сольфы!.. Враги людей, враги самим себе… Испокон века. Враги, что хуже смерти. Хуже смерти, которая уводит нас отсюда. (Спокойно.) Стреляй, Эффер. Спускай курок! Не медли! Стреляй в грудь.

Э ф ф е р (растерян). Почему ты не отдаешь, Матех? Убью тебя, тогда я все равно сольфы возьму. Отдай! Отдай — и живи. Отдай сольфы, и я не убью тебя.

М а т е х. Лучше умереть, чем своими руками отдать сольфы тем, кто не слышит их голоса… Давай, Эффер, скорее! Не смерти я боялся. Боялся, что не успею сделать новую сольфу. Боялся, что не успею поставить клапан. А иначе — что сегодня умирать, что через год… Давай, Эффер, покончим с этим делом. Что это? Рука у тебя дрожит? Смелее! Нажимай курок! Секундное дело…

Э ф ф е р (бессильно опускает руку с револьвером). Но скажи, почему? Почему ты противишься мне? Ведь умирать все-таки… А так ты можешь спастись. Почему, Матех?

М а т е х. Я смерти противился, самой смерти. То есть старался противиться. Со смертью бороться куда почетней. Но ты человек! И к тому же из тех, кто не слышит голоса сольфы и не хочет слышать. Но рано или поздно Миса и Борнок сделают сольфу, которую услышишь и ты. Трудно будет им, очень трудно, но сделают. Тогда никого из вас не будет на свете… Вас, покупающих землю и продающих землю, покупающих воду и продающих воду, покупающих воздух и продающих воздух, покупающих дым и продающих дым. Вы исчезнете, покупающие и продающие. Ваши собственные дети, ваши внуки и не вспомнят о вас. А я? Я останусь, Эффер… Мой голос останется: можешь убить меня, но голоса моего не убьешь. Твои дети услышат мой голос. А вы, продающие и покупающие, покупающие и продающие, — никого из вас не останется на земле. Миса останется, Борнок останется…

Э ф ф е р (опустив голову, подавленно). Мастер Матех, и мы бы хотели слышать этот голос. Мы не любим свое дело. Ты — любишь. И если мы продаем и покупаем, покупаем и продаем, то без радости. Не по охоте. Но и не против охоты. Не ведая, что делаем. Не видя. Не слыша…

М а т е х. Ладно, ладно… Хватит болтать. Кроме сольфы, меня ничто не интересует… Прямо в сердце. Ваг сюда… Одной пулей: не буди Мису и Борнока. Завтра с утра им надо работать.

Э ф ф е р (револьвер выпадает у него из руки. Он валится на пол. Плачет). Мастер Матех, мастер Матех…

На шум входит  З а н а.

З а н а (удивленно). Что тут за шум? С кем ты говоришь? Ты еще не ложился? А-ах! Кто это тут плачет? Кто тут лежит? И револьвер… Что тут происходит, Матех? (Нагибается, поднимает револьвер.) Кто это? Господин Эффер!.. Что вам нужно здесь ночью, господин Эффер?

Эффер поднимается.

А, понятно! (Указывая револьвером на Эффера.) Матех, он пришел за твоими сольфами? Да?.. Вор!

Э ф ф е р. Госпожа Зана… Госпожа Зана… Стойте! Стойте, я вам все объясню!

З а н а (наставляет револьвер на Эффера). Матех, хорошо бы тебе их продать. Продал бы ты сольфы. У нас кончился чай. У нас нет сахара. Даже воды у нас нет. И воздуха так мало осталось.

Пауза.

Ты вор, Эффер…

М а т е х (в ужасе вскакивает с кровати. Пытается отнять у Заны револьвер). Что ты делаешь, Зана? Оставь… Отдай, говорю! Зана!

Г о л о с. Зана… Зана… Пойдите сюда!

Револьвер выпадает у Заны из рук. Она быстро идет к двери и выходит.

М а т е х. Зана… Милая… Зана… Когда-нибудь…

Занавес.

КАРТИНА ПЯТАЯ

Та же комната. Вечер. М а т е х  развалился на кровати. Курит. М и с а  и  Б о р н о к  работают.

М и с а. Вставай, отец!

Матех не отвечает. Пускает клубы дыма.

Б о р н о к. Мастер, ты сказал, вечером будем работать.

М и с а. Уже вечер, вот-вот стемнеет.

Матех потягивается, зевает.

М и с а (Борноку, тихо). Что это с ним?

Борнок пожимает плечами.

Отец…

Матех потягивается.

Б о р н о к (Мисе, тихо). Злится… Позавчера я ему заикнулся о клапане, так он чуть не избил меня.

М и с а (Борноку). Что же будет? (Громко.) Отец!

М а т е х (грубо). Ну чего?

М и с а. Ничего…

Входит  Д ж и н а.

Д ж и н а. Отец, приготовить тебе чаю?

М а т е х. Чай есть?

Д ж и н а. Нет…

М а т е х. А сахар есть?

Д ж и н а. Нет.

М а т е х. А уголь есть?

Д ж и н а. И угля нет.

М а т е х. Вода?

Д ж и н а. Нету, отец.