Мо Цзе – Легенда о Юньси (страница 86)
Госпожа Сюй крепко сжала кулаки и уже собиралась обратиться к принцессе, но сын опередил ее.
– Хань Юньси, я дал тебе возможность сохранить лицо! С меня хватит! Предупреждаю, если ты посмеешь…
Прежде чем он успел закончить, господин Оуян поспешил схватить его:
– Господин, будьте учтивы.
Но юноша вырвался и продолжил ругаться. Чиновнику ничего не оставалось, кроме как шепотом напомнить его матери:
– Госпожа Сюй, вы не можете допустить, чтобы сын так себя вел! Не можете! Если продолжите в том же духе, все выйдет из-под контроля. Вы же знаете, что господин оскорбил принцессу. Независимо от положения при дворе она все же представляет дворец великого князя! Если ситуация ухудшится, даже ваш отец не сможет помочь…
Госпожа Сюй и так знала об этом. Ей не хотелось останавливать сына, но обстоятельства вынуждали.
– Юйци, тебя ведь избили до полусмерти? Почему бы не…
Хань Юйци привык издеваться над другими, а сегодня сам оказался на месте жертвы и не мог так спокойно смириться с этим!
– Матушка, чего ты боишься? Разве не ты говорила, что, даже будучи принцессой, она не посмеет навредить нам? Семью все еще поддерживает дедушка! И он не простак!
Конечно, госпожа Сюй говорила подобные и даже более возмутительные вещи, но не могла позволить, чтобы их услышала Хань Юньси. Сильно ущипнув сына, мать заставила его замолчать.
– Хватит! Если продолжишь говорить ерунду и вести себя как сумасшедший, можешь убираться из семьи Хань!
Это все, что могла сказать госпожа Сюй. Хань Юйци же сильнее всего на свете боялся матери, поэтому больше не произнес ни слова.
Глава 85
Скромная госпожа Ли
Наблюдая за старшим братом, принцесса нисколько не удивилась. Она уже слышала подобные слова от госпожи Сюй в день, когда садилась в свадебный паланкин, только тогда они принесли гораздо больше боли, чем сегодня. Вторая тетя говорила, что Юньси никогда не станет фениксом и навсегда останется ничтожеством, а выходя замуж за великого князя Цинь, она напоминает жабу, желающую отведать лебединого мяса[35]. Говорила, что любая другая на ее месте давным-давно умерла бы со стыда. Что только такая невежественная и толстокожая девчонка, как Хань Юньси, осмелится сесть в свадебный паланкин.
Хотя это императорская наложница И велела свахе пойти по неправильному пути, госпожа Сюй тоже приложила руку к тому, чтобы сорвать первый день в новой семье: свадебное платье, макияж и драгоценности испортили, а приданое спрятали. Вторая тетя заставила Хань Юньси выйти замуж с сундуком старой ненужной одежды. Девушка прекрасно знала об этом и сегодня мстила не только за Юньи, но и за себя.
Глядя на притихшего Хань Юйци, она скомандовала:
– Кто-нибудь, уведите его и дайте пятьдесят ударов палками!
Хань Юньси пришла сюда с единственной служанкой, однако ей не пришлось исполнять приказ. Никто не смел перечить принцессе. Несколько слуг моментально оказались подле господина и, подхватив его под руки, увели со двора.
– Отпустите меня… отпустите! Принцесса Цинь, умоляю вас, пожалуйста, пощадите мою жизнь! Пожалуйста, пощадите мою жизнь! Я больше никогда не осмелюсь пойти против вас, никогда не осмелюсь…
Но сколько бы ни уговаривал Хань Юйци, сестра оставалась равнодушной к его мольбам. Раз все так обернулось, она решила продемонстрировать всем в семье Хань, что принцесса Цинь не тот человек, которым можно пренебречь!
Толпа мгновенно расступилась, юношу положили на скамейку, но, не желая терпеть унижения, он пытался выбраться из цепкой хватки.
– Привяжите его к скамейке, да покрепче, – равнодушно произнесла Хань Юньси.
– Да-да… – Стуча зубами, слуги нехотя подчинились.
Наблюдавшей за сценой госпоже Сюй пришлось опереться на стену, чтобы удержаться на ногах. Не в силах спокойно смотреть на избиение сына, она с ненавистью взглянула на Хань Юньси и в душе пожелала ей мучительной смерти. Теперь этой девчонке лучше держаться подальше, иначе она разорвет ее на кусочки!
Вскоре Хань Юйци крепко привязали к скамье, а двое слуг по бокам от него уже подняли палки, готовясь нанести первые удары.
– Пятьдесят ударов, и ни одним меньше! Начинайте! – холодно приказала Хань Юньси.
Палка опустилась на спину виновника. Судя по звуку, слуга не прилагал особых усилий.
– Стой! – Принцесса посмотрела на мальчика. – Что с тобой? Ты голоден? Или, может, сам жаждешь наказания?
Он испугался и, не дожидаясь, пока она скажет что-то еще, сильно ударил Хань Юйци по мягкому месту. Раздался громкий шлепок, а затем – крик господина! Наученный горьким опытом, другой слуга не посмел проявить сочувствие к хозяину и тут же с силой опустил на него палку.
– А! – вновь закричал Хань Юйци.
Даже самому крепкому мужчине было бы трудно вынести пятьдесят ударов. Тяжелое зрелище заставляло сердца всех, кто присутствовал, биться быстрее.
Госпожа Сюй, закрыв рот руками, прижалась к стене и не смела смотреть в сторону сына. Некоторое время тишину двора нарушали только звуки ударов и беспомощные возгласы Хань Юйци, больше напоминающие свиной визг.
Наконец наказание было исполнено, руки обоих слуг онемели, а ягодицы Хань Юйци превратились в кровавое месиво. От невыносимой боли он давным-давно потерял сознание. Госпожа Сюй бросилась к сыну. Глазам предстало ужасно зрелище, от которого она сама чуть не лишилась чувств.
– Лекаря, кто-нибудь, позовите лекаря! – словно сумасшедшая, кричала мать.
Разве могла она в такой момент думать о ключе в руке Хань Юньси? Раздав указания слугам, госпожа Сюй не перестала звать на помощь. Те, кто многие годы служил в усадьбе Хань, никогда не видели госпожу такой растерянной!
После того как Хань Юйци унесли в его покои, принцесса обвела взглядом толпу, и люди в ней вмиг отступили.
Все это время третья тетушка с дочерью наблюдали за происходящим из-за большого дерева. Они примчались, как только услышали о ключе от склада, но не подозревали, что станут свидетелями сурового наказания старшего сына.
Госпожа Сюй столько лет издевалась над ними, полагаясь на могущество своей семьи. Пришло время кому-нибудь преподать ей урок! Вот только никто не подозревал, что это сделает Хань Юньси – робкая, терпеливая девушка, которая всегда пыталась избежать неприятностей. Даже выйдя замуж за великого князя Цинь, она оставалась лишь «декорацией».
Хань Жосюэ, вторая барышня, с завистью рассматривала родственницу.
– Мама, посмотрите, какое у нее лицо!
Вторая дочь Хань Цунъаня с детства считалась самой прекрасной в семье. Сейчас же, избавившись от шрама на щеке, Хань Юньси превзошла сестру в красоте. Еще в день свадьбы на улицах поговаривали о небывалой привлекательности принцессы, однако Жосюэ никогда не верила этим россказням. Сегодня она наконец собственными глазами убедилась в том, что молва не врет.
– Слышала, сестра спасла жизнь молодому генералу: вывела яд из его организма. Думаю, это вполне может оказаться правдой, – беспечно произнесла тетушка Ли.
Разве нашлась бы другая причина, вернувшись в родительский дом, вести себя так высокомерно? И как еще можно было объяснить робость, с которой держался перед ней начальник управления Оуян?
На лице Жосюэ промелькнула тень, но спустя мгновение девушка вновь улыбалась.
– Мама, вы сказали, она вернулась. Разве не за тем, чтобы бороться за наследство семьи?
Госпожа Ли усмехнулась.
– Девушка, вышедшая замуж, не сможет возглавить семью, даже если она супруга великого князя!
Третья тетушка потратила много времени и сил, чтобы дать дочери хорошее образование и научить врачеванию, поэтому неудивительно, что она по праву считалась лучшей среди поколения. Госпожа Ли искала хорошую партию для Жосюэ и собиралась пригласить будущего зятя войти в семью Хань: в таком случае дочь смогла бы продолжить отцовское дело и стать главой всех трех кланов.
– Как ключ оказался у Хань Юньси? Уверена, она украла его у отца. Наверняка это она и замышляла! – с ненавистью спрашивала Жосюэ.
Мать, словно раздумывая над чем-то, долго молчала.
– Ты давно не навещала госпожу Му, верно?
Хань Жосюэ кивнула. Хотя отношения между ней и дочерью главнокомандующего не настолько близкие, как между Му Лююэ и принцессой Чанпин, их все равно можно было назвать лучшими подругами и даже сестрами. Барышня Хань всегда радовала барышню Му всякими редкими вещицами.
Этим премудростям она научилась у матери. Именно она наставляла дочь в дружбе с такой влиятельной девушкой. Заручившись поддержкой семьи Му, можно было рассчитывать на расположение принцессы Чанпин, а с такой покровительницей Жосюэ оказалась бы в более выигрышном положении, чем брат.
Но с тех пор как Хань Юньси вышла замуж и стала частью семьи великого князя, она не осмеливалась искать встречи с Му Лююэ: опасалась, что та не захочет водить дружбу с сестрой ненавистной соперницы.
– Думаю, тебе следует встретиться с Лююэ и расспросить ее о таинственной болезни генерала и выздоровлении наследного принца, – как бы невзначай предложила госпожа Ли.
– Постараюсь, матушка.
Видя, что мать собирается уходить, Хань Жосюэ быстро схватила ее за рукав:
– Мама, вы собираетесь отпустить ее вот так? Маловероятно, что папа дал ключ Хань Юньси! Она же замужем и не может стать преемницей! Давайте заберем его!
Третья тетушка холодно взглянула на руку дочери, а затем перевела взгляд на ее лицо. Та мгновенно разжала пальцы, поняв, что мать разлилась.