Мо Цзе – Легенда о Юньси (страница 74)
Хань Юньси молча смотрела на ключ в руке отца. Неужели он собирался передать его? Маловероятно, не говоря уже о том, что на самом деле она не принадлежала роду Хань. Но даже если так, замужняя девушка не могла встать во главе семьи. Чего же Хань Цунъань добивался?
Хань Юньси отступила на шаг и холодно спросила:
– Чего ты хочешь?
– Пообещай, что сделаешь все возможное, чтобы поддержать нового главу семьи и возродить династию Хань. Наш клан не должен исчезнуть, – сказал Хань Цунъань, и в его налитых кровью глазах вспыхнул огонек надежды.
«Возродить семью Хань?»
Принцесса не знала, что ответить. Сначала она думала, что отец будет угрожать и просить освободить его из темницы, но даже во сне не могла представить нечто подобное. Сейчас он впервые говорил не о себе, а о семье.
Надо признать, всю жизнь Хань Юньси испытывала разочарование и презрение к этому мужчине, считала его эгоистичным и самовлюбленным. Но сейчас он предстал перед ней совсем другим, и принцесса не понимала, почему Хань Цунъань хотел, чтобы она сделала все возможное, чтобы привести их род к былому величию.
Сделала ли для нее что-нибудь семья Хань? Их связывали лишь болезненные воспоминания. Так почему ей нужно рисковать всем ради этих людей? К тому же, как выяснилось, между семьей Хань и Юньси не было кровного родства.
Видя, как решительно настроен отец, она пришла в замешательство, усмехнулась и произнесла:
– Ты очень уверен в себе. Я подумаю над твоей просьбой.
– Кроме меня, никто в этом мире не знает о талантах твоей матери, даже твой настоящий отец!
– Я же сказала: твоя жизнь в моих руках. У тебя же нет ничего, чтобы торговаться со мной, – холодно заметила Хань Юньси.
Хань Цунъань улыбнулся:
– Если я привел семью Хань к краху, в чем смысл моей жизни? Могу только покончить с собой!
Принцесса не восприняла эти слова всерьез. Ей казалось, ему не хватит смелости совершить самоубийство. Однако, не проронив ни слова, отец развернулся и изо всей силы ударился головой о стену.
– Нет!
Если Хань Цунъань умрет, все усилия последних дней будут напрасны и она никогда не узнает правду! Крик не остановил отца, он продолжил яростно биться головой. Хань Юньси потрясенно смотрела на него, понимая, что явно недооценила его желание привести клан Хань к величию.
– Хорошо, обещаю! – громко сказала она.
Глава 75
Правда, весьма неожиданная
«Какой упрямый!»
Хань Цунъань остановился, только когда девушка закричала. Потом наконец обернулся, голова закружилась, и он рухнул на каменный пол.
– Ты…
Принцесса немедленно позвала тюремщика, чтобы поскорее открыть дверь. Войдя в камеру и взглянув на отца, Хань Юньси вздохнула с облегчением. К счастью, Хань Цунъань обладал железным здоровьем. Раны кровоточили, однако он не успел нанести себе серьезных увечий и, хотя лежал на полу с закрытыми глазами, все еще был в сознании.
Подав тюремщику знак уйти, Хань Юньси уселась рядом и стала ждать, когда мужчина придет в себя и сможет продолжить разговор. После удара голова его кружилась: дни в темнице истощили тело. Принцесса терпеливо наблюдала, про себя рассуждая о матери и настоящем отце. Какие отношения связывали всех троих? Могла ли госпожа Тяньсинь умереть не своей смертью?
– Юньси, ты действительно согласна? Точно? – внезапно уточнил Хань Цунъань.
Принцесса грустно взглянула на него и пошевелила одними губами:
– Теперь ты можешь сказать мне правду?
Он не спешил отвечать. Но, опустив голову и тяжело вздохнув, все же начал:
– Хань Юньси, я стар и на этот раз еще больше опозорен. Мне некому передать тайные навыки семьи Хань. Ты хорошо знаешь моих детей: никто из них не способен продолжить дело семьи, тем более старший. Только седьмой сын достоин стать моим преемником, но он еще слишком молод, чтобы взвалить на себя такую ответственность. Ты должна защитить его.
– Я понимаю. Теперь ты можешь мне все рассказать?
Хань Цунъань вытащил из рукава платок. С первого взгляда Хань Юньси поняла, что это женский платок, один из тех, что уже давно вышли из моды. Развернув его, она увидела слова, написанные кровью. О небеса! Это оказалось не чем иным, как соглашением между госпожой Тяньсинь и Хань Цунъанем! На самом деле они были вместе по договоренности!
– Твоя мать и я – супруги только на бумаге. Она вышла за меня замуж, уже будучи в положении, – спокойно рассказал он.
– Зачем же ты женился на ней? – выпалила Хань Юньси, не ожидавшая такого поворота событий.
– Потому что… – начал было отец, но осекся. – Потому что она была прекрасным лекарем, способным помочь мне занять пост управляющего медицинской школой. Это просто сделка.
Если бы не платок, принцесса никогда бы не поверила в это. Но у нее было доказательство. Хань Юньси необъяснимо нервничала и не могла совладать с эмоциями.
– Для чего ей надо было выходить за тебя замуж? Где мой настоящий отец?
Хань Цунъань несколько раз вздохнул.
– Я бы тоже хотел это знать.
«Что? Он тоже не в курсе?»
Она не могла поверить своим ушам.
– Ты ничего не знал и решил жениться на ней?
– Дочь моя, я не знаю не только кто твой отец, но и кем была твоя мать. Она пришла ко мне на первом месяце беременности и пообещала помочь стать кандидатом в управляющие медицинской школой в течение десяти лет. Но с одним условием: я должен был сделать ее главной женой, дать статус и признать тебя своим ребенком. Я долго не решался на этот шаг, но разве мог отказать такой гениальной женщине?
Хань Цунъань гадал, почему же раньше не встречал госпожу Тяньсинь, но, как бы ни расспрашивал ее о прошлом, она не открывала своей тайны. Абсолютно очарованный ею, лекарь Хань просил избавиться от ребенка и начать жизнь с чистого листа. Однако она решительно отвергла его предложение.
После «женитьбы» Хань Цунъань только больше убедился в мастерстве супруги. Госпожа Тяньсинь вылечила нескольких людей, которым он не в силах был помочь, обрела известность во всей столице и стала настоящей представительницей семьи Хань. Он, конечно, ревновал! В славе или в медицинских навыках Хань Цунъань не собирался оставаться на вторых ролях и тем более не мог допустить, чтобы жена оказалась лучше него, даже если супругой она была лишь по соглашению.
Одно время лекарь Хань пытался разузнать о ее прошлом, но, к сожалению, не нашел зацепок.
Юньси озадачил рассказ отца.
– Разве мать не из клана Байли, что жил в уезде Хэцзэ?
Когда-то она пыталась разузнать об этом, но так и не добилась успеха.
– Я придумал эту историю, подкупив клан Байли. Когда-то давно я тоже хотел узнать о твоей матери больше, но она как будто возникла из воздуха.
Хань Цунъань беспомощно смотрел на дочь, и весь его вид говорил о том, что, несмотря на зависть к талантам этой женщины, он по-прежнему любил ее. Жаль, что ему так и не удалось найти ключ к тайнам ее прошлого.
Удивлению Хань Юньси не было предела. Даже в самых смелых предположениях она не приближалась к настоящей истории матери. Если Хань Цунъань не смог докопаться до истины, кто же тогда мог ее знать? Госпожа Тяньсинь умерла через год после замужества и едва ли успела обзавестись знакомствами при дворе. Даже ее имя – Байли Тяньсинь – было ненастоящим…
– Значит, ты так и не узнал, кто мой отец? – пробормотала под нос Хань Юньси.
– Мне хотелось бы узнать это так же, как и тебе.
Какой мужчина покорил сердце госпожи Тяньсинь? Она была не только великолепным лекарем, но и прекрасным человеком. Даже покойный император, встретившись с ней однажды, высоко оценил ее умения.
– Тогда почему она умерла при родах? – внезапно спросила принцесса.
Удивление не помешало забыть о самом важном вопросе, который волновал ее с детства.
– Хань Юньси, как думаешь, в чем причина? Позволь сказать, что твоя мать была намного мудрее тебя и даже не воспринимала всерьез наложниц в моей семье. Или ты думаешь, я хотел, чтобы она умерла?
От Хань Цунъаня не укрылось подозрение, с которым дочь смотрела на него. Но он находил его абсолютно нелепым и произнес, чеканя слова:
– У меня не было причин убивать твою мать.
Хотя он ревновал «супругу» и ненавидел чужого ребенка в утробе госпожи Тяньсинь, все же был не настолько жесток, чтобы убить его или ее. Кроме того, названая жена обещала помочь с карьерой. Ее смерть оказалась сильным ударом для всей семьи Хань.
– Я ни капли не верю, что она умерла во время родов. Здесь что-то не так! Моя мать – лекарь. Разве могла она не знать о своем состоянии? – сердито спросила Хань Юньси.
Предположим, у Хань Цунъаня не было оснований убивать госпожу Тяньсинь, но в официальную причину смерти принцесса все равно не верила. Насколько она знала, мать была в добром здравии и не оставила воспоминаний о необычных симптомах. Если роды прошли тяжело, то, должно быть, это связано с положением плода.
Заметив метания Хань Юньси, отец наконец сказал:
– Ты родилась ножками вперед. Настоящее чудо, что выжила!
Эти слова, несомненно, подтвердили ее догадку.