Митя МитрАфан-off – Книга, или Давай попьём пива (страница 12)
Что делать? Проснувшись часа в 4 ночи и проторчав на сайтах знакомств до 7 утра, пришлось признать, что достойной для выхода или вывода в свет подруги у меня нет…
Проведение играет с нами в странные игры. Кончились сигареты, и мне пришлось сходить за ними в местный ночник. Вернувшись, встретил на лавочке у подъезда соседа Володю и разговорился с ним. Беседуя, увидел, как через наш двор идет стройная, потрясающей красоты невысокая блондинка…. Терять было нечего, наглости, уверенности в себе было не занимать, и я направился навстречу своей судьбе…
***
Притча о сапожнике (к размышлениям о моде, брендах и человеческой психологии).
В давние времена жил сапожник. Купил он шкуру буйвола за 5 монет и сделал две пары одинаковых сапог. Идентичных полностью, даже одного размера. Написал на первой паре «для простолюдинов», на второй – «для господ». Понес на рынок и отдал в лавку для продажи. Вскоре первую пару сапог купили за 10 монет, а вторую – за 100…. Когда у него спросили, как ему удалось продать одну пару дороже другой в 10 раз, он ответил: «Люди подобны баранам, и глупо их не постричь».… Так появились бренды.
***
ГЛАВА 3. Съём в кафе.
– Слушайте анекдот. Только внимательно. Итак. «Милая, перед раком у нас что?
– Минет, дорогой!
– Тоже верно, но я о гороскопе!..»
Четыре миловидные дамы, сидящие за столом в кафе с Мишаней, жеманно засмеялись.
– Миша, а ты озорник, – кокетничала дама в желтой блузе со смелым декольте, – и очень забавный.
– Или вот: пошлёшь кого-нибудь сгоряча. И переживаешь потом. Дошел, не дошел…
Миша был явно в ударе, не без артистизма развлекая девушек. Находясь в том пограничном состоянии, когда еще хорошо, но вот-вот может начаться пьяное уныние или безудержное веселье.
– Я тоже расскажу, – сказала самая высокая из девушек. – Давно пора научиться говорить слово «НЕТ»! Вот, говорит тебе соседка: «Будешь сто грамм?» А ты ей: «А почему бы и «НЕТ» ….
Все смеялись, когда подошел Стасов.
– Добрый вечер. Привет, Миша…. Смотрю, ты как в малине. Девчонки, он вам не надоел? Может, пошлем его как в том анекдоте?
– Кому-то и железная бочка – музыкальный инструмент, – вздохнул Михаил. – Нет гармонии в жизни. Кругом хамы и грубияны! Присаживайся, Сеня. Тебе повезло. Девчонки попросили позвать мужчин. А ты как одним местом чуешь… Дамы, разрешите представить будущего лауреата Нобелевской премии по литературе, великого русского писателя Семена Стасова! Камю, Кьеркегор и Ницше со своим Заратустрой, в сравнении с ним, просто маленькие девочки в белых фартучках и бантами на милых головках. Прошу любить и жаловать! – с пафосом провозгласил пьяный анекдотчик. – Сэм, знакомься. Это Вика – победударующая, онегинская Татьяна, Елена – прекрасная и просто Мария!
– На мой взгляд, все присутствующие дамы прекрасны! – заявил вслух писатель, и «староваты», с досадой отметил про себя. Совершенно очевидно, возраст дам колебался в районе 39-42 лет.
– Разумеется, Сеня! Ты что, не видишь, какие красавицы за столом!? Они меня сегодня балуют своим вниманием и коньячком, а я их развлекаю. Как могу, развлекаю! Скажите, девчонки! – взволновано воззвал заметно заплетающимся языком Мишаня тоном героя-пулеметчика в одиночку сдержавшего рубеж обороны и опустошив последнюю обойму, наконец-то дождавшегося подкрепления.
– Да, да. Миша у нас сегодня прекрасный кавалер и джентльмен. Рассказал нам столько всего интересного и смешного, что мы не заметили, как время пролетело. А вы, Семен, тоже будете нас развлекать? Нам танцевать хочется, – капризно кривлялась Лена, уставившись на свежепоявившегося мужчину, склонив к плечу голову и игриво вскинув бровку, сложив губки трубочкой.
– Сочту за честь. Чуть позже обязательно потанцуем. А сейчас предлагаю выпить за знакомство. Я тоже с коньяком, – размещаясь между Мишей и Татьяной, подтверждая серьезность своих намерений, вынул бутылку из пакета. – Скоро Борис Аркадьевич подойдет. Он обязательно пригласит потанцевать Марию, – пророчествовал Семен, оценив девушку. Та, по его мнению, полностью соответствовала предпочтениям друга.
– Даже так? – закокетничала дама с формами. – Что же это за Борис Аркадьевич? Почему именно меня? Может он Таню или Вику пригласит.
– Я хорошо изучил его вкус, – улыбнулся Семен и поднял наполненную рюмку. – За знакомство, друзья! – и, выпив, потянулся за лимоном.
– А вы, правда, писатель? А что вы написали? Стасов? Что-то не припоминаю, – жуя, призадумалась блондинистая миниатюрная Виктория.
– «Писатель» – это громко сказано! Я всего лишь начинающий прозаик. Странно, конечно, начать писать в моем возрасте, – дурашливо беспечно прокомментировал Семен, слегка скривившись от едкого цитруса. – Но так получилось. Надеюсь, скоро выйдет моя первая книга.
– Как интересно! Познакомится с живым писателем. Автограф дадите? – благоволительно рассматривая потенциального кавалера, заигрывала Виктория.
– Не вопрос. Как только выйдет книга. А вы любите литературу? – спросил Сэм, поднимая вновь наполненную рюмку.
– Вика у нас филолог, – ответила за подругу Татьяна. – Преподает русский и литературу в школе.
– Вот как! В какой, если не секрет, школе?
– В 135. На Даманском, – ответила учительница.
– Здорово. Знаю эту школу. Я на «Связи» живу. В молодости у меня невеста из вашей школы была…. Дамы и господа, пусть вечер станет незабываемым, – провозгласил писатель…. – Вика, может, пойдем, потанцуем? Красивый медляк начался, – предложил Стасов, закончив с коньяком, примечая, что тот подействовал и все не так уж безнадежно.
– С удовольствием, – ответила девушка, поправляя только ей заметный конфуз в прическе…
Они продолжили танцевать, когда зазвучала ритмичная музыка. Вечер набирал обороты. Вскоре подошедший Борис присоединился к ним вместе с остальными девчонками. Настроение стремительно двигалось вверх. Мероприятие обещало стать фееричным…
– А ты классно двигаешься. Учился? – нежно прижимаясь к нему в очередном медленном танце, отметила Вика.
– Было дело в молодости…. Всю юность был ди-джеем на дискотеках. Хочешь не хочешь танцевать научишься.… Был случай, что даже на конкурсе «А ну – ка девушки», будучи партнером по танцам, специальный приз получил…. А вообще старый конь борозды не портит…
– Судя по тебе, и глубоко пашет, – многообещающе оценила подруга, не отводя взгляда от глаз мужчины, нежно пройдясь бедром по причинному месту, облизывая губу.
– Не сомневайся, – улыбнулся бывший ди-джей, опуская руку ниже пояса, отмечая приятную упругость филейной части партнерши…
Натанцевавшись, довольные, раскрасневшиеся танцоры вернулись за столик к одиноко сидящему журналисту, заметно опустошившему запасы алкоголя и успевшему уйти в нирвану.
– А Миша зря время не терял, – взяв в руки сильно опорожненную бутылку, прокомментировала Мария. – Поросенок ты, Миша. А как же мы?
– Мне сегодня нужно напиться…. Мир отвратителен и жалок…. С выпивкой жить стало менее противно и легче.
– Кому-то легче, а кому-то алкоголя не хватит, – обиженно скуксилась девушка, возвращая флакончик на место.
– Не проблема, девчонки. Сейчас принесу, а пока давайте что осталось, допьем – порадовал полковник, взявшийся разливать оставшийся коньяк.
– Если ты где-то тиран, то где-то ты лапочка, – икнув, глубокомысленно промычал Миша, взяв очередную порцию спиртного. – Иначе будет хреново всем.
– Ты о чем? – спросил Борис.
– О законе компенсации.
– Например?
– Пример хочешь? – вопросом на вопрос ответил, любитель сентенций. – Калигула, например. Тиран и извращенец был жуткий. Все его остерегались. Не было человека, который мог ему сказать НЕТ, нельзя. И чем все закончилось? – опрокинув очередную рюмку, Миша замолчал, зависая в нирване….
– Чем закончилось? Порнофильм про него сняли, – не выдержала Лена.
– Порнуха!? – забыв предыдущую тему, оживился Мишаня, рассмешив всех.
–Миша, какая порнуха!? Что ты про Калигулу говорил? – смеялась Лена.
– Аа-а.– разочарованно начал он. – Калигула…. Нерон…Те еще родственнички. Сволочи! Рим спалили. Мало им было драть всех в хвост и в гриву…. Нерон еще поэтом себя возомнил…. Рим жалко. Красивый город. Был я там, граппу пил…. Так себе. На любителя, – закончив на этом, Мишаня ушел в ступор.
– Упился паренек, – прокомментировал Стасов, разливая сок по стаканам.
– Не каждая птица долетит до середины Днепра, – оценивая масштаб злоупотреблённого в «одно рыло» Мишаней, прокомментировал Аркадич.
– Не каждый доживет до Альцгеймера, – усмехнулся Семен.
– Лишь бы не допился до чертиков, – ответил друг…
– За баб, – неожиданно провозгласил, вернувшийся из мира грез «знаток» римской истории, салютуя наполненной рюмкой, перехваченной у соседки.
– Это кто тут бабы, Миша?! – возмутилась «ограбленная» Лена.
– Не слушайте его, девчонки…. Мишаня изволили накушаться. Молитесь, чтобы глотку матерным фольклором драть не начал, – смеялся Борис.
– Ну вас, – ставя опорожненную рюмку, выпивоха встал из-за стола. – Пойду отолью…
– Можно без подробностей! – раздражалась Татьяна.… Михаил пьяно уставился на нее и выдал:
– Я иду в туалет пописать. Зайду в сортир. Запрусь. Именно запрусь, а не закроюсь. Расстегну ширинку. Достану из широких штанин… дубликатом бесценного груза… смотрите, завидуйте, я – гражданин, а не какая – то гражданка!.. – гордо продекламировал алкоголик и нетвердой походкой, величественно держа голову, двинулся в сторону туалета.