Митрополит Иларион – Святые наших дней (страница 30)

21 мая иеромонах Гавриил пишет Патриарху прошение о назначении «на место главного диакона кладбищенской церкви святой Нины». Патриарх налагает резолюцию: «Он будет помогать священникам на всенощной и литургии как протодиакон или чтец книг, при этом может как иеромонах совершать церковные обряды по распоряжению настоятеля».

Такой практики – чтобы священник служил за диакона – нет в других Поместных Церквах, но в Грузинской Церкви она существует. В этом случае священник облачается в диаконский стихарь и ничем по внешнему виду не отличается от диакона.

Вскоре Патриарх получает новое прошение: «Поскольку у меня нет слуха для молитвенного пения, прошу направить меня в кладбищенскую церковь Ваке священником. Прошу прощения за беспокойство. Надеюсь, что и эту просьбу мою выполните. Хочу быть лишь священником, чтобы ни они не обижались, ни я. Даже одного отправьте в какой-нибудь район, где буду уединен, как подобает монаху, и смогу там жить».

Из прошения следует, что между иеромонахом Гавриилом и клиром храма, куда он был направлен, возник конфликт. Причины его нам неизвестны, но, судя по тому, как отец Гавриил вел себя в последующие годы, он был неспособен к обычному пастырскому служению. То, что одни принимали за юродство, а другие за психические отклонения, иногда имело очень причудливые формы, и вокруг молодого иеромонаха постоянно создавались конфликтные ситуации.

Патриарх Мелхиседек, тем не менее, благоволил к нему и позволял ему жить при Сионском соборе. На молодого иеромонаха со странным поведением часто наговаривали Патриарху. Однажды ему донесли, что у Гавриила в келье женщины. Он сам отправился посмотреть. Каково же было его удивление, когда в келье иеромонаха он увидел его мать и сестру, пришедших навестить его. Отец Гавриил познакомил их с Патриархом. Потом сам Патриарх рассказал ему о причине своего внезапного посещения, добавив:

– Ничего, клевета – наша участь.

Патриарх Мелхиседек умер 10 января 1960 года. Отец Гавриил всегда вспоминал о нем с уважением и любовью:

– Католикос Мелхиседек был исповедником твердой веры… Сильным был Патриархом – от Бога получил благодать прозорливости. Он видел душу каждого входящего в церковь. Поэтому, пока он был Католикосом, в священнослужители не благословляли никого, кто был завербован правительственными чинами.

После смерти Патриарха отец Гавриил поехал в Батуми, где ранее проходил военную службу и где у него был друг – местный священник. Там он однажды сел на обрыве над морем с иконой святителя Николая в руках. Внезапно каменная глыба, к которой он прислонился, опрокинулась, и он упал в воду. Плавать он не умел и сразу пошел ко дну.

Сколько времени он провел под водой, неизвестно, но, во всяком случае, достаточно для того, чтобы душа его вышла из тела и наблюдала за происходившим со стороны. Он видел, как его тело вытаскивали из воды, как пытались вернуть к жизни. Когда его, наконец, откачали, он увидел, что рядом с ним стоит человек в погонах. Это был старший офицер расположенной неподалеку воинской части. Показывая на икону в руках отца Гавриила (он так и не выпустил ее из рук, даже под водой), офицер сказал:

– Этот святой просил меня спасти человека, тонущего в море, пошел со мной и показал место! Но как только тебя вытащили, он исчез. Я лишь сейчас понял – это именно Николай Чудотворец спас тебя, у моей матери есть дома его икона.

Два года в Бетании

По возвращении из Батуми отец Гавриил вновь пришел в Сионский собор, но сердце его лежало к монашеской жизни, и он попросил, чтобы его направили в Бетанский монастырь. Этот монастырь он помнил с детства, неоднократно там бывал. К этому времени из двух Бетанских старцев в живых оставался только один – Георгий, тот самый, который был более строг к двенадцатилетнему Годердзи, чем его почивший собрат. Был еще иеромонах Василий (Пирцхалава), но он умер в том же 1960 году.

– Отец Василий был удивительным постником, – вспоминал о нем отец Гавриил. – Глядя на него, я все изумлялся, как в этом иссушенном от поста теле теплится жизнь.

Иеромонах Василий (Пирцхалава)

После его смерти отец Гавриил остался вдвоем с отцом Георгием, к тому времени принявшим схиму с именем Иоанн. 18 апреля 1961 года старец обратился к Патриарху-Католикосу Ефрему: «Я постарел и обессилел, соизвольте назначить вместо меня Гавриила Ургебадзе». Он опасался, что после его смерти в Бетании окончательно иссякнет монашеская жизнь, и надеялся, что отец Гавриил сможет его сменить.

Отец Гавриил в монастыре отвечал за хозяйство, которое состояло из двух коров, нескольких пчелиных ульев и огорода. Он изготавливал и продавал сыр и мед: на эти средства, а также на скудные пожертвования прихожан они и жили.

Однажды у отца Иоанна начались сильные боли в боку и пояснице. Его племянник, который был врачом, отвез его в Тбилиси на обследование. Врачи ничего не смогли обнаружить, и он вернулся в Бетанию. Там отец Гавриил ежедневно служил литургию и причащал его. Однажды, придя в келью к старцу, он увидел его стоящим на ногах:

– Гавриил, мне явилась Пресвятая Богородица и прикосновением к больному месту исцелила меня, – сказал он.

Прошло несколько месяцев, и начались новые болезни. Старца привезли в Тбилиси и сделали ему сложную операцию. Через несколько дней, предвидя скорую смерть, он попросил, чтобы его вернули в монастырь. Здесь его ждал отец Гавриил, который снова стал ему прислуживать. Но после операции старец таял на глазах. Каждый день отец Гавриил опасался, что он умрет.

Однажды он отправился в Мцхету, чтобы отслужить литургию в соборе Светицховели. Когда он находился там и молился в келье, внезапно услышал голос:

– Иди скорее в Бетанию!

Этот голос повторился трижды. Он оделся, взял посох и отправился в путь. По дороге купил несколько хлебов. Попутных машин не было, он шел пешком, но какая-то сила все время торопила его:

– Не останавливайся, иди быстрее!

Когда он пришел в монастырь, уже смеркалось. Отец Иоанн поджидал его:

– Я молился, сын мой, чтобы ты пришел ко мне и прочел молитвы на исход души.

Но выглядел он более бодрым, чем когда отец Гавриил уходил, и признаков скорой кончины не было видно. Отец Гавриил положил на стол хлеб, старец благословил его и сказал:

– Ты очень устал с дороги, поешь и немного подкрепись.

Затем преломил хлеб, взял немного себе и сказал:

– Это моя последняя трапеза.

– Бог милосерден, ради нас продлит вашу жизнь, – сказал отец Гавриил. – Не будет вас, не будет здесь иночества.

– Не мною начиналось и не мною закончится, – ласково ответил отец Иоанн. – Пора последовать за моим духовным братом. И воля моя – быть похороненным рядом с ним. Мы вместе перенесли много трудностей и гонений. Сегодня он сказал мне, что уже проторил дорогу, и теперь мы будем вместе.

После этого старец велел отцу Гавриилу читать канон на исход души. Тот ответил со слезами:

– Отче, хотелось бы мне умереть раньше тебя и вместо тебя!

– Ты не знаешь, что говоришь и о чем просишь! – сказал старец, встал и начал сам читать канон. Только после этого отец Гавриил взял книгу и продолжил чтение.

Когда оно окончилось, старец попросил его почитать молитву Иисусову по четкам. Потом сказал:

– Видишь, сколько монахов пришло в часовню?

И рассказал, что видит монахов, которые жили в Бетании на протяжении веков. А затем предсказал:

– Знай, Гавриил, когда я уйду, тебя недолго оставят в монастыре. Монастырь опустошат, но я не оставлю Бетанию. А затем тебя ждут большие скорби и борьба, но не пугайся, Господь защитит и укрепит тебя, и я всегда буду с тобой.

Прошло еще несколько минут, отец Гавриил тихо читал Иисусову молитву, старец слушал. Вдруг он вздрогнул, радость появилась на его лице, и он сказал:

– Мой брат и отец Иоанн пришли ко мне, а с ними…

Он не договорил. Голова его опустилась на грудь, и он предал дух Богу.

Всю ночь отец Гавриил молился у одра почившего, а наутро пришли монахи от Патриарха Ефрема, которых как будто кто-то оповестил о кончине старца. Организацию похорон Патриарх взял на себя и сам совершил отпевание. Когда усопшего должны были предать земле, отец Гавриил положил ему на грудь Новый Завет. Похоронили отца Иоанна рядом с его духовным братом, как он и завещал.

13 октября 1962 года, вскоре после похорон старца, отец Гавриил написал Патриарху Ефрему: «Прошу, Святейший, своим грешным сердцем и душой Вашего благословения, на коленях прошу время от времени получать Ваши наставления и исповедоваться Вам. Прошу прощения, мне очень трудно не иметь больше духовного отца. Куда мне идти, кому доверить мою исповедь, если не Вам… Я сейчас лодка, брошенная в море без весел, нужен духовный наставник, как дому – фундамент».

Сорок дней отец Гавриил служил панихиду по новопреставленному старцу Иоанну, а по субботам заупокойную литургию. Когда же дни поминовения прошли, в монастырь явились представители властей в сопровождении милиции и потребовали, чтобы он покинул монастырь.

– Нам тут монахи не нужны, – сказали ему. – Это исторический памятник, где люди должны ходить свободно. Поэтому предупреждаем, если мы опять увидим тебя здесь, арестуем и посадим в тюрьму.

В тюрьме и психушке

И снова начались его скитания. Он был приписан к Георгиевскому храму в Кашвети, но посещал и другие храмы Тбилиси. После литургии выходил, садился на скамейку, вокруг него сразу собирался народ, все что-то спрашивали, он отвечал.