Митрополит Иларион – Иисус Христос. Жизнь и учение. Книга I. Начало Евангелия (страница 18)

Чудо исцеления кровоточивой. Фреска. IV в.

Евангелие от Матфея – единственное из четырех, в котором дважды упоминается Церковь (Мф. 16:18; 18:17). Это единственное Евангелие, в котором употреблена крещальная формула во имя Отца и Сына и Святого Духа (Мф. 28:19). В этом некоторые ученые видят подтверждение датировки Евангелия от Матфея концом I века, когда Церковь, по их мнению, уже создала свою достаточно развитую литургическую традицию, включавшую крещальные и евхаристические формулы. Матфей, согласно этому взгляду, адаптировал Евангелие от Марка в свете позднейшей литургической традиции Церкви.

Однако и этот взгляд может быть оспорен. Термин «Церковь» многократно встречается в посланиях апостола Павла, написанных в 50-е годы и первой половине 60-х. Появление этого термина в Евангелии от Матфея, следовательно, вовсе не означает, что оно было написано позже других Евангелий.

Что же касается крещальной формулы, то она, согласно Матфею, принадлежит Иисусу и должна была употребляться в Церкви с самого начала. Из Деяний апостольских мы знаем, что крещение и Евхаристия были тем изначальным формообразующим элементом, на котором строилась жизнь Церкви в первые же месяцы и годы после воскресения Иисуса (Деян. 1:41–42). При крещении должна была использоваться формула, восходившая к Самому Иисусу, а при совершении Евхаристии должны были звучать слова, которые Он произнес на Тайной Вечере: их доносят до нас все три евангелиста-синоптика (Мф. 26:26–28; Мк. 14:22–24; Лк. 22:17–20).

У нас есть все основания считать, что и крещение, и Евхаристия первичны по отношению к фиксированному письменному тексту любого из четырех Евангелий.

Следовательно, присутствие в Евангелии от Матфея крещальной формулы вовсе не говорит в пользу его более позднего происхождения по отношению к Евангелию от Марка.

Нам представляется второстепенным вопрос о том, появилось ли Евангелие от Матфея раньше или позже Евангелия от Марка. Есть своя логика в предположении, что Евангелие от Марка было дополнено Матфеем и адаптировано для иудейского читателя. Но имеются и веские основания в пользу более раннего происхождения Евангелия от Матфея, стоящего на первом месте во всех древних кодексах Четвероевангелия и в раннехистианскую эпоху воспринимавшегося как документ, который наиболее полно демонстрирует укорененность Церкви в учении Иисуса[123]. Вполне вероятно, что именно Евангелие для иудеев, как наиболее архаичное, и было первым по времени появления. Учитывая ссылку Луки на многих, начавших составлять повествования, можно полагать, что к числу этих многих относился и Матфей. Следовательно, и его Евангелие (пусть даже и не в окончательной редакции) должно было появиться не позднее середины 60-х годов.

3. Евангелие от Марка

Церковная традиция отождествляет автора второго Евангелия с Иоанном Марком, многократно упоминаемым в Деяниях (Деян. 12:12, 25; 13:13; 15:37-39). Согласно преданию, Марк был учеником апостола Петра (что подтверждается выражением Марк, сын мой, в 1 Пет. 5:13) и пересказал то, что услышал от него: это предание, восходящее к Папию Иерапольскому, сохранено Евсевием Кесарийским[124]. Но Марк был близок и к Павлу, о чем свидетельствуют три упоминания о нем в Павловых посланиях: Приветствует вас Аристарх, заключенный вместе со мною, и Марк, племянник Варнавы (Кол. 4:10); Марка возьми и приведи с собою, ибо он мне нужен для служения (2 Тим. 4:11); Марк, Аристарх, Димас, Лука, сотрудники мои (Флм. 1:24).

Апостол Марк. Миниатюра. XIII в.

Будучи учеником обоих первоверховных апостолов, из которых лишь один, Петр, был ближайшим учеником Иисуса и очевидцем Его деяний, Марк очевидно именно на рассказах Петра основывал свое повествование о событиях, свидетелем которых не был сам. Таким образом, весьма вероятно, что Евангелие от Марка, или, точнее, по Марку, является той версией Благой Вести, которая принадлежит апостолу Петру. Евсевий пишет:

Марк, став переводчиком Петра, аккуратно записал все, что делал или говорил Господь, как запомнил, но не по порядку, ибо сам не слышал Христа и не ходил с Ним. Позднее он сопровождал Петра, который говорил, сообразуясь с обстоятельствами, а не излагая слова Господа по порядку. Поэтому Марк нисколько не погрешил в том, что записал все, как запомнил. Он заботился только об одном: как бы не пропустить или не исказить ничего из того, что он слышал[125].

Ириней Лионский (II в.) считал, что Евангелие от Марка было написано после смерти Петра[126], которая произошла между 64 и 67 годами. Климент Александрийский, напротив, относил это Евангелие ко времени пребывания Петра в Риме (ок. 45–65 гг.)[127]. В настоящее время многие ученые датируют составление Евангелия от Марка приблизительно 65 годом[128]. Внутренние признаки указывают на то, что оно было написано до разрушения Иерусалима в 70 году[129]. Впрочем, некоторые ученые продолжают настаивать на более поздней датировке, указывая период между 70 и 85 годами как наиболее вероятное время написания этого Евангелия[130].

Апостол Петр. Икона. VI в.

О том, что Евангелие от Марка передает рассказ Петра о происходивших событиях, свидетельствуют, во-первых, многократные упоминания Петра в тексте этого Евангелия: Петр выступает в качестве представителя группы учеников; к нему Иисус нередко обращает слова, адресованные всем ученикам; он часто говорит от имени всей группы (Мк. 8:29-33).

В некоторых случаях Петр обращается к Иисусу, но ответ Иисуса адресован всей группе (Мк. 10:28–30; 11:20-23). В Гефсиманском саду Иисус, согласно Марку, обращается сначала к Петру, но потом ко всем ученикам: Возвращается и находит их спящими, и говорит Петру: Симон! ты спишь? не мог ты бодрствовать один час? Бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение: дух бодр, плоть же немощна (Мк. 14:37-38). В параллельных повествованиях других евангелистов слова Иисуса обращены ко всем трем ученикам.

Преображение Господне. Икона. Феофан Грек. 1403 г.

Во-вторых, Марк иногда говорит не только о действиях Петра, но и о его внутренних переживаниях, выделяя его при этом из группы других участников действия: При сем Петр сказал Иисусу: Раввú! хорошо нам здесь быть; сделаем три кущи: Тебе одну, Моисею одну, и одну Илии. Ибо не знал, что сказать; потому что они были в страхе (Мк. 9:5-6). Здесь Петр является выразителем общего настроения, однако если всех троих упоминаемых в рассказе учеников объединяет чувство страха, то только у Петра оно сочетается с радостью (хорошо нам здесь быть) и недоумением (ибо не знал, что сказать).

Все эти и многие другие факторы, по мнению исследователей, подтверждают, что Петр был для Марка главным источником информации. В то же время сравнение Евангелия от Марка с другими Евангелиями заставляет признать, что и в них роль Петра высвечена достаточно ярко. Более того, рассказ Марка о том, как Иисус пришел к ученикам по воде во время бури (Мк. 6:47-50), не содержит никаких упоминаний о Петре, тогда как Матфей добавляет выразительную сцену, в которой Петр выходит навстречу Иисусу и начинает утопать (Мф. 14:25-32).

Есть также основания полагать, что и сам Марк был очевидцем по крайней мере некоторых событий из жизни Христа. В частности, Марк отождествляется некоторыми комментаторами с человеком, несшим кувшин воды и показавшим ученикам Иисуса место для совершения Тайной Вечери (Мк.14:13–15). У Марка есть эпизод, который отсутствует у остальных евангелистов: он упоминает о том, что в момент ареста Иисуса с Ним находился юноша, завернутый в покрывало по нагому телу; когда его схватили, юноша оставив покрывало, нагой убежал от них (Мк. 14:51–52). Имя юноши не названо, однако многие толкователи предполагают, что им был сам Марк, говоривший о себе в третьем лице. Суммируя данные о предполагаемых источниках Евангелия от Марка, современный ученый пишет:

…Имеющиеся у нас свидетельства… убедительно подтверждают ту гипотезу, что основным источником Марка был корпус преданий, сформированный двенадцатью учениками в Иерусалиме и известный ему в той форме, в которой он распространялся Петром. Едва ли возможно вычленить черты преданий, принадлежавшие именно Петровой версии, – нет сомнения, что во всех преданиях, авторизованных двенадцатью апостолами, он играл значительную роль… Далее, не следует пренебрегать ролью самого Марка как создателя Евангелия. Судя по огромному количеству преданий об Иисусе, засвидетельствованных в других канонических Евангелиях, не говоря уж о неканонических, Марк подходил к составлению своего краткого Евангелия очень строго и разборчиво. Трудно вообразить, например, что Марк не знал никаких речений Иисуса, кроме приведенных в его Евангелии, – их там очень немного… Трудно сказать, какие любопытные воспоминания Петра Марк мог «оставить за кадром» своей книги, посвященной строго определенным темам и задачам[131].

Евангелие от Марка – самое короткое из четырех. Оно отличается особым динамизмом повествования. Часто в начале рассказа употребляется настоящее время: Немедленно после того Дух ведет Его в пустыню (Мк. 1:12); и приходят в Капернаум (Мк. 1:21); Приходит к Нему прокаженный (Мк. 1:40); Приходят к Нему и говорят (Мк. 2:18); Приходят в дом; и опять сходится народ (Мк. 3:20); Приходит в Вифсаиду; и приводят к Нему слепого и просят, чтобы прикоснулся к нему (Мк. 8:22). В продолжение рассказа настоящее время сменяется прошедшим.