Митрополит Иларион – Евангелие от Матфея. Исторический и богословский комментарий. Том 1 (страница 92)
В то же время, высказывание вполне соответствует тому радикализму, который выражен в других призывах Иисуса, например, в словах: «Если кто приходит ко Мне и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником» (Лк. 14:26).
Этот радикализм отпугивал от Иисуса и Его общины некоторых приходивших к Нему людей. Других же, наоборот, он притягивал. Приведенные эпизоды показывают, что Иисус считал своим долгом предупредить тех, кто желал вступить в создаваемое Им братство, о тяготах пути, на который они хотели вступить. Наиболее полно эту тему Иисус раскроет в поучении двенадцати апостолам после их избрания (Мф. 10:5-42).
5. Усмирение бури
23И когда вошел Он в лодку, за Ним последовали ученики Его. 24И вот, сделалось великое волнение на море, так что лодка покрывалась волнами; а Он спал. 25Тогда ученики Его, подойдя к Нему, разбудили Его и сказали: Господи! спаси нас, погибаем. 26И говорит им: что вы так боязливы, маловерные? Потом, встав, запретил ветрам и морю, и сделалась великая тишина. 27Люди же, удивляясь, говорили: кто это, что и ветры и море повинуются Ему?
Этот рассказ содержится у всех трех синоптиков. Как и во многих других случаях, наиболее краткую версию события дает Матфей. Наиболее полное и детализированное описание мы находим у Марка (Мк. 4:35–41). Лука в основном следует Марку (Лк. 8:22–25).
Марк – единственный из троих рассказчиков, кто упоминает, что, помимо лодки, в которой оказался Иисус, там были и другие лодки. Кому Иисус предлагает переправиться на другую сторону озера? У Марка рассказу о том, как Он вошел в лодку, предшествует фраза: «Без притчи же не говорил им, а ученикам наедине разъяснял всё» (Мк. 4:34). Слово «им» в начале рассказа относится не к ученикам, а к более широкому кругу людей. Однако и Матфей, и Лука говорят, что в лодке был Иисус с учениками. При этом, если у Марка ученики «берут с собой» Иисуса (вероятно, он пользуется лодкой Петра и Андрея, либо Иакова и Иоанна), то у Матфея, наоборот, Иисус входит в лодку, а ученики следуют за Ним (Мф. 8:23). У Луки Иисус входит в лодку с учениками Своими (Лк. 8:22).
Несмотря на сильный шторм, Иисус спал. Чем можно объяснить столь крепкий сон в столь бурной обстановке? Традиционное святоотеческое толкование: Он тем самым испытывал Своих учеников[568], «давая им время испытать страх и заставляя их сильнее прочувствовать происходящее»[569]. Если бы Он бодрствовал, ученики не испугались бы и не стали звать на помощь, «поэтому Он и спит – чтобы дать время их страху, чтобы ощущение происходящего сделать в них более отчетливым»[570].
Такое толкование, однако, умаляет реальность Его человеческой природы и противоречит реализму самого евангельского текста. Оно как бы подразумевает, что Иисус трудился, но не уставал, не нуждался в сне и, если спал, то исключительно в педагогических целях. Безусловно, Иисус был великим педагогом: все Его слова и многие действия были поучительными. Иногда Он совершал какое-то действие, чтобы потом привести его в пример. Умыв ноги ученикам на Тайной Вечере, Он говорит им: «Итак, если Я, Господь и Учитель, умыл ноги вам, то и вы должны умывать ноги друг другу» (Ин. 13:14). Однако в данном случае сон проистекал не из каких-то Его намерений, а из потребностей Его человеческого организма.
Рассматриваемое чудо – одно из многочисленных подтверждений того, что Иисус обладал полноценной человеческой природой, сосуществовавшей в Нем с Божественным естеством:
Он крещен как Человек; но разрешил грехи как Бог… Он был искушаем как Человек, но победил как Бог… Алкал, но напитал тысячи… Утомлялся, но Сам есть упокоение труждающихся и обремененных (Мф. 11:28). Его отягощал сон, но Он легок на море, но Он запрещает ветрам… Его называют… имеющим беса, однако же Он… познается бесами, изгоняет бесов, посылает в бездну легион духов… Он молится, но и внемлет молитвам. Плачет, но и прекращает плач. Спрашивает, где положен Лазарь, потому что был Человек, но и воскрешает Лазаря, потому что был Бог[571].
Христос был двояк – Человек в том, что видимо, Бог в том, что невидимо. Он действительно ел как человек, как и мы, потому что имел такие же плотские потребности, что и мы, но и кормил пятью хлебами пять тысяч как Бог. Он действительно умер как Человек, но оживил четверодневного мертвеца как Бог. Он спал в лодке как Человек, но и ходил по воде как Бог[572].
В «Слове о законе и благодати» – первом оригинальном произведении древнерусской письменности, принадлежащем перу Киевского митрополита Илариона – о соединении в Иисусе Христе двух естеств говорится:
Совершенный Человек по вочеловечению, а не призрак, но совершенный Бог по божеству, а не простой человек, явивший на земле божественное и человеческое. Ибо как Человек утробу материнскую тяготил и как Бог изшел, девства не повредив… Как Человек повит был пеленами – и как Бог волхвов звездою вел. Как Человек возлежал в яслях – и как Бог от волхвов дары и поклонение принял… Как Человек, обнажившись, вошел в воду – и как Бог от Отца свидетельство принял: «Сей есть Сын Мой возлюбленный». Как Человек постился сорок дней и взалкал – и как Бог победил искусителя. Как Человек пошел на брак в Кану Галилейскую – и как Бог воду в вино претворил. Как Человек в корабле спал – и как Бог запретил ветрам и морю, и послушали Его[573].
Евангелия рисуют Иисуса реальным Человеком, Которому было свойственно утомляться (Ин. 4:6), особенно после долгого и трудного дня. Переправе через озеро предшествовал день, который Иисус провел среди людей. Матфей, Марк и Лука по-разному описывают этот день; к тому же, из их повествований не всегда можно понять, происходили ли события в один день или в течение нескольких дней. На основе Евангелия от Матфея вполне можно предположить, что в течение одного дня была произнесена Нагорная проповедь (Мф. 5–7); затем Иисус сошел с горы и исцелил прокаженного (Мф. 8:1–4); далее Он вошел в Капернаум, где исцелил слугу сотника (Мф. 8:5—13); там же Он исцелил тещу Петра (Мф. 8:14–15); наконец, когда настал вечер, «к Нему привели многих бесноватых, и Он изгнал духов словом и исцелил всех больных» (Мф. 8:16). Не удивительно, что после такого дня Иисус уснул в лодке и не просыпался, даже когда началась буря.
Только Марк отмечает, что Иисус спал «на возглавии». Термин προσκεφάλαιον (возглавие) в греческом языке обозначает подушку. По мнению одних ученых, речь идет о подушке, которую рыбаки при переправе через озеро брали с собой для тех, кто не участвовал в гребле[574]. По мнению других, под возглавием можно понимать часть оборудования лодки, например, балластный мешок[575], который был использован в качестве подушки.
То, что случилось с озером, названо у Матфея «большим волнением» – άεισμός μέγας (Мф. 8:24); термин σεισμός в греческом языке указывает также на землетрясение. Марк употребляет выражение λαΐλαψ μεγάλη ανέμου, которое можно перевести как «ураган», «вихрь», «сильная буря с ветром». Все три евангелиста говорят, что лодку заливало; Лука при этом упоминает, что «они были в опасности» (Лк. 8:23).
Насколько сильной была эта буря, и не преувеличивали ли ученики грозившую им опасность? Может показаться, что, коль скоро речь идет об озере (хотя его и называли морем), вряд ли следует говорить о серьезном шторме. Между тем, и поныне шторм на озере Киннерет – явление не редкое, причем в силу особенностей климата он может наступить внезапно и быть весьма сильным. Наиболее вероятное время для шторма – вечер. Внезапный шторм может быть связан с резкой сменой температуры. Если принять во внимание качество рыбацких лодок во времена Иисуса, то шторм посреди моря в темное время суток представлял реальную угрозу для жизни.
Все три евангелиста, повествующие о событии, говорят о том, что ученики разбудили Иисуса, но только Марк придает их словам тон упрека. У Матфея в словах учеников слышится отчаяние: «Господи, спаси[576], погибаем» (Мф. 8:25); Лука передает интонацию крика: «Наставник! Наставник! погибаем» (Лк. 8:24). Ученики сильно встревожены и напуганы. Спасение они видят в Иисусе, хотя вряд ли будят Его в надежде, что Он одним мановением прекратит бурю: скорее, они надеются на Его совет или какую-либо иную помощь.
У Матфея Иисус, просыпаясь, первым делом упрекает учеников в маловерии, и лишь потом встает и запрещает ветру и морю. У Марка и Луки Он сначала встает, усмиряет бурю, а затем, когда наступает тишина, упрекает учеников. Только Марк приводит слова Иисуса, обращенные к морю: «Умолкни, перестань». Слова же, адресованные ученикам, у трех евангелистов близки по смыслу. Наиболее полная версия их содержится у Марка. Матфей передает их в следующей форме: «Что вы так боязливы, маловерные?» У Луки Иисус говорит ученикам: «Где вера ваша?»
Тема веры снова оказывается в центре внимания, как и в других рассказах о чудесах. Упрек в маловерии неоднократно возникает на страницах Евангелий в прямой речи Иисуса. Иногда Он адресует его широкому кругу слушателей (Мф. 6:30; Лк. 12:28), иногда всей группе учеников (Мф. 16:8), иногда одному из них (Мф. 14:31). Термин ολιγόπιστοι («маловерные»), употребленный Иисусом по отношению к ученикам после того, как они Его разбудили (Мф. 8:26), указывает на серьезный недостаток веры. В других случаях Иисус прямо упрекает их в «неверии» (άπιστία – Мф. 17:20).