Митрополит Иларион – Благодать и закон. Толкование на Послание апостола Павла к римлянам (страница 31)
Как мы помним, Павел во всех городах начинал свою проповедь с иудеев, и лишь после того, как убеждался в ее тщетности, обращался к язычникам. Это повторялось с завидным постоянством, и он вполне мог из собственного опыта вывести ту концепцию, которую здесь излагает: проповедь христианства среди язычников стала возможной благодаря тому, что новой вере противились иудеи.
Фактически Павел повторяет и развивает идею, которая прозвучала уже в проповеди Иисуса, в том числе в приведенных выше словах о том, что «многие придут с востока и запада и возлягут с Авраамом, Исааком и Иаковом в Царстве Небесном; а сыны царства извержены будут во тьму внешнюю» (Мф. 8:11–12). Об этом же Иисус говорил в притче о званых на брачный пир. По версии Матфея, эта притча была произнесена Иисусом незадолго до Его ареста. В ней он рассказывает о царе, «который сделал брачный пир для сына своего и послал рабов своих звать званых на брачный пир; и не хотели придти». Тогда царь послал других рабов, «но они, пренебрегши то, пошли, кто на поле свое, а кто на торговлю свою; прочие же, схватив рабов его, оскорбили и убили их. Услышав о сем, царь разгневался, и, послав войска свои, истребил убийц оных и сжег город их». Наконец, царь говорит рабам: «брачный пир готов, а званые не были достойны; итак пойдите на распутия и всех, кого найдете, зовите на брачный пир». И они, «выйдя на дороги, собрали всех, кого только нашли, и злых и добрых; и брачный пир наполнился возлежащими» (Мф. 22:2-10).
В этой притче отказ приглашенных прийти на брачный пир представлен исключительно как действие их злой воли, а реакция царя – как справедливая и жестокая кара за убийство его рабов. У Павла акценты расставлены по-иному: он видит Божий план в том, что званые отказались от приглашения и на их место пришли другие. Более того, Павел тешит себя надеждой, что успех проповеди христианства среди язычников возбудить «ревность» в иудеях и что хотя бы некоторые из них, вдохновленные обращением язычников, сами обратятся ко Христу.
Как понимать слова: «Если же падение их – богатство миру, и оскудение их – богатство язычникам, то тем более полнота их»? Что подразумевается под «полнотой»? По всей вероятности, Павел имеет в виду весь израильский народ и выражает надежду на его обращение ко Христу. Спасение «некоторых из них» – его цель в краткосрочной перспективе. Но в долгосрочной – он надеется на обращение ко Христу всей полноты своего народа. Такое понимание его слов соответствует тому, что мы вскоре услышим о тайне спасения всего Израиля (Рим. 11:25–26).
Трудной для понимания является также фраза: «Ибо если отвержение их – примирение мира, то что будет принятие, как не жизнь из мертвых?» Под примирением мира[276] можно понимать примирение между язычниками и уверовавшими во Христа иудеями в лоне единой Церкви, ставшее, в соответствии с излагаемой теорией, следствием отвержения Христа основной массой израильского народа. Если же Израиль в основной своей массе примет Христа, это станет для него «жизнью из мертвых», то есть духовным воскресением. Так мы понимаем эту фразу, однако имеются и другие толкования, весьма разнообразные.
Так, например, некоторые авторы – и древние, и современные – видят в выражении «жизнь из мертвых» указание на жизнь после смерти. Один из древних толкователей пишет: «Но, дабы не думали язычники, что, если народу[277]дастся вход, то сами они отвержены будут и отринуты, – сказал: ибо, если падение их было примирением язычников, то также и принятие их будет обещанной жизнью, которая после воскресения»[278]. Современный исследователь отмечает: «Павел имеет в виду, что окончательное возвращение Израиля (Рим. 11:26) будет сигналом к воскресению – последнему этапу того процесса, который был инициирован смертью и воскресением Иисуса. Полное обращение Израиля, таким образом, стоит на границе истории»[279].
Продолжая обращаться к аудитории из числа бывших язычников, Павел прибегает к образу дерева и ветвей, чтобы наглядно проиллюстрировать свою теорию о первенстве Израиля в деле спасения:
Если начаток свят, то и целое; и если корень свят, то и ветви. Если же некоторые из ветвей отломились, а ты, дикая маслина, привился на место их и стал общником корня и сока маслины, то не превозносись перед ветвями. Если же превозносишься, то вспомни, что не ты корень держишь, но корень тебя. Скажешь: «ветви отломились, чтобы мне привиться». Хорошо. Они отломились неверием, а ты держишься верою: не гордись, но бойся. Ибо если Бог не пощадил природных ветвей, то смотри, пощадит ли и тебя. Итак видишь благость и строгость Божию: строгость к отпадшим, а благость к тебе, если пребудешь в благости Божией; иначе и ты будешь отсечен. Но и те, если не пребудут в неверии, привьются, потому что Бог силен опять привить их. Ибо если ты отсечен от дикой по природе маслины и не по природе привился к хорошей маслине, то тем более сии природные привьются к своей маслине (Рим. 11:16–24).
Возможно, эти слова являются реакцией на процессы, происходившие в римской христианской общине. Предположительно, та часть общины, которая имела языческие корни, тем или иным образом превозносилась над обращенными из числа иудеев. Об этой ситуации мы можем только строить догадки. Но Павел воспользовался ею для развития своей богословской идеи. Ранее, полемизируя с иудеями, он использовал форму второго лица единственного числа (Рим. 2:1–9, 17–23; 9:19–20), теперь в той же форме он обращается к коллективному эллину, говоря о безусловном превосходстве иудейской традиции над языческой.
Израиль представлен в данном отрывке в образе хорошей маслины, у которой корень «свят»: использовано то же прилагательное, что и в Рим. 7:12 («закон свят, и заповедь свята и праведна и добра»). Таким образом, вновь утверждается святость той веры, которая отражена в Ветхом Завете. Однако у этой хорошей маслины некоторые ветви «отломились неверием» – не потому, что перестали следовать закону Моисееву, а потому, что не приняли Христа. На место этих отломившихся ветвей были привиты ветви дикой маслины, которые стали питаться живительными соками от корня хорошей маслины. Под этими ветвями следует понимать обратившихся ко Христу язычников, а под соками – Ветхий Завет как тот ценностный базис, от которого христианская Церковь не отказалась. Он стал общим корнем для всех христиан – и тех, кто были изначально воспитаны в иудейской традиции, и тех, кто обратился из язычества.
В уста воображаемого собеседника Павел вкладывает слова: «ветви отломились, чтобы мне привиться». Эти слова напрямую вытекают из того, что Павел говорил ранее: о том, что падение иудеев стало причиной спасения язычников (Рим. 11:11). И Павел не отвергает такого понимания своих слов, но лишь подчеркивает, что оно не должно становиться поводом для превозношения бывших язычников над бывшими иудеями. «Не гордись, но бойся», – увещевает Павел бывших язычников, напоминая им, что они привились к корню благодаря вере во Христа и в случае потери веры будут отсечены.
Павел называет иудеев «природными» (κατά φύσιν) ветвями, а язычников – теми, кто привился к хорошей маслине «не по природе» (παρά φύσιν – букв. «против природы»). За этими утверждениями стоит твердая убежденность Павла в том, что языческая традиция в корне порочна и греховна – убежденность, с особой силой и резкостью выраженная в начале послания (Рим. 1:21–32). По человеческой логике обращение язычников в христианство было противоестественным, тогда как принятие Христа иудеями должно было бы быть естественным. Однако случилось наоборот: «званые не были достойны» (Мф. 22:8), и Бог позвал на их место других.
Тем не менее Павел не теряет надежду на обращение Израиля. Он верит, что отломившиеся ветви могут вновь привиться к хорошей маслине, «если не пребудут в неверии». Пребывание иудеев в неверии носит временный характер.
Об этом Павел торжественно заявляет в заключительном разделе 11-й главы:
Ибо не хочу оставить вас, братия, в неведении о тайне сей, – чтобы вы не мечтали о себе, – что ожесточение произошло в Израиле отчасти, до времени, пока войдет полное число язычников; и так весь Израиль спасется, как написано: придет от Сиона Избавитель, и отвратит нечестие от Иакова. И сей завет им от Меня, когда сниму с них грехи их. В отношении к благовестию, они враги ради вас; а в отношении к избранию, возлюбленные Божии ради отцов. Ибо дары и призвание Божие непреложны. Как и вы некогда были непослушны Богу, а ныне помилованы, по непослушанию их, так и они теперь непослушны для помилования вас, чтобы и сами они были помилованы. Ибо всех заключил Бог в непослушание, чтобы всех помиловать (Рим. 11:25–32).
Слово «тайна» (μυστήριον) в посланиях Павла, как правило, указывает на особенно важные и сокровенные аспекты преподаваемого им учения. Так, например, Павел пишет о всеобщем воскресении: «Говорю вам тайну: не все мы умрем, но все изменимся вдруг, во мгновение ока, при последней трубе; ибо вострубит, и мертвые воскреснут нетленными, а мы изменимся» (1 Кор. 15:51–52). Сравнивая супружескую любовь с любовью Христа к Церкви, он говорит: «Тайна сия велика; я говорю по отношению ко Христу и к Церкви» (Еф. 5:32). Нередко Павел называет тайной пришествие Сына Божия в человеческой плоти: «Как вы слышали о домостроительстве благодати Божией… потому что мне через откровение возвещена тайна. то вы, читая, можете усмотреть мое разумение тайны Христовой, которая не была возвещена прежним поколениям сынов человеческих, как ныне открыта святым Апостолам Его и пророкам Духом Святым» (Еф. 3:2–5); «великая благочестия тайна: Бог явился во плоти» (1 Тим. 3:16).