Митчелл Клионски – Используйте голову, чтобы спасти мозг. Профилактика деменции в любом возрасте (страница 16)

• Раздражение в горле или сухость языка при пробуждении могут говорить о дыхании ртом – бессознательной и бесполезной попытке загнать больше воздуха в трахею.

• Сон, не дающий отдыха, также обычен. Вы просыпаетесь уставшим, даже если по всем прикидкам проспали восемь часов, и хотели бы еще поспать, чтобы накопить энергии. Вам может потребоваться несколько чашек кофе или чая, чтобы как-то начать действовать. И мысли у вас ворочаются, как в глине. В голове с трудом удерживается две мысли за раз, а о креативности и вовсе лучше забыть. У вас все плывет перед глазами, и вас клонит в сон, если вы пытаетесь читать или смотреть телевизор. Вам также стоит большого труда не заснуть, стоя под светофором. Иногда вы даже можете заблудиться в путанице улиц из-за того, что ваш мозг «на минутку отключился», пока вы держали глаза открытыми – он сам предпринял серию «микроснов», длящихся доли секунды, чтобы оставаться работоспособным. Кстати, подобный эффект может возникнуть из-за алкогольного похмелья или приема наркотиков.

Давайте подробно рассмотрим связь мозг – дыхание у одного из наших пациентов.

Чарли П.: случай деменции, достоверно обращенной вспять

Чарли был совершенно подавлен. В 57 лет этот ветеран войны во Вьетнаме страдал от тревожности, бессонницы, ПТСР (посттравматического стрессового расстройства) и депрессии. Хобби больше не радовало, он ни на чем не мог сосредоточиться и постоянно забывал обыденные факты и действия. Жена, ненамного его старше, горевала еще сильнее: Чарли уже подумывал, не уйти ли от нее.

Он явился на прием в 2007 году. Когнитивные тесты подтвердили, что у него плохие показатели внимательности, решения задач и краткосрочной памяти. Это было достаточно серьезно для того, чтобы заподозрить УКР или мягкую сосудистую деменцию. Несколько месяцев спустя и МРТ (магнитно-резонансная томография), и ПЭТ (позитронно-эмиссионная томография) показали проблемы. Сканограмма ПЭТ оказалась особенно интересной. Она отражала метаболизм головного мозга и демонстрировала, какие участки «зажигались» с активацией мозга, а какие не становились такими яркими и активными. После того как Чарли ввели в вену растворенные в глюкозе слаборадиоактивные метки, врачи просканировали мозг, чтобы оценить, как там используется «сахарное топливо». Сканограмма ПЭТ выдала картинку, которая для Чарли говорила не больше, чем доплеровская радарная схема погоды. За исключением того, как высказался он, что в этом варианте показанные ПЭТ «ураганы» говорили о хорошем, отражая повышение активности мозга, тогда как более спокойные, темные зоны означали проблемы.

К несчастью, на сканограммах Чарли оказалось много таких темных зон, которые должны были бы стать активными. Нейрорадиолог, прочитавший ПЭТ, обозначил их как «ранние изменения, характерные для болезни Альцгеймера».

Мы сели с Чарли и его женой, чтобы обсудить результаты его когнитивных тестов, ПЭТ и анализов крови. Все подтверждало наш диагноз – мягкая форма деменции. Но кроме того, мы составили план. Мы посоветовали ему следить за весом, больше двигаться и принимать строго по расписанию лекарства от диабета, гипертонии и депрессии. Чарли также заинтересовали лекарства для укрепления памяти, но он вовсе не обрадовался предложению пройти проверку сна.

На протяжении следующих месяцев он приходил к нам еще несколько раз. Он бросил принимать лекарства для укрепления памяти и не хотел больше ничего нового. Он оставался в депрессии, без мотивации, усталым, заплывшим жиром и по несколько раз за ночь бегал в туалет. Его жена еще больше тревожилась, наблюдая, как он катится по наклонной. Благодаря ее настойчивости Чарли все-таки согласился проверить сон. У него обнаружили апноэ сна средней степени тяжести, с ИАГ выше 15.

Чарли начал использовать СИПАП-терапию, или нагнетание постоянного положительного давления в дыхательные пути – золотой стандарт для лечения апноэ. Его аппарат СИПАП набирал воздух в одном конце комнаты, пропускал его через фильтр, повышал давление, увлажнял и медленно и осторожно отправлял в другой конец через гибкую пластиковую трубку в маску, которую Чарли надевал на время сна. Благодаря положительному давлению дыхательные пути Чарли оставались открытыми, пока он спал, и в легкие поступало больше воздуха при каждом вдохе. Хорошее дыхание посылало в мозг больше кислорода.

Когда Чарли начинал использовать аппарат СИПАП, ему объяснили, что дышать через агрегат нужно обязательно не меньше четырех часов каждую ночь, а в идеале – всегда, когда он спит, даже если решил подремать днем. Что он должен всегда брать с собой СИПАП, даже в отпуск. Главным девизом было: «Если спишь, надо дышать». Чарли согласился и, к собственному удивлению, обнаружил, что СИПАП – хорошая штука. Особенно его обрадовало то, что не требуется новых таблеток, чтобы не забывать его применять. Вскоре после начала работы с СИПАП он явился на ранее запланированные когнитивные тесты. Особых изменений не обнаружилось, а равным образом не изменились и сканограммы ПЭТ.

Чарли пропал на два года. На протяжении этого времени у него не изменились ни состояние здоровья, ни схема приема лекарств, но Чарли старательно использовал СИПАП – ежедневно, на всю ночь. Он явился на ПЭТ-исследование к тому же нейрорадиологу, что и прежде. Но на сей раз врач был потрясен: у Чарли оказалась практически нормальная сканограмма! Бывшие темными участки мозга теперь сияли мозговой активностью, и радиологу ничего не оставалось, как констатировать «полное восстановление после Альцгеймера».

Жена Чарли привела его к нам, желая получить объяснения. Он определенно был в лучшей форме, но его постоянный лечащий врач не мог ничего объяснить. Он также не мог объяснить, почему кровяное давление Чарли пришло в норму и ему больше не приходится принимать лекарства от диабета и для понижения уровня холестерина. Чарли сбросил вес и стал более энергичным. Он вернулся к хобби и отлично проводил время с женой. Он даже попробовал писать стихи: это было давнее, но до сих пор не реализованное желание. А его жена не могла нарадоваться на счастливое возвращение «того парня, за которого вышла замуж».

И, в соответствии со сканограммами ПЭТ, показатели когнитивных тестов Чарли вернулись к норме для его возраста. Мы предъявили его постер с тремя сканограммами на конференции Международной ассоциации в Ванкувере в 2012 году и назвали его «Случай болезни Альцгеймера, достоверно обращенной вспять». (Этот постер со сканограммами Чарли вы можете увидеть на нашем сайте www.braindoc.com).

Также мы собрали данные по 353 пациентам с жалобами на когнитивные расстройства между 2009 и 2010 годами и обнаружили, что у 64 % из них ненормально низкий уровень кислорода и во время отдыха, и при ходьбе, и во время ночного сна. К 2014 году мы представили данные еще 328 пациентов на ежегодной встрече Американской академии неврологии и задокументировали, что у 82 % этих пациентов с жалобами на когнитивные расстройства обнаружилась гипоксия во время отдыха, при ходьбе и во время сна.

Случай Чарли, конечно, поразителен, однако он реален и хорошо иллюстрирует, как гипоксия, возникавшая из-за апноэ сна, может спровоцировать утрату умственных способностей и как эффективное лечение может вернуть их человеку и даже предотвратить деменцию. Опыт Чарли с дыханием и мышлением повторяют сотни пациентов из нашей практики. Розовый – это определенно хорошо.

В последний раз мы виделись с Чарли в 2019 году. Спустя 12 лет после нашей первой встречи, в возрасте 69 лет, Чарли по-прежнему оставался в отличной форме, не страдал от деменции и использовал уже третий аппарат СИПАП. Мы держим на почетном месте подписанную для нас книгу его стихов и фотографию огромного букета роз, который он преподнес в годовщину своей последней сканограммы.

Глава 7

Метаболические расстройства и авитаминоз

Производство и продажа витаминов давно стали грандиозным бизнесом. В обзоре 2019 года от ведущей торговой ассоциации, Совета по ответственному питанию (CRN), утверждалось, что 76 % американских граждан принимают витамины и минеральные добавки на постоянной основе. Согласно данным FDA, производство биодобавок – интенсивно развивающаяся отрасль. Их доля на рынке в 2019 году оценивалась в 40 миллиардов долларов.

Был пройден очень долгий путь, который начался в 1912 году, когда польский биохимик Казимир Фанк опубликовал свою первую статью о «витальных аминах», или «дающих жизнь белках», которые, по его убеждению, необходимы нашему организму, хотя и в малых количествах, для нормального существования. Его работа стала предвестницей открытия тринадцати других витаминов в последующие несколько десятилетий.

Изначальной гипотезой Фанка являлась идея, что конкретная болезнь начинается из-за определенного дефицита одного из веществ и что замещение «витального амина» способно вылечить болезнь. Прекрасным подтверждением концепции Фанка является тиамин, или витамин В₁. Из-за дефицита тиамина начинается бери-бери – незаразное неврологическое заболевание, характеризующееся потерей чувствительности, помутнением рассудка, мышечной слабостью и параличом. Очень редкое в наши дни, в свое время оно было весьма распространено и лечилось замещением тиамина. Таким же хорошим примером является цинга. Дефицит витамина С – строго говоря, не «белка», а аскорбиновой кислоты, – несколько сотен лет назад был частой причиной смерти среди моряков в долгосрочных плаваниях. Британскому флоту понадобилось 50 лет, чтобы найти решение проблемы. Они просто стали добавлять в рацион моряков цитрусовые – лимоны или лаймы. Такая практика кардинально изменила состояние здоровья личного состава британского флота, хотя и подвергалась осмеянию их американскими противниками в войне 1812 года – они презрительно обзывали англичан «лимонками».