Мишель Хёрд – Овладей мной (страница 13)

— Кроме тебя?

На этот раз она смеется.

— Да, кроме меня.

Я качаю головой.

— Я был слишком сосредоточен на работе, чтобы заводить отношения.

Ее брови сходятся на переносице.

— Ты действительно думаешь, что твой отец ищет тебя?

— Он не успокоится, пока не найдет Винсента и меня.

— Ты близок со своим отцом? — спрашивает она.

Я качаю головой.

— Нет, но его гордость не позволит ему сдаться. — Я ободряюще смотрю на нее и с абсолютной уверенностью говорю: — Он найдет нас.

А потом он выбьет дерьмо из нас с Винсентом за то, что мы позволили Проди похитить нас. Весело.

— А твоя мать?

Уголок моего рта снова приподнимается.

— Я ее любимчик.

— О, хорошо. А то я уже начала волноваться, — признается Эверли.

Я поднимаю бровь, глядя на нее.

— Обо мне?

— Да. Я начала думать, что все, что ты когда-либо знал, — это насилие.

— У меня есть люди, которые любят меня. — Я бросаю взгляд на дверь, чувствуя себя дерьмово, потому что у Эверли никого нет.

Между нами повисает тишина, и мои мысли возвращаются к Винсенту. Я не видел своего брата с того самого дня, когда они заставили его пытать Эверли.

Я понятия не имею, жив он или мертв.

Услышав шаги, я беру две бумажные тарелки и поднимаюсь на ноги.

Дарио открывает дверь, в правой руке у него пистолет. Вместо того, чтобы взять тарелки, он приказывает:

— Пойдем.

Господи. Ну вот, опять.

Мне все еще больно от побоев и ножевого ранения в руку, но, не желая доставлять им удовольствие, я откладываю бумажные тарелки и, придав своему лицу нейтральное выражение, выхожу в коридор.

Как и раньше, Эверли следует за мной.

Когда мы входим в комнату, где нас ждет Проди, восседающий на деревянном стуле, как гребаный король, я готовлюсь к любым пыткам, которые они собираются мне устроить.

Винсента не видно, что вызывает у меня разочарование. Я надеялся хотя бы увидеть своего брата. Я не осмеливаюсь спрашивать о Винсенте. Это только усугубит ситуацию.

К нам присоединяются трое солдат Проди, что, вероятно, означает, что они снова собираются выбить из меня все дерьмо.

Это лучше, чем потерять какие-либо части тела.

Проди переводит взгляд с Эверли на меня, затем говорит:

— Думаю, вы мне лжете. — Он указывает на нас рукой. — Не думаю, что вы встречаетесь.

— Мне насрать, что ты думаешь, — бормочу я.

Этот человек слишком сосредоточен на такой мелочи, как статус моих отношений. Во что он играет?

Судя по выкупу в один евро, который он потребовал у моего отца, у меня сложилось впечатление, что Проди помешан на манипуляциях. Он знает, что мы можем выдержать физические пытки, так что, возможно, он пытается сломить нас морально.

— Докажи мне, что у тебя есть отношения с этой девушкой, — требует он.

Блять.

Когда я не шевелю ни единым мускулом и молчу, Проди закуривает сигарету и говорит:

— Или мои люди по очереди трахнут девушку, прежде чем я всажу ей пулю между глаз.

— Алек, — всхлипывает Эверли. Она прижимается ко мне, и я чувствую, как ее тело дрожит, словно лист, попавший в бурю дерьма.

Сохраняй спокойствие.

— Как, по-твоему, я должен доказать тебе наши отношения?

На лице ублюдка появляется ухмылка.

— Трахни ее.

Проди поднимает подбородок, глядя на Дарио, который направляет дуло своего пистолета на Эверли.

Не сомневаюсь, что они убьют ее, если я откажусь.

Гнев разгорается в моих венах, и, понимая, что выхода нет, я смотрю вниз на Эверли. Она смотрит на меня испуганно.

Взрыв эхом разносится по комнате, и пуля пролетает мимо головы Эверли на дюйм. На ее лице отражается шок, затем она вскрикивает и прижимается лицом к моему бицепсу.

— Алек!

Мой гнев переходит в ярость, и я встречаюсь взглядом с Проди.

— Не знал, что тебя заводит смотреть, как трахаются другие люди.

Он пожимает плечами, выпуская клуб дыма, затем бросает мне вызов:

— Не думаю, что ты пойдешь на это. — Он вытаскивает пистолет из-за спины и кладет оружие на бедро. — В качестве стимула, если ты не трахнешь ее, я убью вас обоих. Меньше ртов, которые нужно кормить, и я смогу отправить части твоего тела твоему отцу.

Проди понятия не имеет, что я буду делать, а что нет.

Взяв Эверли за руку, я подхожу ближе к стене и прижимаю ее спиной к ней. Я наклоняюсь, пока мои губы не касаются ее уха, затем шепчу:

— Это единственный способ сохранить нам жизнь.

Она быстро кивает, ее дыхание согревает мою шею. Слезы струятся по ее щекам, и, подняв руку, она сжимает мой бок.

— Я знаю. Просто сделай это. Я не хочу, чтобы они изнасиловали меня перед тем, как убить.

Господи, я собираюсь трахнуть Эверли на глазах у пяти мужчин.

Мое сердцебиение учащается, и когда я встречаюсь с ней взглядом, говорю:

— Просто сосредоточься на мне.

Глава 10

Эверли