Мишель Хёрд – Джулиан (страница 33)

Когда Джейми не реагирует, я сжимаю её ладонь и спрашиваю: — Хочешь, чтобы я остался?

Она едва заметно кивает.

Обеспокоенный, я смотрю на медсестру.

— Она в состоянии шока. Седативное, которое мы ей ввели, поможет, — заверяет она меня, но мне от этого не легче.

Я перевожу взгляд на полицейского:

— Можно нам остаться наедине? — Вижу, что он собирается возразить, и сверлю его тяжелым взглядом. — Вы можете подождать прямо за дверью, но я настаиваю на приватности, пока моя девушка переодевается.

Нехотя он отвечает: — Я хочу поговорить с мисс Труман, как только она переоденется.

Я жду, пока мужчина выйдет, затем встаю и, наклонившись над Джейми, помогаю ей подняться. Убедившись, что она не упадет, я отхожу в сторону, чтобы медсестра могла её раздеть. Перед тем как на Джейми наденут сорочку, я быстро осматриваю её тело — мне жизненно важно знать, что она больше нигде не ранена.

Как только медсестра отходит, чтобы впустить офицера, я подхватываю Джейми и помогаю ей лечь обратно. Пользуясь моментом, я целую её в лоб и, зажмурившись, шепчу:

— Мне так чертовски жаль, что я оставил тебя одну.

Слова звучат... бесполезно. Иногда просить прощения уже слишком поздно. Ущерб нанесен, и мне остается лишь иметь дело с разрушительными последствиями моих действий.

— Можете входить, — говорит медсестра. Я беру руку Джейми в обе свои, стараясь передать ей силы, пока офицер начинает допрос.

— Мисс Труман, мне нужно задать вам несколько вопросов. Важна каждая деталь. Можете рассказать своими словами, что произошло?

Джейми несколько раз сглатывает, а затем шепчет безжизненным голосом:

— Уборщик...

— Генри Литтл? — Глядя на меня, офицер уточняет: — Литтл работает уборщиком в академии Тринити?

— Да, я уже передал его личное дело другому офицеру.

Кивнув, он снова переключает внимание на Джейми: — Вы говорили, мисс Труман...

— Уборщик... Генри Литтл... — Кажется, Джейми на мгновение проваливается в забытье, но затем продолжает хриплым, но более твердым голосом: — Он сказал, что произошла утечка газа. Нужно эвакуироваться. Он ударил меня головой о стену.

— Давайте вернемся к моменту до того, как Генри Литтл подошел к вам. Чем вы были заняты?

— У меня был урок пианино.

Допрос продолжается, и мне больно слышать, как она повторяет свои ответы снова и снова, но я знаю, что это необходимо, чтобы полиция поймала этого ублюдка. После того как офицер закончил, медсестра перевезла Джейми в отдельную палату.

В палату заходят Ретт и мисс Себастьян. Последняя тут же бросается обнимать Джейми. Обхватив её лицо ладонями, она начинает проверку.

— Как тебя зовут?

Джейми хмурится и, запинаясь, отвечает:

— Джейми Труман.

Мисс Себастьян сквозь слезы улыбается:

— Сколько тебе лет?

Джейми моргает несколько раз.

— Девятнадцать.

— Где ты родилась?

Проходит пара секунд, прежде чем она отвечает: — Салуда.

Мисс Себастьян с облегчением выдыхает и снова обнимает её, видимо, удовлетворенная проверкой памяти и концентрации. Ретт подходит ко мне, и я вижу на его лице ту же ярость, что кипит во мне.

— Картер будет здесь с минуты на минуту. Что сказал врач?

— Сделали КТ. Серьезных повреждений мозга нет. Сказали, будут регулярно проверять из-за сотрясения.

Ретт смотрит на Джейми, и в его глазах вспыхивает боль от того, в каком она состоянии.

— Что насчет шеи?

— Сильные гематомы, но дыхательные пути и голосовые связки не повреждены. Голос будет хриплым несколько дней, пока всё заживает.

Ретт кивает, затем, встретившись со мной взглядом, спрашивает:

— Как этот урод смог до неё добраться?

Только я собираюсь ответить, как в палату входит Мейсон вместе с Картером, которого он забрал из аэропорта. Увидев бешенство в глазах Картера, я расправляю плечи и, ожидая удара, не шевелюсь, когда его кулак врезается мне в челюсть. Удар у него поставленный — я двигаю челюстью, чтобы унять боль.

— Ты, блять, оставил её одну?! — орет он.

— Картер... — Джейми пытается приподняться. Не желая, чтобы она двигалась, я быстро кладу руку ей на плечо.

— Всё хорошо. Ложись обратно.

Картеру требуется несколько глубоких вдохов, чтобы обуздать гнев, и этого времени Джейми хватает, чтобы произнести: — Не вини Джулиана. — Она с трудом сглатывает. — Я не должна была выходить из студии.

Картер резко качает головой и, оттолкнув меня, наклоняется к Джейми, заключая её в объятия.

— Не вини себя.

— Я была такой глупой, — всхлипывает она, и её голос почти неузнаваем.

— В этом нет ни капли твоей вины, — успокаивает её Картер.

Он прав. Потому что вся вина целиком и полностью лежит на моих плечах.

ГЛАВА 28

ДЖЕЙМИ

Последние пара дней были, мягко говоря, безумными. Друзья и семья стараются быть сильными ради меня, но я вижу, как они ломаются под грузом разочарования и беспокойства. Не только моя жизнь превратилась в этот кошмарный ад.

Картер едва не лишился рассудка, и потребовалось немало усилий, чтобы заставить его остыть. Я переживаю, как это отразится на здоровье Деллы, ведь ей скоро рожать.

Я тяжело вздыхаю. Столько тревог. Столько боли. С чего мне вообще начать, чтобы со всем этим справиться?

Ко мне приходил психиатр, но я отказалась от консультаций. У меня есть семья, которая меня поддерживает, и я всегда могу поговорить с Джулианом, если возникнет нужда.

Пока Джулиан везет нас в отель, я сижу в машине, уставившись в пустоту. Генри Литтл. Такое обычное имя. Такое неприметное лицо. Я сомневаюсь в своей способности разбираться в людях, потому что за миллион лет не заподозрила бы, что уборщик, который всегда улыбался, способен на такую бесчеловечность.

Когда Джулиан останавливает машину у входа, я выхожу и смотрю на автомобиль, припарковавшийся за нами. Оттуда выбираются Хейден и Макс. Пока Хейден сканирует окрестности, Макс тут же оказывается рядом. Положив руку мне на спину, он шепчет: — Я всегда в двух шагах за тобой. Пойдем внутрь.

Бросив взгляд на Джулиана, я вижу, как вина буквально съедает его изнутри. Я беру его за руку, переплетая наши пальцы, и мы заходим в роскошный отель. Я останусь у Джулиана, пока полностью не восстановлюсь. Что я буду делать потом — понятия не имею.

Когда мы заходим в люкс, Хейден и Макс первым делом проверяют каждую комнату.

— Я попросил отель заменить кровать в другой комнате на две двуспальные, — говорит Джулиан.

Осматривая пентхаус, я с облегчением замечаю, что он огромный — по крайней мере, здесь хватит места для нас четверых. Когда я была здесь в первый раз, я не особо обращала внимание на обстановку, а сейчас вся эта роскошь для меня ничего не значит. Мой мир потускнел, из него украли красоту.

Джулиан относит мою сумку в свою комнату. Я выдавливаю слабую улыбку Хейдену и Максу и иду за ним. Закрываю за нами дверь спальни и жду, пока Джулиан поставит сумку у кровати. Он смотрит на меня, а затем сокращает расстояние между нами. Он по привычке тянется к моей шее, но тут же замирает и отдергивает руку.

— Прости, это уже вошло в привычку.

Я перехватываю его руку, подношу к своему лицу и прижимаюсь щекой к его ладони. Мое тело вздрагивает от знакомого прикосновения, и Джулиан делает шаг ближе. Он обнимает меня второй рукой и медленно ведет ладонью по моей челюсти. Его полные тревоги глаза изучают мое лицо.