Мирра Лохвицкая – Стихотворения в пяти томах (страница 218)
И мы вошли в нагорный сад,
Где, разрастаясь в изобилии,
Жасмины пряные кадят,
Меж роз и мирт сияют лилии.
Врата златые заперты,
Нам сладко млеть в благоухании.
Под нами – травы и цветы,
Над нами – лавры и латании.
Но полдень пышет здесь огнем, –
В саду, повиснувшем над бездною,
Богиня властная есть в нем, –
Земной кумир – с короной звездною.
Мы служим ей, как божеству,
Несем ей гимны и каждения
В горячих снах и наяву –
В стихийных бурях наслаждения.
Мы ей поем, мы ей кадим,
Светло-блаженные. как гении.
И наши души, будто дым,
Исходят в медленном томлении.
Мы служим ей – как божеству.
Нам снятся жуткие видения.
И львы, желтея сквозь листву,
Лежат на страже пробуждения.
Сон
Снилось мне – мы жили в старом доме,
Тишина царила в гулких залах.
По стенам висели в ряд портреты
И смотрели острыми глазами.
В старой спальне – старое убранство,
Все с гербами, в темных, строгих тонах.
Посредине – ложе с балдахином.
Между двух зеркал оно стояло,
Повторяясь ими бесконечно.
Но когда являлся мой любимый –
Волшебством здесь все преображалось.
Колебались ткани занавесок,
Зацветали затканные розы –
И со стен суровые портреты
На меня приветливей смотрели.
Между ними был один старинный
На заклятом дереве портретик, –
Черный, злой, горбатый человечек:
Дикий профиль, волосы щетиной,
Рот широкий с волчьими зубами.
Страшных снов таинственный гадатель,
Черных дней зловещий прорицатель,
Он висел в моей опочивальне
Прямо, прямо против изголовья.
Обладал одним он странным свойством:
Если в доме было все спокойно,
Если друг ко мне был благосклонен, –
Злой горбун угрюмо хмурил брови.
Если ж небо жизни омрачалось,
Если в доме грусть была иль горе,
Или милый на меня сердился, –
Злой горбун зиял улыбкой страшной.
Снилось мне, что раз, проснувшись утром,
Чувствую, что сердце тихо ноет.
Я спешу к волшебному портрету,
Подхожу, смотрю, – горбун смеется…
Сердце сжалось. Кровь захолодела.
Вспоминать я стала день вчерашний,
Не случилось ли какое горе,
Или я пред другом провинилась? – 
