Мирослава Адьяр – Капитан Химеры (страница 19)
– Вот уж спасибо, – бросила девушка и взялась за штурвал покрепче. – Следите лучше за ловушками, капитан.
– Как прикажете, грозная госпожа, – протянул Бальтазар, и в его голосе было столько насмешливой снисходительности, что хоть ложкой ешь.
Клара закатила глаза и активировала защитный контур. Полет обещал быть интересным, особенно если и Падальщики, и разведчики поймут, где она прячется.
– Вам бы лучше следить за нашими преследователями, Наварро, – будничным тоном отметил Бальтазар, а девушка едва успела увернуться от пущенного ей вдогонку выстрела. Тот прошил один из астероидов рядом, рассекая его на две аккуратные половинки, как нож – масло.
– Мать твою… им лисы нужны или их трупы?
Один из разведчиков смело нырнул следом за “Химерой” в надежде перехватить ее первым.
Падальщики уверенно приближались, и только быстрая реакция позволяла Кларе избегать ловушек, которых становилось все больше.
– Жель, когда я скажу, стреляй по ловушке, которую я отмечу на карте!
На мостике повисла гробовая тишина.
– Капитан?
– Делай, что сказано.
Рывок в сторону – и “Химера” на несколько секунд скрылась от разведчиков и Падальщиков.
– Сейчас! – рявкнула она, и Жель безошибочно попала в отмеченную ловушку, толкнув ее в сторону преследователя. Та сработала безупречно, и разведчик, не ожидавший такой подлости, не успел увернуться и оказался в цепких невидимых когтях.
– Остался еще один…
– Наварро! – крик капитана не сразу до нее дошел, и только когда Бальтазар усилил щиты, девушка почувствовала удар всем телом.
Второй разведчик буквально влетел в них на полном ходу, в отчаянной попытке протаранить. Клара могла поклясться, что слышит треск и скрежет, когда металл проехался по защитному полю.
“Химера” крутанулась, а Клара потеряла ориентацию буквально на мгновение.
Достаточное, чтобы оказаться в еще одной гравитационной западне.
– О нет, – пролепетала девушка, когда вокруг сомкнулся невидимый кокон, мешавший двигаться. “Химера” перестала реагировать на команды, любое движение штурвала уходило в никуда. – Нет-нет-нет!
Разведчик, как ни странно, рванул прочь. И когда Клару накрыла тень от кораблей Падальщиков, она поняла почему.
Они и правда оставили им подарок в пару кораблей.
Вот только “Химеры” здесь быть не должно было!
– Капитан…
– Выдохните, Наварро, – спокойно сказал он.
Этот мужчина вообще мог выйти из себя?!
Перед глазами Клары встали жуткие картины, а в голове пронеслись истории, что она слышала о Падальщиках.
Как она могла так попасться?!
Это все ее вина…
Это будет на ее совести, если Эндо окажутся в лапах этих… сумасшедших. И что они с ними сделают? Принесут в жертву своим кровавым богам?
– Готовьте оружие, – бросил капитан. – Жель, ты тоже. Асази! Ты знаешь, что делать.
Клара судорожно сглотнула. Снова и снова она пыталась найти выход, но все упиралось в одно – выбраться из ловушки без кода невозможно. Их отбуксируют на станцию и только там, убедившись, что пленникам некуда бежать, введут код отмены, чтобы пробраться на “Химеру”.
Саджа всемогущая, что же делать?!
– Наварро!
Она подняла взгляд и растерянно уставилась на Бальтазара. Было невыносимо, до ужаса стыдно. И страшно.
Он заступился за нее перед матерью – и что теперь? Может, она была права? И Клара только все портит и, вообще, непутевая девушка и негодный пилот? Если каким-то чудом они выберутся, то Клара точно вылетит на первой же планете. Позор! Не смогла справиться, проявила беспечность.
– Я не собираюсь вас увольнять, – твердо сказал Бальтазар, и девушка не сразу поняла, что всю эту тираду выдала вслух. – Готовьтесь. И не подставляйтесь без нужды, ясно? Не хватало, чтобы вам голову отстрелили. И еще одно…
Он стянул куртку и небрежно бросил ее на спинку кресла, повел внушительными плечами, а сверкающие полосы под кожей налились глубоким кобальтовым цветом.
– Когда начнется самое интересное – держитесь от меня подальше. Не хотелось бы случайно вас зашибить.
– “Самое интересное”? – Клара вообще ничего не понимала и никак не могла поверить, что Бальтазар сохраняет спокойствие, хотя они по уши в дерьме!
– Вам же было интересно, как это работает, – он выразительно указал на свои модификации и двинулся к выходу. – Я предупрежу Эндо, что их выгул на планете временно откладывается.
Немного о планах капитана де Сото
Бальтазар никогда не относил себя к людям терпимым.
Он ненавидел плохой кофе и не выносил женщин, пытающихся втиснуться в пилоты и наемники. А еще больше не выносил женщин, которые втягивали его в свою жизнь, даже если они цепляли его самым краешком собственных проблем, – это жутко раздражало.
Хотя одной все-таки удалось заставить его остановиться, прислушаться и чуть-чуть изменить собственным принципам.
Что тоже ему не нравилось. Совсем.
Вообще не нравились люди, которые вынуждали пересматривать привычные вещи, меняться и подстраиваться под перемены, которых, видит Саджа, в его жизни и так было достаточно. Проклятье, он был слишком стар для перемен, но мироздание никак не хотело оставить Бальтазара в покое и позволить жить в мире, к которому он привык.
Вы только гляньте, он начал проникаться сочувствием к этой мелкой пигалице! Перед матерью ее защищал, – чтоб этой дамочке икалось там на ее планете! Успокаивал даже, уверял, что не уволит, хотя стоило бы. Глупо попалась, не уследила, хотя у пилота глаза должны быть даже на затылке! И сам Бальтазар – старый идиот, раз сразу не взял на себя управление кораблем и не провел “Химеру” через кольцо.
Доверился, потерял бдительность. Впечатлился показательным выступлением Наварро на планете. Она отлично летала, и он был не дурак, чтобы это отрицать. В то мгновение казалось, что девчонка была рождена для кресла пилота: вся ее суть изменилась, как только хрупкие ручки вцепились в штурвал.
Нельзя доверять безоговорочно. Теперь ему придется присматривать за Наварро. Не брать контроль на себя полностью, но и не отпускать поводок слишком сильно. Не готова она для стрессовых ситуаций, мелкая еще. Учить ее надо, а не бросать в омут головой вниз.
Правда, все это меркло перед его ненавистью к тварям вроде Падальщиков.
Бальтазар уже однажды попадался в их сети, едва ноги унес.
Наваливались они толпой, выковыривали жертву из корабля, как рыбу из консервной банки. Падальщики не отличались ни силой, ни изобретательностью, но ими управляло нечто, превращая разрозненных людей в единый механизм.
Что видел один – видели все, а уж чуйка у этих тварей была отменная, как у диких животных.
Остановившись у внешней двери, Бальтазар окинул взглядом команду.
О Жель можно не волноваться. Она будет драть так, будто это последний бой в ее жизни, загруженная боевыми программами под самую крышку. Асази мог за себя постоять, да и Жель всегда прикрывала его спину, если что-то шло совсем не по плану.
Оставалась только мелкая.
Клара старалась держать дистанцию, но иногда забывалась и придвигалась ближе, чуть ли не прижималась к капитану. Потом в ее голове что-то щелкало и девчонка отстранялась, почти отпрыгивала и бросала на Бальтазара полный испуга взгляд.
Сжимая в руках пистолет стандартного гильдейского образца, она дрожала и неловко переминалась с ноги на ногу. Стянутые на затылке светлые волосы растрепались, и несколько прядей упали на бледный, поблескивающий от испарины лоб.
Как бы она в обморок не грохнулась, беда ходячая.
И как бы он ее сам не зашиб случайно. Когда в ход идут модификации – не до аккуратности, успевай только удары наносить, – некогда думать, кто там по глупости под руку полез.
– Мы не будем ждать, пока они нас достанут. – Инструктировать приходилось на ходу, и это Бальтазару тоже не нравилось. – Как только ловушку отключат, ты, “Химера”, откроешь люк. Наверняка там уже будут топтаться Падальщики. Не смотрите на то, что они хилые, поверьте: эти ребята скрутят вас, даже пикнуть не успеете. Мы должны добраться до центра управления. Понятно? Никто по своей прихоти не откалывается, мы не разделяемся! Это многоярусная структура. Если кого-то затащат на нижние уровни, то все – можно будет писать завещание. Мы должны отключить внешний барьер, чтобы убраться со станции. Ты с этим справишься, Асази?
Мужчина усмехнулся, но как-то совсем уж невесело.
Справится, никуда не денется. На кону-то в первую очередь будет стоять его шкура.
– Лисы остаются в корабле.
– Они же сразу станут добычей этих…