Мирон Брейтман – Семь Ветвей (страница 13)

– И синагога Санта-Мария-ла-Бланка – одни из таких врат?

– Была. До тех пор, пока не была превращена в церковь. Но архитектурный код остался. Камни помнят.

В этот момент в отель вошла Сара. Она выглядела усталой после долгой дороги, но глаза светились любопытством исследователя.

– Простите за опоздание, – сказала она, подходя к ним. – Поезд застрял на час из-за каких-то технических проблем.

Атур встал и галантно поклонился: – Сеньора Маркес, наконец мы встретились. Рафаэль Атур, к вашим услугам.

– Сеньор Атур. Профессор Навон уже рассказал вам о нашем исследовании?

– Мы только начали разговор. Но думаю, лучше продолжить его не здесь. Отель – слишком публичное место для обсуждения деликатных тем.

– Куда вы предлагаете пойти?

– К синагоге. Но сначала нужно подготовиться. То, что вы увидите, может шокировать.

Муниципальный архив Толедо

17:00

Архив размещался в здании XVI века рядом с синагогой дель-Трансито. Каменные стены, узкие окна, коридоры, пропитанные запахом старой бумаги и времени. Атур провел их через несколько залов, заставленных стеллажами с документами, в небольшую комнату в глубине здания.

– Здесь мы можем говорить спокойно, – сказал он, закрывая дверь на ключ. – Комната звукоизолирована, и аппаратуры прослушивания здесь нет.

– Аппаратуры прослушивания? – удивилась Сара. – Сеньор Атур, о каком уровне секретности идет речь?

Атур подошел к сейфу, встроенному в стену, набрал комбинацию и достал толстую папку с документами.

– О таком уровне, сеньора, что несколько правительств и тайных организаций готовы убивать, чтобы эти документы не стали достоянием общественности.

Он разложил на столе несколько старинных карт и чертежей. Эли сразу узнал знакомые очертания – это была подробная планировка синагоги, которую они видели в испанских архивах, но гораздо более детальная.

– Это оригинальные планы строительства синагоги Санта-Мария-ла-Бланка-де-Баутиста, составленные в 1386 году зодчим Ицхаком бен-Моше. Но посмотрите внимательно – здесь есть детали, которых нет в известных копиях.

Сара наклонилась над чертежом: – Подземные помещения. Целая система ходов и комнат под основным зданием.

– Именно. И обратите внимание на планировку. Если смотреть сверху, подземная часть образует точную копию шестиконечной меноры.

Эли проследил линии на чертеже: – Невероятно. Получается, синагога была построена не просто как место для молитв, а как трехмерное воплощение символа.

– Более того, – Атур перевернул лист и показал другой чертеж, – каждое подземное помещение было спроектировано для определенной цели. Вот здесь – библиотека, здесь – скрипторий для переписки священных текстов, здесь – лаборатория.

– Лаборатория?

– Средневековые каббалисты были не только мистиками, но и учеными. Они изучали математику, астрономию, алхимию. Все, что помогало понять структуру мироздания.

Атур достал из папки еще один документ – письмо на иврите с переводом на испанский.

– Это послание раввина Ицхака де-Леона, написанное в 1391 году, во время первых серьезных погромов в Толедо. Он пишет: "Светильник погас, но масло сохранено. Когда придет время, семь ветвей вновь зажгутся, и свет озарит путь к истине".

– Масло – это метафора? – спросила Сара.

– Отчасти. Но есть и буквальный смысл. В подземных помещениях синагоги хранились не только книги, но и особые вещества. Составы для изготовления чернил, которые становились видимыми только при определенном освещении. Масла для лампад, которые горели особенным светом.

Эли внимательно изучал чертежи: – Сеньор Атур, а как попасть в эти подземелья? Вход через основное здание синагоги?

– Там два входа. Один – через главное здание, но он замурован уже несколько веков. Второй – через соседний дом, который когда-то принадлежал семье раввина.

– И этот дом сейчас существует?

– Существует. Более того, он до сих пор принадлежит потомкам той же семьи. Правда, они уже давно не евреи – приняли христианство еще в XV веке, чтобы избежать изгнания.

Атур подошел к окну и выглянул на улицу: – Дом номер тринадцать по улице Реха-де-лос-Франкос. Семья Алварес-и-Товар. Но есть проблема.

– Какая?

– Нынешний владелец дома, дон Педро Алварес, знает о тайнах своего подвала. И он один из лидеров организации "Охранители традиции".

Сара почувствовала, как у нее похолодели руки: – То есть он наш враг?

– Не обязательно. Дон Педро – сложный человек. С одной стороны, он действительно считает, что некоторые тайны лучше держать закрытыми. С другой стороны, он потомок тех самых людей, которые эти тайны создавали.

Атур вернулся к столу и сложил документы обратно в папку: – Но есть способ получить доступ к подвалу без его разрешения. Каждый год, в день весеннего равноденствия, дон Педро разрешает группе ученых провести "археологические измерения" в подвале. Официально это связано с реставрацией здания.

– А неофициально?

– Неофициально он проверяет, не пытается ли кто-то найти то, что там спрятано. И если находит подозрительных людей…

Атур провел пальцем по горлу.

– Прекрасно, – пробормотал Эли. – А когда следующее весеннее равноденствие?

– Послезавтра.

Наступила пауза. Сара и Эли переглянулись.

– Слишком быстро, – сказала Сара. – У нас нет времени подготовиться.

– Напротив, – возразил Атур. – У вас есть ровно то время, которое нужно. Дольше ждать нельзя – "Охранители традиции" уже знают, что вы в городе. Завтра они начнут активные поиски.

– Откуда вы знаете?

– Потому что один из них – я.

Эли резко встал, инстинктивно сжав кулаки. Сара отшатнулась к двери.

– Спокойно, – сказал Атур, поднимая руки. – Я не враг. Но и не друг в том смысле, как вы понимаете дружбу.

– Объясните, – потребовал Эли.

– "Охранители традиции" – не монолитная организация. В ней есть разные фракции. Одни хотят уничтожить все еврейское наследие в Испании. Другие хотят использовать его для политических целей. А третьи, к которым отношусь я, считают, что наследие должно быть сохранено, но передано только достойным людям.

– И кто решает, кто достоин, а кто нет?

– Само наследие. Древние хранители создали систему испытаний. Тот, кто сможет пройти все этапы, докажет свою готовность получить знание.

Атур снова открыл папку и достал последний документ – небольшой пергамент с текстом на иврите и арабском.

– Это правила испытания, записанные в 1492 году, незадолго до изгнания. Первое испытание – найти вход в подземелье. Второе – пройти через систему ловушек. Третье – разгадать главную загадку.

– А если не справимся?

– Тогда либо умрете, либо получите доступ только к ложному знанию, которое приведет вас в тупик.

Сара вернулась к столу: – Сеньор Атур, а почему вы решили нам помочь? Что вы получаете взамен?

Атур долго молчал, затем снял очки и протер их.

– Моя семья живет в Толедо уже шестьсот лет. Мы были свидетелями изгнания евреев, инквизиции, гражданской войны, диктатуры Франко. Мы видели, как страх заставляет людей уничтожать прекрасное, чтобы не допустить опасного.

Он надел очки обратно: – Но я также видел, что происходит, когда знание попадает в неправильные руки. Нацисты тоже искали древние тайны. И некоторые современные секты готовы на все, чтобы получить доступ к "сакральным энергиям".

– То есть вы считаете нас правильными людьми?

– Я считаю, что вы не хуже других. И у вас есть то, чего нет у большинства искателей сокровищ – научная честность и уважение к истории.

Атур встал и подошел к сейфу: – Кроме того, у меня есть личная причина. Моя прабабушка была еврейкой. Она приняла крещение, чтобы остаться в Испании, but никогда не забывала своих корней. На смертном одре она передала мне кое-что.