Мирон Брейтман – Дом профессора Мильтона. Книга I (страница 4)

– Пока мы ничего не нашли, мисс Крейн. Не благодарите раньше времени.

– Но вы согласились помочь. Вы поверили мне. Это уже много.

Он усмехнулся.

– Я не верю, мисс Крейн. Я лишь любопытствую. А это, как известно, совсем разные вещи.

Она улыбнулась – впервые за весь день – и вышла.

Теодор закрыл за ней дверь, постоял немного в тишине, прислушиваясь к тому, как её шаги затихают вдали, и медленно вернулся в гостиную.

Ноутбук всё ещё светился на столе – чужой, холодный, полный тайн.

Теодор сел в кресло, посмотрел на экран, потом на свою трубку, потом снова на экран.

«Что я делаю? – подумал он. – Мне семьдесят лет. Я не выходил из дома два года. Моя нога едва держит меня. Какого чёрта я ввязался в это?»

Но он знал ответ.

Потому что любопытство – проклятое, вечное – не умирает с возрастом.

Потому что где-то там, в этом огромном невидимом мире проводов и сигналов, прячется загадка. И он не может просто отвернуться.

Он затянулся трубкой (плевать на врачей), прикрыл глаза и тихо пробормотал:

– Итак, мистер Варнер. Где же вы? И почему вас так сильно боятся, что пытаются стереть даже ваш голос?

За окном стемнело. Город погрузился в ночь. А в доме старого профессора горел свет – маленький, упрямый огонёк в темноте.

Глава 2. Следы в сети

Следующие два дня Теодор Мильтон провёл в состоянии, которое сам про себя называл «интеллектуальной охотой». Он не выходил из дома – как, впрочем, и последние два года – но его разум методично прочёсывал невидимые лабиринты того самого мира, который он так упорно игнорировал.

Интернет.

Амелия приходила дважды в день – утром с кофе и вечером с ужином, который готовила сама (профессор питался крайне беспорядочно, когда был увлечён делом). Она приносила новые данные, показывала ему экраны, объясняла термины, а он задавал вопросы, строил гипотезы, велел проверять то одно, то другое.

Постепенно между ними установился ритм – словно два музыканта, которые учатся играть вместе. Она была его проводником в цифровом мире, он – её учителем в искусстве дедукции.

Сейчас был поздний вечер третьего дня. За окном моросил дождь – тихий, нудный, осенний. Камин потрескивал, отбрасывая мягкие тени на книжные полки. Горацио дремал на коленях у профессора, мурлыча в такт поглаживаниям.

Амелия сидела напротив, уткнувшись в ноутбук. Волосы растрепались, на носу – очки для работы с экраном, которые она обычно не носила. Рядом стояла третья по счёту чашка остывшего чая.

– Профессор, – позвала она, не отрывая взгляд от монитора, – я нашла ещё три комментария от «SilentWatcher». Все под старыми постами Леона. Все криптичные.

Теодор поднял голову.

– Читайте.

Амелия откашлялась и зачитала:

– Первый: «Вода помнит. Спросите у моста». Второй: «Следуйте за деньгами, но не забывайте про тени». Третий: «Архив не врёт. Ищите двенадцатое».

Теодор прикрыл глаза, перебирая слова в уме.

– «Вода помнит. Спросите у моста», – повторил он задумчиво. – Мост… Река. Возможно, речь о конкретном месте? В вашем городе есть известные мосты?

– Несколько, – кивнула Амелия. – Но самый известный – Старый мост через Темзу. Его построили ещё в викторианскую эпоху. Там всегда полно туристов.

– А рядом с ним?

– Набережная, кафе, сувенирные лавки… – Амелия замолчала, вспоминая. – И ещё там есть старое здание городского архива. Хотя сейчас оно частично заброшено, большую часть документов перевели в цифровой формат.

Теодор открыл глаза.

– Архив, говорите? – Он выпрямился, потревожив Горация, который недовольно фыркнул и спрыгнул на пол. – «Архив не врёт. Ищите двенадцатое». Мисс Крейн, а что если все эти комментарии связаны? Мост – это ориентир. Архив – место. А «двенадцатое»… дата? Номер дела? Полка?

Амелия быстро застучала по клавишам.

– Я могу попробовать пробиться в электронную базу архива. Посмотреть, что там есть за двенадцатое октября. Или под номером двенадцать. Или…

– Сделайте это, – кивнул Теодор. – Но будьте аккуратны. Если Леон прятал информацию в комментариях, значит, он боялся прямого следа. А значит, те, кто за ним охотился, тоже могут отслеживать запросы.

Амелия кивнула и снова погрузилась в работу. Пальцы её летали по клавиатуре – Теодор наблюдал за этим с тем же любопытством, с каким когда-то наблюдал за работой часовщика: быстро, точно, почти механически.

Прошло минут двадцать. Теодор встал, прошёлся по комнате, подлил себе портвейна из хрустального графина (врачи не одобрили бы, но к чёрту врачей), снова присел.

Наконец Амелия выдохнула:

– Есть.

Теодор мгновенно выпрямился.

– Что?

– Я нашла запрос в архивной базе. Номер дела: 12/09/2018. Категория: строительство и землепользование. – Она подняла взгляд. – Это дело о выделении земельного участка под застройку. Подписант – Роберт Харрингтон. Тот самый Харрингтон, о котором писал Леон.

– Интересно, – протянул Теодор. – И что в этом деле?

Амелия пролистала документ.

– Здесь… подождите… Харрингтон утверждал, что участок земли на северной окраине города был выделен законно, через тендер. Но есть приложение – список компаний, участвовавших в тендере. И вот тут… – она ткнула пальцем в экран, – компания «Норт Хаус». Та самая, которую Леон упоминал в своём видео.

Теодор придвинулся ближе, щурясь на мелкий шрифт.

– «Норт Хаус», – пробормотал он. – Они выиграли тендер?

– Нет. Они заняли второе место. Выиграла другая компания – «Риверсайд Девелопмент». – Амелия нахмурилась. – Но постойте… Риверсайд… Это же название станции метро! Той самой третьей остановки на северной ветке!

Теодор медленно кивнул, чувствуя, как паззл начинает складываться.

– Значит, «SilentWatcher» – это псевдоним Леона, – сказал он. – Он оставлял подсказки для тех, кто будет искать. Северная ветка, третья остановка – это не буквальная инструкция. Это намёк на компанию «Риверсайд Девелопмент». А мост и архив – места, где можно найти документы.

– Но зачем такая сложность? – не поняла Амелия. – Почему не написать прямо?

– Потому что прямые улики легко уничтожить, – терпеливо объяснил Теодор. – А загадки требуют времени на разгадку. Время – это защита. Если бы Леон написал «смотрите дело номер двенадцать», те, кто за ним следил, немедленно уничтожили бы это дело. Но криптичные комментарии в море спама? Их никто не воспримет всерьёз. Кроме тех, кто знает, что искать.

Амелия задумалась, потом снова взялась за клавиатуру.

– Тогда мне нужно узнать больше об этой компании. «Риверсайд Девелопмент». Кто владельцы, какие у них связи, не всплывали ли они в скандалах…

Она замолчала, уставившись в экран.

– Что? – нетерпеливо спросил Теодор.

– Сайт компании, – медленно произнесла Амелия. – Он… странный.

– В каком смысле?

Она развернула ноутбук. На экране была главная страница сайта: лаконичный дизайн, фотографии современных зданий, стандартный текст о миссии и ценностях.

– На первый взгляд всё нормально, – продолжила Амелия. – Но посмотрите на дату последнего обновления. – Она показала на нижнюю строку сайта. – Двадцать третье сентября этого года. А в разделе «Новости» – ни одной записи за последний месяц. Вообще ничего. Как будто сайт заморозили.

Теодор нахмурился.

– А раньше обновления были?

– Да. Регулярно. Каждую неделю – новости о проектах, статьи, пресс-релизы. А потом… тишина. – Амелия быстро пролистала архив новостей. – Последняя запись датирована двадцатым сентября. За две недели до публикации Леона о коррупции.