Мираниса – Переплётчик (страница 14)

– Развяжи меня, и я тебя пощажу.

Плотный моряк ловким движением достал из-за пояса наган, и смертью испустил боевой взвод прямо перед носом Ханга. Тот ещё никогда не видел подобных револьверов. Тюремщик предусмотрительно отошёл на несколько шагов, чтобы ассасин не смог коснуться металлического корпуса. Однако чёрная дыра в дуле зияла прямо у лба пленного.

– Со мной покончено. Но я могу забрать тебя с собой.

Ханг на это ничего не ответил. Ему не впервой было заглядывать в пороховое жерло орудий, как и выслушивать угрозы о собственной кончине. Ассасин перевёл недовольный взгляд с пистолета на контрабандиста.

– Тогда не тяни.

Лонгвей прищурил единственный глаз. Квадратная кисть напряглась у приклада. Ханг бездумно затаил дыхание. Момент затих. Оставалось лишь гадать: окажутся ли его люди быстрее решимости коммерсанта. Монотонной дробью пульс отдавал в висках, и со скрежетом грудь опала при выдохе. Всё это время контрабандист не моргал. Кисть его слилась с рукоятью нагана, а тело словно налилось свинцом. Крутые плечи слегка приподнялись, и Лонгвей, порывисто вздохнув, опустил руку.

– Не время. Быть может, ты ещё передумаешь.

– Не передумаю.

Тюремщик наспех спрятал револьвер за поясом и поспешил к двери. Из-за спины Ханга раздался его голос:

– Скоро ты усомнишься, на правильной ли стороне находишься.

После удаляющаяся рысца слилась с суетливым гомоном, а Ханг наконец попытался угадать, где же его пленили. Безуспешно. Он сжал кулаки и всеми силами попытался освободиться от пут. Пальцы рук болезненно потемнели. Широкая бечева жёстким ворсом царапала кожу. От усилия убийца упал навзничь, и из уст вырвался скупой стон. Боль под рёбрами напомнила о потере крови, но Ханг всё равно разозлился на свою беспомощность. Один провал за другим. Видел бы его отец.

Видел бы его отец.

– Далеко ты так собрался?

Ханг закусил губу, отличив насмешливый голос Шилина. Запрокинув голову, увидел его худощавую фигуру. Следом – когда тот снял маску, – и хитрое лицо.

– Видел бы тебя отец. – Шилин махнул рукой и уселся на корточки, принявшись распутывать убийцу. Сперва развязал ноги, следом – руки. – Не волнуйся. Мы ему об этом не расскажем – тактично умолчим.

– Я не боюсь его, – огрызнулся Ханг и медленно поднялся на ноги.

– Зато я боюсь.

Теперь лицо дяди помрачнело, и он с беспокойством оглядел кровавое пятно на рубашке наёмника. В дыре с обгоревшими краями мелькнули грязные бинты. Шилин положил руку на плечо племянника.

– Ну как ты?

– Я в порядке. Нам нужно найти предателя.

Ханг выпрямился и направился к двери, стараясь не гримасничать от боли. Но с каждым проделанным шагом невольно между бровями пролегала морщинка.

– У меня есть новости, – задорно объявил Шилин. – В Чайна-Тауне начался настоящий хаос. Банды, покровительствующие Сунь Янсену, упрятали его.

– Разве это хорошие новости?

– Да. Потому что мои люди кое-что узнали.

Ханг продолжал идти, пока дядя не остановил его, выставив руку перед грудью. Ассасин недовольно хмыкнул.

– Переплётчик предсказал судьбу Сунь Янсена.

– Как? – удивился Ханг. – Откуда ты знаешь?

– Одна секта, прибывшая с Гонконга, изловила предсказателя. Я заслал туда своего человека. Переплётчик, оказывается, ясно ни о чём не говорит, но по его пророчеству можно узнать об успехе нашего задания.

– Тогда не томи.

Шилин загадочно улыбнулся, и на щеках заискрились лукавые ямочки. Тонкие брови заговорщически вспорхнули.

– Через два дня Сунь Янсен не пересечёт ни одну американскую границу. Это значит, что он останется здесь.

– Надолго ли?

Ханг заметно оживился. Хмурое лицо прояснилось, разгладилось, будто теперь боль не донимала убийцу. Шилин усмехнулся и протянул племяннику его металлические браслеты, перчатки и – самое главное, – маску, которую ассасин тут же надел.

– По крайней мере, мы выиграли немного времени.

– Нужно вернуться к грандмастеру, – буркнул Ханг, облачаясь в амуницию.

Он широким шагом двинулся к выходу. В узком коридоре дюжина наёмных убийц терпеливо выжидали командиров, выстроившись в одну шеренгу. Миновав лестницу, ведущую на небольшой склад, ассасин услышал звон колоколов, что гремели наперебой с тифонами. Он замедлился. Только сейчас до него дошло, что Лонгвей держал его в подвале неподалёку от бухты.

– Мы в порту?

– Почти.

– Надо спешить. А после я найду жалкого переплётчика и его безмозглую ученицу. И обоих убью, – будто вместе с желчью выдал ассасин.

– Надеюсь, ты не забыл про Сунь Янсена, – ответил Шилин, поднимаясь по лестнице.

Вырисовывающиеся у кряжа корабли встретили убийц, когда те выбрались на поверхность. В нос тут же ударил рыбный запах. Он морем засел на половицы и качающиеся у берегов лодчонки. Узкие тропы траншеей вели вдоль деревянных амбаров и пакгаузов к причалу. И те, в точности как сам залив, оказались заполнены повозками и кучными рядами людей. Тем временем меж высоченных зданий теснились паруса: низкорослые мачты канонерок суетились вокруг гигантских торговых судов.

Гвалт звуков опоясал болью голову Ханга, и он зажмурился от лучей белесого солнца, едва ли пробивавшихся сквозь густую хмарь. Тошнота подкатился к горлу, но вместе с тем в животе от голода натужно заурчало. Убийца с опаской косился на проходящих мимо людей, старательно выискивая в редких тенях лицо с единственным глазом. Но вместо загадочного контрабандиста ему попадались другие. Они крутили махорку на тех же столах, где разделывали рыбу, недовольно рассматривая раненого наёмника.

– Один сбежал! – крикнул Ханг через плечо, силясь перекричать толпу. – У него не было одного глаза. Никто не заставал такого у выхода? Быть может, он не покидал склада.

– Мы никого не нашли, – угрюмо заметил Шилин. – Но ребята остались там и не уйдут, пока не перевернут всё вверх дном.

– Наверняка его уже и дух простыл.

– Кем он был?! – громко спросил дядя.

– Пиратом, полагаю. Контрабандистом точно. Китаец. Но, судя по говору, живёт здесь очень давно.

– Переселенец, значит. Хуацяо.

– Верно.

Шум прибоя затихал вдали. Путники вышли на главную дорогу, и Шилин попытался поймать закрытую повозку. Всё это время Ханг старательно прятал рану за рукой. Боль утихала от ледяного прикосновения металла.

– Пойдём.

Дядя кивнул и первым взобрался в экипаж, изнутри придержав дверь для племянника. Ханг сумел сдержать стон, когда усаживался на сидение.

– Дай мне осмотреть рану.

– Просто царапина.

– По твоему бледному лицу не скажешь.

– Пить хочется. И есть. Так сразу же приду в форму.

Шилин кивнул и захлопнул дверцу. Выглянув сквозь органзу в окно, он следом тщательно задвинул её на края карниза и подвинулся. Опёршись локтями на колени, начал:

– Ну?

– Что? – Ханг задрал одну бровь.

– Что хотел от тебя твой похититель?

– Хотел купить меня.

– Для чего?

– Чтобы я убил заказчика Сунь Янсена.

Взгляд Шилина преобразился. Сперва дядя принятым порядком усмехнулся. Однако чем дольше он всматривался в безжизненные глаза подопечного, тем сильнее вытягивалось его удивлённое лицо.

– Но никто, кроме твоего отца, не знает заказчика.