Миранда Сан – Если меня будут преследовать призраки (страница 51)

Старатель рассмеялся, схватив ее за руку. Отбросил ее в догоревший камин. А когда она попыталась подняться, пнул тяжелым сапогом – не менее тяжелым теперь, в посмертии, чем при жизни.

Кара хватала ртом воздух. Лежа на полу, прижимала руку к груди, пока призрак приближался.

Он схватил ее за подбородок.

– Ты рассчитывала, что можешь заставить меня уйти? Да, девочка? Этот город – мой. Черта с два я уйду.

Стало еще холоднее.

– А ну отошел от нее, – прорычал голос.

«Зак…»

Она не видела, как парень появился, но сейчас он стоял среди привидений, и его плечи напряглись от гнева.

Главный старатель распрямился, но не отступил. Остальные обменивались удивленными взглядами. Никто из них не шелохнулся.

– Может, ты меня с первого раза не понял, – проговорил Зак, в его голосе слышались ледяные опасные нотки. Он двинулся к главарю. Здоровенный шахтер с рыжей бородой заступил ему путь, но Зак кинулся на него раньше, чем Кара поняла, что происходит.

Призрак беззвучно упал, держась за бок. Прозвучали крики удивления и возмущения, когда шахтер, которому Зак нанес удар, начал растворяться. Серебряный силуэт расслаивался и исчезал.

Взгляд Кары упал на руку Зака.

Сверкнула призрачная сталь.

Ее сердце ухнуло вниз, сквозь половицы. «Нет же, идиот!» Он держался за рукоять, но если один из шахтеров перехватит нож и направит на него, то…

– Давайте проясним сразу, – сказал Зак призракам. – Мне все равно, чего вы хотите. Мне все равно, кто вы. Мне все равно, какого черта вы застряли на земле и что вас тут держит. Меня волнует только ее защита.

Он развернулся к одному привидению.

– Но ты же один из нас, – воскликнул старатель со смесью растерянности и недоверия.

– Нет, это не так, – ответил парень и вонзил лезвие в его грудь.

Такого Зака Кара не узнавала. Она медленно двинулась к лестнице, собираясь найти один из ножей Бриттани и вернуться в бой. Возможно, смерть изменила парня, сделав более жестким. А возможно, воспоминание, которым он пожертвовал, оказалось чем-то действительно ценным.

Зак бросился на другого призрака, пронзая ножом. Старательский лоток упал на пол, и Кара пересмотрела свое мнение.

Высокомерие сквозило в каждом его движении. Резко очерченная челюсть, дерзость во взгляде, когда он атаковал привидений, вооруженный клинком, который мог прикончить его самого.

Это был Зак, вставший между ней и Змеем. Зак, готовый сражаться с туманом. Зак, сияющий внутренней силой, с холодной яростью в льдистых голубых глазах.

Зак, которому было что защищать.

И защищал он ее.

«Нет, – поправила себя Кара. – Он защищает шанс на воскрешение».

Что-то холодное и острое прижалось к ее горлу, и Кара замерла, уже успев поставить ногу на первую ступеньку. Она потеряла бдительность и теперь расплачивалась за это.

– Хорошо, – удовлетворенно произнес старатель за ее спиной. Он надавил на лезвие. Кара подалась назад, и липкий холод пронизал ее тело, когда она прошла сквозь призрачное тело.

Она попыталась вырваться, но нож сильнее уперся ей в горло. Кара с усилием повернула голову. Рука, удерживавшая нож, исчезала в стене. Старатель, похоже, находился снаружи здания – используя способность проходить сквозь предметы против Кары, делая ее щитом, чтобы защититься от Зака. А потом убить ее.

– Коулсон, – прошептала она.

Парень повернулся. Последний призрак растворялся в воздухе. Остался только один – тот, кто находился вне досягаемости Зака.

Парень побледнел, глядя на нее.

– Тан, – выдохнул он ее имя, будто нуждался в нем, чтобы жить.

Он двинулся вперед, не раздумывая, но старатель надавил на нож, и Зак остановился.

– Так-то лучше. – Кара не видела лица нападавшего, но в его голосе звучала усмешка. Ужас волнами прокатывался по ее коже, сердце работало словно кузнечный горн. Лезвие потеплело: старатель прижимал его так сильно, что вот-вот мог раздавить ей трахею. – Кто теперь ведет игру, мальчик?

Зак поднял руки, сжимая призрачную сталь.

– Отпусти ее, и клянусь, я…

За спиной Кары раздался смех.

– Тебе нечего мне предложить. У тебя нет ничего, что мне бы хотелось. Видишь ли, здесь одиноко, а в моей компании давно не появлялись новички. Теперь я об этом особенно беспокоюсь, учитывая, что ты убил всех моих друзей. – Кара чувствовала, что дух ухмыляется. – Я убью твою возлюбленную, мальчик. Сделаю ее призраком, и ты ничего не можешь с этим поделать.

Зак в ужасе смотрел на старателя.

– Нет… – выдохнул он.

Сердце Кары заколотилось сильнее.

«Но возможно, что-то сделать могу я…»

Она закрыла глаза, позволяя телу обмякнуть, и задышала быстро, потому что нож перекрывал ей воздух. Ей нужно сконцентрировать всю энергию на повышении температуры лезвия.

К счастью, призрак, похоже, не спешил. Ему и правда хотелось развлечься.

– Предоставляю тебе выбор, – сказал дух. – Что, по-твоему, приятнее? Бульканье крови из перерезанного горла? Или стук тела об пол, когда я столкну ее с лестницы? А нет, погоди-ка. – Он задумчиво надавил ножом, и Кара не удержалась от тихого всхлипа. – Я могу сначала перерезать ее шейку, а потом столкнуть труп с лестницы. Вот так, мальчик. Три варианта. Но решай быстрее. Или не решай. Я ждал всего несколько сотен лет.

– Ты… ты не хочешь ее убивать, – сказал Зак и заговорщически добавил: – Поверь мне. У нее обо всем свое мнение, и она никогда не затыкается. Осуждает по каждому поводу. Она будет раздражать тебя до смерти… в смысле, заставит тебя пожелать умереть по-настоящему, только бы не слышать ее. Ты хочешь так провести вечность? Молиться, чтобы пришел какой-нибудь охотник за привидениями и избавил тебя от страданий?

Дух замолчал, потом фыркнул.

– Ты меня не обманешь, мальчишка. – Его голос был тихим и шелестящим. – Скажи, ты будешь считать ее такой же красивой, когда плоть сойдет с ее лица? Когда темные глаза сгниют в глазницах? Когда ее форма истлеет и останутся только кости?

Тело Кары горело огнем.

– Это, безусловно, восхитительное зрелище, когда койоты приходят полакомиться трупом, – продолжал призрак. – Можешь остаться и посмотреть. Я не держу на тебя обиды. Главное, опусти этот чертов клинок. Он не помешает мне сделать вот так…

Он провел ножом по горлу Кары…

…но лезвие стало мягким, как масло.

– Какого… – пробормотал дух, поднимая нож и поднося к глазам.

Этого момента она и ждала. Кара оттолкнулась от стены и развернулась лицом к нападавшему. Он сузил глаза, рванул вперед с порывом воздуха, пахнущим плесенью и гниением, и постарался ранить ее.

Кара перехватила клинок и медленно выдохнула, чувствуя, как горит внутри.

Полыхнув оранжевым, металл расплавился.

Кара опустила руку, тяжело дыша. Жидкий металл струился по ее пальцем, стекая по руке, словно кровь. Когда капли падали на пол, с шипением прожигали древесину.

– Ты, – проговорила она с усилием: горло болело, – не должен был меня недооценивать.

Старатель шокированно смотрел на нее, сжимая бесполезную рукоятку. А потом его взгляд метнулся за плечо девушки. Что бы он там ни увидел, это заставило его сбежать сквозь стену. Зак рванул следом за ним.

Ноги у Кары подогнулись, и она осела на пол.

Несколько минут только хватала ртом воздух, ее плечи вздымались и опадали. Струйки дыма вились из-под ворота и рукавов ее кофты. Глотать было больно. Она дотронулась до горла – кожа рассечена. Смешиваясь с кровью, жидкий метал стекал по рукам.

Запах зимы наполнил комнату.

Зак. Он увидел ее, и его лицо смягчилось, а напряжение спало.

В свете утра он опустился на колени рядом с Карой. Похоже, яд Змея делал его неосязаемым даже в Хеллоуин, и сердце Кары затрепетало, когда она увидела, как лучи проходили сквозь него. Жестокое солнце уже показывало, что его не стало.

«Он померкнет этой ночью», – напомнил ей внутренний голос.