Миранда Эллис – Анатомия стаи. «Дозор рассвета: осколки сердца». Книга 1 (страница 5)
«Есть слепые зоны. И… отвлекающие маневры,» – сказал Лео, и в его голосе прозвучала тень чего-то, что могло быть улыбкой. «Логан поможет.»
«Кто?» – нахмурилась Кассандра.
В этот момент в дальнем конце оранжереи хрустнула ветка. Все трое замерли. Из зарослей папоротника, выше человеческого роста, вышел Финн. Он выглядел еще более измотанным, чем днем. Но в его глазах, встретивших их взгляды, был не просто страх. Была решимость. Хрупкая, но настоящая.
«Логан, – повторил Лео, глядя на Финна. – Наш… техподдержка. Сын детектива Грея.»
«Ты сошел с ума,» – прошипела Кассандра. «Привести сюда охотника?»
«Не охотника, – раздался новый, спокойный голос. – Стратега.»
Из-за той же груды разбитых горшков, откуда вышел Финн, появился Логан Грей. Он был в темной, практичной одежде, в руках – планшет в защищенном корпусе. Его лицо было сосредоточенным, но без агрессии. Он смотрел на них не как на монстров, а как на интересную, сложную проблему.
«Датчики движения на восточном сегменте ограждения синхронизированы с системой патрулирования, – начал он без предисловий, тыкая пальцем в планшет. – Но есть алгоритмическая задержка в 1.7 секунды между активацией и отправкой сигнала на пульт. Если создать ложное срабатывание на соседнем секторе, это окно можно расширить до пяти секунд. Этого хватит, чтобы перелезть через стену в точке, которую я отметил. У них там мертвая зона камеры – ее закрывает ветка старого вяза, которую, согласно внутреннему регламенту по ландшафтному дизайну, нельзя спиливать из-за исторической ценности.»
Он говорил быстро, технично, и на секунду воцарилась ошеломленная тишина.
«Ты… взломал их систему?» – первой нашла слова Кассандра.
«Изучил, – поправил ее Логан. – Отец учил: чтобы поймать преступника, нужно мыслить как он. А чтобы обойти систему, нужно понять ее лучше, чем те, кто ее создал. Ваш Конклав… они хороши в магии, интригах и запугивании. Но их IT-инфраструктура – это позор. Пароли по умолчанию, устаревшее ПО, никакого двухфакторного шифрования.» Он пожал плечами. «Это как оставлять ключи под ковриком.»
Лео с трудом сдержал улыбку. Он видел, как Кассандра переваривает эту информацию. Ее недоверие боролось с холодной эффективностью предложенного плана.
«А что ты получишь?» – спросила она, впиваясь в Логана взглядом. «Почему ты здесь? Чтобы собрать доказательства и сдать нас всем? Отцу?»
Логан на мгновение отвел глаза. Когда он снова посмотрел на них, в его обычно холодных глазах было что-то неуверенное, почти человеческое.
«Мой отец… он видит только монстров. Он не видит… контекста. Я хочу понять контекст. А еще… – он кивнул в сторону Финна, который слушал, широко раскрыв глаза. – Я видел записи с уличных камер возле леса, откуда тебя привезли. За два дня до твоего появления там. Там было… что-то еще. Что-то, что не попало в отчет отца. Что-то, что убило двух туристов. И это что-то не было тобой. Ты был жертвой. А мой отец собирается охотиться на жертв. Мне это не нравится.»
Это была не сентиментальность. Это была логика, доходящая до морали. И это, как ни странно, звучало убедительнее любых клятв.
«Идеальный план, – внезапно прозвучал тихий голос Эмили. Все повернулись к ней. Она сидела на ржавой садовой скамье, обняв себя за плечи, и смотрела куда-то в пространство. – План, как спрятать тело. Но кто спрячет душу?»
Она подняла на Финна свой пустой, пронзительный взгляд.
«Ты не сможешь не превратиться. Мы можем лишь ослабить проявление, заглушить сигнал. Но боль… боль трансформации останется. И связь… она может призвать того, кто ее создал. Ты готов к этому? Готов ли ты встретиться с ним?»
Финн побледнел. «Он… он здесь?»
«Его боль здесь, – сказала Эмили, указывая на его шрам. – Значит, и он где-то рядом. И он чувствует тебя так же, как ты его. Полнолуние… оно притягивает.»
План, только что казавшийся таким четким и техничным, оброс внезапными, мистическими шипами.
«Значит, мы готовимся не только к побегу, но и к встрече,» – резюмировал Лео, и в его голосе прозвучала та самая усталая решимость, которую Финн слышал в своей голове у зеркала. «Так даже лучше. Решим два вопроса сразу.»
«Три, – мрачно добавила Кассандра. – Если этот «он» явится, а за ним придет Конклав, мы окажемся между молотом и наковальней. И дикими оборотнями.»
«Значит, нужно быть быстрее, тише и умнее всех троих,» – сказал Логан, снова погружаясь в планшет. «Я начну создавать цифровой шум. Ложные следы. Завтра, с 20:00, их система начнет фиксировать аномалии по всему периметру, но особенно – у северных ворот. Это оттянет внимание. У вас будет час, может, полтора.»
Он поднял голову, посмотрел на каждого по очереди.
«Завтра, 20:30, у восточной стены, у вяза. Приходите по одному. У меня будут снаряжение и карта. Не опаздывайте.»
Он кивнул, развернулся и скрылся в зарослях так же незаметно, как появился.
Наступило молчание. План был. Он был безумным, рискованным, но он был. И в этом молчании, среди запаха гнили и свободы, родилось нечто новое. Не дружба. Еще нет. Но согласие. Общая цель. Хрупкий, немыслимый альянс вампира, двух ведьм, оборотня-новичка и сына охотника.
«Завтра,» – коротко сказала Кассандра и, взяв за руку все еще отрешенную Эмили, повела ее к выходу.
Лео посмотрел на Финна.
«Иди спать. Тебе понадобятся силы. И… не сжигай больше писем. Просто не обращай внимания.»
Финн кивнул. У него не было слов. Он повернулся и пошел к выходу, чувствуя на своей спине тяжелый взгляд Лео и звенящую тишину, оставшуюся после ухода сестер. Он вышел из оранжереи в уже совсем темный вечер. В кармане его куртки ждала последняя, самая короткая записка от Конклава, подсунутая, пока он был на сборе:
«21:00. Не опоздайте.»
Он сжал записку в кармане. Он не опоздает. Он просто придет не туда, куда они ждут.
_________________________________________________________________
Ночь перед побегом была самой долгой в его жизни. Финн лежал без сна, прислушиваясь к каждому шороху в коридоре, к биению собственного сердца, к глухому, нарастающему гулу под кожей. Шрам молчал, но он чувствовал. Чувствовал, как где-то за стенами, в том самом лесу, другая боль, родственная, отзывается на зов луны. И ждет.
А в комнате сестер Кассандра стояла у окна и смотрела на луну, почти полную, висящую над крышами «Ноктюрна» как насмешка. За ее спиной, укрытая одеялом, спала Эмили. Или делала вид. Кассандра знала, что завтрашний ритуал будет тяжелее. И плата – выше. Она посмотрела на спящую сестру, на ее безмятежное, пустое лицо, и сжала кулаки так, что ногти впились в ладони.
Ради тебя, – подумала она, обращаясь не к сестре, а к темной, холодной силе внутри себя. Ради тебя я сделаю это. И если я забуду ее лицо после этого… я сожгу этот мир дотла.
Луна смотрела на нее безразличным оком. Завтрашняя ночь должна была все расставить по местам. Или похоронить их всех под обломками их же планов.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
МЕЖДУ МОЛОТОМ И НАКОВАЛЬНЕЙ
День тянулся, как раскаленная смола. Каждая минута в стенах «Ноктюрна» была испытанием на прочность. Финн ловил на себе взгляды – быстрые, оценивающие, скользящие. Не только от учителей-агентов Конклава. От обычных студентов тоже. Слухи о «новеньком с перевала» обрастали мрачными подробностями. Он слышал обрывки: «…с ним что-то не так», «…видели, как он на физре…», «…говорят, его привезли под конвоем…». Его одиночество стало осязаемым, как стеклянный колпак.
Лео, напротив, казался невозмутимым. Он появился на общей лекции по истории сверхъестественного (ирония которая не ускользала ни от кого) и занял место прямо перед Финном. Он не оборачивался, не шептал инструкций. Он просто сидел, прямая, спокойная спина, излучающая ледяное самообладание. Но Финн чувствовал нечто иное – тонкую, как лезвие бритвы, нить сосредоточенности, исходящую от вампира. Он не просто слушал лекцию о Варгах и Морго. Он сканировал зал, вычислял угрозы, составлял в уме карту их будущего маршрута.
Кассандра и Эмили отсутствовали. По официальной версии – на практикуме по гербалистике в закрытой оранжерее. По неофициальной – они готовили компоненты для ритуала. Финн пытался не думать о том, какую цену заплатит Эмили на этот раз.
В 18:00 Финн получил последнее «дружеское напоминание» от Конклава – безбумажное. Когда он открыл шкафчик, из него выпал и разбился старый термометр. Ртуть растекалась по полу зловещими серебряными шариками, складываясь в недвусмысленную цифру: 21:00. Он стоял и смотрел на эту ядовитую картину, пока дежурный преподаватель не закричал на него, чтобы он немедленно вызвал уборщика.
В 19:30, притворяясь, что идет в библиотеку, Финн свернул в самый глухой коридор старого крыла. Его сердце колотилось так громко, что, казалось, эхо отражалось от каменных стен. Он ждал сигнала.
Он пришел из планшета Логана. Не звуковой. На экране его собственного, дешевого телефона, который он в последний раз держал в руках на утренней проверке, внезапно вспыхнуло уведомление от несуществующего приложения: «Погодные условия благоприятны для наблюдения за птицами. Рекомендуемое время: 20:25. Место: Восточный сквер. Не забудьте бинокль.»
Код. Время и место сбора. «Бинокль» – вероятно, означало быть готовым к слежке.
Финн стер сообщение, вынул сим-карту, разломал ее пополам и спустил в унитаз в ближайшем туалете. Телефон забросил на верхнюю полку запыленного шкафа с химреактивами. Он был чист.