Мира Влади – (Не)любимая невеста Императора дракона (страница 2)

– Устала? – фыркнула тетушка Марта, появляясь за спиной матери. – Что за глупости?! Еще решат, что ты больная. Горе тебе, если ты опозоришь нас! Улыбайся, держи спину, и не смей задавать никому глупых вопросов!

– Конечно, тетушка, – тихо сказала я, лишь бы они ушли. Их голоса звенели в ушах, как назойливый звон колокольчиков.

Когда они наконец оставили меня в покое, я почувствовала, как усталость наваливается на плечи. Но сон не шел.

Просторная кровать с балдахином казалась чужой, а тишина покоев – гнетущей. Мысли об императоре путались в голове.

Что, если он не тот, кем я его представляю? Что, если он даже не попытается узнать меня?

Я ждала его весь вечер, надеясь, что он заглянет, скажет хоть слово, но он не пришел. Это кольнуло в самое сердце, как острая игла. Может, у него просто много дел?

В конце концов, не выдержав, я накинула легкий плащ поверх ночной сорочки и выскользнула из комнаты. Мне нужно было подышать свежим воздухом, отвлечься от собственных мыслей.

Сад за дворцом был огромным, усыпанным цветами и освещенным серебристым светом луны. Я брела по дорожкам, вдыхая сладкий аромат жасмина, пока не дошла до мраморного фонтана, чьи струи тихо журчали, отражая звезды.

Я остановилась, глядя на свое отражение в воде, и попыталась представить, какой будет моя жизнь здесь. Но вдруг до моего слуха донеслись приглушенные голоса и смех, откуда-то со стороны реки.

– Кто там? – прошептала я, чувствуя, как любопытство пересиливает усталость.

Осторожно двинулась к реке, стараясь не шуметь. Вскоре передо мной вырос большой шатер, его белоснежные полотна колыхались на ветру, а внутри мерцали десятки свечей, отбрасывая золотистые блики.

Из шатра доносилась медленная, завораживающая мелодия – музыканты играли на лирах и флейтах, создавая атмосферу какого-то тайного празднества.

– Это, должно быть, какой-то прием, – пробормотала я, пытаясь успокоить себя. – Может, император там… обсуждает дела с советниками.

Но что-то подсказывало мне, что это не так. Я подошла ближе, сердце колотилось так громко, что заглушало журчание реки. Сквозь приоткрытую ткань шатра я увидела его...

Тирон возлежал на груде шелковых подушек, его торс был обнажен, а темные волосы слегка растрепаны. Вокруг него, словно стая экзотических птиц, вились полуобнаженные женщины в вульгарных лоскутах ткани, которые едва ли можно было назвать одеждой.

Они хихикали, кормили его виноградом, касались его плеч, шеи, губ. Одна из них наклонилась и поцеловала его, а он, с ленивой улыбкой, принял это, как нечто само собой разумеющееся.

– О, мой господин, – пропела одна из фавориток, поднося к его губам кубок с вином. – Вы сегодня так щедры на ласки!

– А ты, Лара, как всегда, знаешь, как меня развлечь, – ответил он низким, бархатным голосом, от которого у меня перехватило дыхание.

Но не от трепета! Слова его были как удар в грудь.

Я зажала рот рукой, чтобы не вскрикнуть. Мир вокруг меня пошатнулся. Мое сердце, еще недавно трепетавшее от предвкушения, теперь разрывалось от боли и унижения. Первое желание было бежать – бежать прочь, спрятаться, забыть этот кошмар. Но я остановила себя.

Если я убегу сейчас, он никогда не узнает, как это ранит меня. Он не поймет, что я не пустое место. И подобное мне неприятно и ранит меня. Я не могла позволить ему думать, что мне все равно. Он должен объясниться!

Глава 4

Собрав всю свою волю в кулак, я вышла из сумрака, сделав шаг вперед. Спина была прямой, голова гордо поднята. Громко кашлянув, я привлекла к себе внимание. Музыка оборвалась, смех стих. Фаворитки замерли, их взгляды, полные превосходства и насмешки, устремились на меня, словно я была какой-то диковинной зверушкой, случайно забредшей на их территорию.

Тирон медленно приподнялся на локте, его брови слегка поднялись в легком удивлении, но в глазах его было лишь холодное, отстраненное любопытство, ни тени вины или хотя бы смущения.

– Элина? – произнес он ровным, почти равнодушным голосом, словно он обращался к незнакомке, которую случайно встретил на улице. – По всей видимости, ты заблудилась. – Тирон щелкнул пальцами, и один из слуг, стоявший у входа в шатер, тут же выступил вперед, склонив голову. – Проводи госпожу в ее покои.

– Нет, – твердо сказала я, шагнув ближе. Голос дрожал, но я держалась с достоинством, как подобает той, кто носит драконью магию и должна стать Императрицей. – Я не уйду, пока мы не поговорим.

Фаворитки переглянулись, некоторые из них хихикнули, прикрывая рты ладонями, но Тирон поднял руку, и смех оборвался. Он смотрел на меня, слегка прищурившись, как будто оценивая, стоит ли тратить на меня свое драгоценное время. В его взгляде промелькнула легкая досада.

– Поговорить? – переспросил Тирон с усмешкой. Он даже не потрудился прикрыть свой обнаженный торс. – И о чем же, моя дорогая невеста?

Я сглотнула, чувствуя, как гнев и глубокая, жгучая боль борются внутри меня, грозя вырваться наружу. Но я не могла отступить. Не сейчас, когда я увидела истинное лицо моего "идеала".

– Меня не устраивает, что мой жених не нашел времени даже зайти ко мне, поприветствовать, – начала я, стараясь, чтобы голос не срывался и не выдавал моего внутреннего смятения. – Я ждала вас весь вечер. Я думала, что вы хотя бы… выделите мне несколько минут. Но вместо этого вы здесь, с… – я обвела взглядом фавориток, – с этими… утехами. Это неприемлемо. Это оскорбляет и унижает меня как женщину, как ту, кто должен стать вашей женой.

В шатре повисла тягучая, давящая тишина. Фаворитки смотрели на меня как на ненормальную, одна из них даже закатила глаза, но я не сводила взгляда с Тирона. Его лицо оставалось непроницаемым, словно маска из самого крепкого камня. Ни одной эмоции. Мое сердце сжалось от этого равнодушия сильнее, чем от самого зрелища.

– Зачем мне тратить время на ту, которая и так станет моей женой? – усмехнулся он, его голос был холоден.

Тирон медленно поднялся, демонстрируя мне свое мощное, полуобнаженное тело, и взял кубок с вином, сделав большой, небрежный глоток. Жидкость красными каплями стекла по его подбородку.

Неторопливо он приблизился ко мне, и я с замиранием сердца смотрела на него. Как можно быть таким захватывающе красивым и таким засранцем одновременно?

От вида мощных мышц, вылепленных, словно из бронзы на его торсе, мои щеки залил обжигающий румянец. Я невольно отвела взгляд, чувствуя, как от него буквально веяло жаром, он касался кожи, обволакивал и посылал по телу толпы мурашек. Каждый вдох рядом с ним был как глоток пламени. Только его слова сразу же остужали все очарование этим драконом, словно ледяной душ.

– Ты целомудренна, порядочна и до свадьбы вряд ли сможешь дать мне то, чего требует моя физиология. Да и после… – Тирон сделал паузу, его оценивающий взгляд скользнул по мне, а затем вернулся к фавориткам, словно сравнивая.

– Но как же... Как же чувства? Любовь? Истинная пара на всю жизнь?... – вырвалось у меня, словно детский лепет, полный наивных надежд. Так глупо я еще себя никогда не чувствовала.

– Элина, ты не маленькая девочка, и должна понимать, что твое истинное предназначение – быть матерью моих наследников, – с презрением произнес император, скрестив руки на груди, словно отгораживаясь от меня, как будто ставя жирную, не подлежащую обжалованию точку в нашем разговоре.

– Я думала, вы благородный дракон, который хотя бы будет уважать меня… – пробормотала я, чувствуя, как сердце сжимается от невыносимой боли и растерянности. Весь мой идеализированный образ рушился на глазах.

– Я уважаю тебя, но… – начал он, и в его голосе прозвучала нотка усталости, словно он произносил заученную фразу.

– Но не любите и будете изменять, – закончила я за него, и из моих глаз хлынули слезы, которые я больше не в силах была сдерживать. Они жгли кожу, стекая по щекам, смешиваясь с горечью.

Тирон смотрел на меня, его взгляд был холодным, как ледяное дыхание драконов, с которыми он сражался, совершенно безразличным к моим слезам. Его губы изогнулись в кривой усмешке.

– Да, именно так, – припечатал он, и в его голосе не было ни капли сожаления, ни тени сомнения. Он произнес эти слова так легко, словно говорил о погоде. – А теперь возвращайся в свои покои. У нас будет время для разговоров… после свадьбы.

Я стояла, не в силах пошевелиться, оцепенелая от шока и боли. Его слова эхом отдавались в моей голове, разрушая все мечты, которые я так бережно хранила годами. Он не был моим драконом. Он был чужим, холодным, жестоким. Пустым.

Развернулась, не сказав больше ни слова, и вышла из шатра, чувствуя себя раздавленной. Смех фавориток, теперь откровенный и громкий, провожал меня, как насмешка судьбы, как подтверждение моего полного поражения.

Вернувшись в свои покои, я бросилась на огромную, чужую кровать, зарывшись лицом в подушку, пытаясь заглушить рыдания. Слезы текли по щекам, пропитывая тонкую ткань, но я не пыталась их остановить.

Тирон так и не пришел ко мне ни вечером, ни ночью. Его отсутствие было как еще один удар – он даже не счел нужным объясниться, успокоить, дать мне хоть каплю надежды. Это кольнуло в самое сердце, глубже, чем я могла ожидать, оставляя за собой жгучий, кровоточащий след.

«Я для него никто, – думала я, глядя в темноту, где мерцали редкие звезды, не способные осветить мою душу. – Он даже не попытался увидеть во мне женщину, а не только носительницу драконьей магии. Два года я ждала, молилась, мечтала… и все ради этого?»