Мира Салье – Корона ночи и крови (страница 52)
В этот момент все внимание Николаса было направлено на невесту, но он, казалось, всячески старался держать лицо и не смотреть на Андрию. Та сидела, закинув ногу на ногу так, что глубокий разрез великолепного платья оголял бедро, и вианские мужчины поглядывали на нее со смешанным чувством осторожности и откровенной похоти. Огромные рубины на ожерелье, украшавшем ее пышную грудь, то вспыхивали, то гасли под лучами солнца.
Делла так глубоко ушла в свои мыслях, что даже вздрогнула от неожиданности, когда все гости встали, захлопав молодоженам, которые спускались с возвышения.
Перед ними стояли король и королева Виана.
– Знаешь, я никогда раньше этого не говорила, но ты дура, Рия, – шепнула она «подруге». – И о своей ошибке ты будешь жалеть всю оставшуюся жизнь.
Рия промолчала, натянув маску безразличия на лицо, но Делла заметила, как ее пальцы едва не сжались.
Когда официальная церемония закончилась, Рия не изъявила желания присутствовать на свадебном пиру, сказав, что полуденное солнце слишком жаркое. Делле тоже совсем не хотелось веселиться, поэтому она последовала за ней, чтобы попросить перенести их обратно в Риналию. Но, не дойдя до ее покоев несколько шагов, она увидела, что Андрия стоит в дверном проеме, будто боясь пройти внутрь.
– Рия, что-то случилось?
Приблизившись, Делла заглянула ей через плечо и ахнула.
Каждый сантиметр комнаты был усыпан синими розами, а в центре лежал белый лист пергамента.
Андрия так и не сдвинулась с места. Тогда Делла шагнула вперед, наступив на прекрасные бутоны, подняла пергамент и протянула его смертельно бледной «подруге». Та взяла белоснежный лист так, словно он в любую минуту мог взорваться, пробежалась взглядом по строчкам и обронила послание на пол.
Внезапно пространство озарил красный свет, и в ее руках появился адский клинок, лезвие которого полыхало языками пламени. Рия сотворила разрыв и исчезла в темноте. Проход закрылся вместе с ней.
Делла невольно бросила взгляд на пергамент, на котором аккуратным почерком были выведены всего несколько строк:
Я никогда не перестану тихо любить тебя. Моя любовь исчезнет не раньше, чем тело превратится в прах, а душа упокоится среди небесных Творцов. И даже тогда я буду любить тебя…
В Риналию Делла вернулась через несколько часов вместе с Кэлом и Алином, и то лишь потому, что за ними явился один из высших ринальцев, толком ничего не объяснив. Эмиль покинул Виан первым, в то время как Алин отправился за Деллой, а Кэл еще раз поздравил Николаса и извинился перед супругами за спешный уход.
Едва они оказались в холле ринальского замка, к ним сразу подлетела стража и начала что-то докладывать Кэлу.
Делла не знала, что ей делать: стоять здесь или возвращаться в покои? Один вид нахального принца выводил ее из себя. Он, как и все последние дни, будто вовсе не замечал ее.
– Тебе лучше пойти с нами, – неожиданно сказал Кэллам. Его тон породил внутри нее тревогу и удержал от возражений.
– Что-то случилось?
– Да, на окраине леса. Брат уже там, а с ним – все доверенные стражи, поэтому я не могу оставить тебя здесь без должной охраны.
Долго не мешкая, Кэл сотворил разрыв, и они вышли недалеко от скал и пещер риньяров. Делла как раз собралась повидаться с Ами, но все мысли о встрече затмила представшая перед ней картина.
Земля под ногами была насыщенного бордового оттенка, но ее заливал не алый лунный свет, а настоящая кровь. Все присутствующие поднимали ноги, и мерзкая вязкая субстанция стекала с кожаных сапог.
– Что за на хрен? – выругался рядом Алин.
В паре шагов от них стоял Эмилиан вместе с несколькими ринальцами и смотрел на то место, из которого фонтаном хлестала кровь. Ее словно сторонней силой выталкивали из недр земли. Повсюду витал острый металлический запах. Риньяры кружили в небе, будто обезумевшие, и издавали громкие щелкающие звуки. Они спускались ниже, навострив уши, и шевелили ноздрями, нюхая воздух и улавливая запах крови, но, видимо, близость главного хищника Риналии не позволяла им подлететь к самой земле.
Королевские стражи часто задышали, а затем вдруг оскалились. Глаза их вмиг покраснели, а клыки удлинились.
– Контролируйте себя, – мрачным, спокойным голосом сказал Эмиль, и ринальцы тут же отвернулись, пытаясь совладать с инстинктами.
– Так не должно быть. Это необычная кровь. – Кэл встал рядом с братом и покосился на стражей. – Кажется, нам хотят напомнить, кто мы и для каких целей созданы.
Эмиль ничего не сказал в ответ.
Кровь, фонтаном хлеставшая из земли, посылала снопы брызг, и алые капли пятнали идеальные черты близнецов. Они стояли в лучах лунного света, словно два пугающих прекрасных демона смерти.
Кто-то в прямом смысле решил осквернить эти земли кровью.
– До Беспросветной ночи еще неделя. Преисподняя не допустит, чтобы обряд состоялся, – произнес Алин, переминаясь с ноги на ногу. Его сапоги все больше утопали в крови.
Кэл посмотрел на затянутое багровыми тучами небо, где кружили обезумевшие риньяры, а затем перевел взгляд на стражей, которым с трудом удавалось держать себя в руках.
– Когда запах распространится, среди жителей начнется паника, – сказал он брату.
– Знаю. Соберите отряды из высших ринальцев, расставьте посты по всему городу, – приказал Эмиль генералам.
Алин кивнул, не отводя глаз от фонтана крови, издававшего мерзкие булькающие звуки. Бордовые брызги разлетались во все стороны, и по лицу Деллы уже струились теплые капли. Она поморщилась, ощутив металлический вкус во рту.
Эмиль шагнул вперед с суровым выражением. При виде крови у него не дрогнул ни один мускул, хотя на лице виднелись слабые красные потеки.
– Я закрою границы. Ни один риналец не должен покинуть королевство.
У Деллы все внутри перевернулись, а на лбу выступил пот. Творцы милосердные, неужели жители начнут набрасываться на невинных, не в силах контролировать себя?
Прибывший из разрыва высший риналец мгновенно направился к королю и что-то зашептал:
– …ворота рушатся… – донеслось до ее слуха.
– Вот же на хрен! – выругался Кэл и, ничего больше не сказав, прошел в открытый разрыв.
Небеса! Сколько же он потратит сил, чтобы залатать врата?
Она старалась дышать ровно, пока осмысливала случившееся. Но то, что обычно хладнокровные ринальцы были растеряны, лишь усиливало ее тревогу.
Похолодев до кончиков пальцев, Делла сжала губы и уставилась в темноту за спины собравшихся. Там, в лунном свете, ярко переливались волны крови. За пределами поляны не было видно ничего, кроме непроглядного мрака, подступающего леса и скал.
– Делла, брат предупредил тебя о безопасности?
Она несколько мгновений поколебалась, не сразу сообразив, что обращаются к ней, а потом кивнула.
– Не подвергай себя лишнему риску. – Голос Эмиля звучал мрачно и грубо. Его взгляд на миг опустился на ее шею, и красный огонь в жутких глазах вспыхнул еще ярче. Затем он снова посмотрел ей в лицо, а она уставилась на него в ответ. Как всегда, невозможно было понять, что он чувствует.
Делла поежилась и ничего не сказала. Она и без того знала, что немало ринальцев желают ее смерти.
Отвернувшись, она стала отрешенно наблюдать, как алый свет луны, падающий на отдельные участки, сияет в бескрайней темноте словно маяк.
Красный. Так много красного…
Внезапно у нее невыносимо заболела голова. Наверное, это связано со стрессом. За последние недели столько всего произошло в королевстве, которое она всю жизнь считала центром зла поднебесного мира. Так оно или нет, лишь тонкая грань отделяла от правдивости этих слов. Не станет близнецов – не пройдет и дня, как Риналия вернется к прежним традициям.
Всю ночь она снова и снова просыпалась от кошмаров. Ее кожа покрылась липким потом, который пропитал алые простыни, а в груди стало тесно. Благодаря Кэлу она перестала чувствовать себя одинокой и утопать в глубинах жалости и вины, поэтому не хотела прокручивать в голове случившееся в Багровом лесу, но ничего не вышло.
Внезапно тяжелая горячая рука обняла ее за талию и нежно притянула к себе, а теплое дыхание защекотало шею.
– Знал, что не уснешь и тебя будут мучить кошмары, – раздался бархатистый голос Кэла, который звучал так глубоко и чувственно, будто он находился не за спиной, а в сумраке покоев.
– Откуда?
– Потому что меня они тоже мучают.
Между ними не осталось и сантиметра пространства. Делла всем телом чувствовала Кэла, чувствовала его пьянящий аромат спелых ягод.
– Что ты здесь делаешь? – тяжело сглотнув, прошептала она.
– Скоро свадьба, мы не должны больше видеться и разговаривать. Так будет лучше для всех. – Его губы почти касались ее уха, а длинные пальцы поглаживали живот через тонкую ткань сорочки. Этими прикосновениями он не пытался ее соблазнить, а всего лишь успокоить. – Представь, что это сон, а когда ты завтра проснешься, меня уже не будет.
Делла несколько раз открыла рот, но так ничего и не сказала. От осознания того, что он почувствовал ее тревоги, у нее в груди разразилась буря, хотя она старалась не показывать этого, как истинные ринальцы. Но от Кэла ничего не скроешь. Он не просто был наблюдателен, он умел читать окружающих.
Его поведение и действия противоречили тому, что происходило в последние дни. Эта холодность, любовницы… Она хотела доверять ему, но ее не покидало ощущение, что Кэл скрывает какую-то важную деталь их соглашения, и не потому, что собирался причинить ей вред, а потому, что боялся: это навсегда изменит их жизни.