Мира Ризман – Предначертанная луной (страница 10)

Утренний холодный воздух приятно бодрил. Лоубэлика стремительно удалялась вглубь сада, надеясь спрятаться за высокими зарослями шиповника. Ветви колючего кустарника сплетались так плотно и густо, что за ними почти ничего невозможно было разглядеть. Собственно, она и сама далеко не сразу разглядела присутствие в этих зарослях кого-то ещё. Свистящий звук разрезающего воздух меча заставил её застыть на месте. Острый волчий слух уловил мягкую пружинистую поступь, характерную для умелых воинов.

«Может, кто-то из стражников разминается по утрам?» — Заинтригованная Лоубэлика начала тихо красться вдоль кустов, пока в череде густых зарослей не обнаружилась небольшая прогалина. Любопытство мигом охватило всё тело. Не в силах с ним больше бороться, Лоубэлика осторожно высунулась из-за кустов. На небольшой полянке и в самом деле тренировался юноша. Несмотря на холод, его торс был обнажен и по упругим мышцам стекали капельки пота. На смуглой коже руки, державшей меч, проступали бугорки вен. Чёрные волосы, забранные в высокий узел, немного растрепались и несколько выбившихся прядей рассыпались по плечам. Лоубэлика не могла оторвать взгляд ни от уверенных отточенных движений, ни от плавных чётких линий, рисуемых в воздухе мечом. Лезвие рассекало воздух под неожиданными углами, обрушивалось на невидимого врага столь неистово и неотвратимо, что невольно вызывало искренний восторг. И тут заходя на новый крутой манёвр, юноша повернулся лицом, и Лоубэлика не смогла сдержать удивлённого вздоха. Незнакомцем оказался эр-хот Марселу! Он мгновенно среагировал и сменил траекторию. Вместо прыжка в высоту, Марселу устремился к валяющейся на землю одежде. Поддев мечом рубашку, он поспешил накинуть её на плечи и лишь затем повернулся к Лоубэлике.

— Простите за неучтивость! — Марселу ловко продел руку в рукав. — Признаться, я не ожидал встретить кого-то так рано утром. Вам плохо спалось? — Перекинув меч в другую руку, он, наконец, надел рубашку и торопливо принялся застёгивать пуговицы.

— Я люблю вставать рано, — отводя взгляд в сторону, чтобы не смущать его и самой не краснеть сверх меры, ответила Лоубэлика. — И… тоже не прочь потренироваться с утра.

— В самом деле? — оправляя рубашку, переспросил Марселу. — А я уж беспокоился, что моя сестрица могла вас вынудить на бой вчера!

— Марианна ещё совсем ребёнок, а волки из моего клана не обижают детёнышей, — произнесла она, исподволь покосившись на эр-хота.

Вчера он показался ей эдаким смазливым довольно манерным мальчишкой. Весь такой галантный, но в то же время уступчивый и даже немного беспомощный. Конечно, ей польстило его внимание, да и не привыкла она к такому изысканному обращению, и всё же сердце её оставалось совершенно спокойным. Однако сейчас оно отчего-то ускорило свой бег, а его удары гулким эхом отдавались в ушах.

— Благодарю, я заметил вашу сдержанность. Быть может, вы составите компанию и мне, раз уж судьба вновь свела нас?

От этого предложения невозможно было отказаться! Необъяснимое волнение охватило Лоубэлику, пробуждая первобытные звериные инстинкты.

— Тогда не ждите от меня пощады, — вынимая меч из ножен, посоветовала она и, недолго думая, ринулась в бой.

Марселу с легкостью отразил её первую атаку, но затем, похоже, дал ей фору, позволяя нападать. Он лишь защищался и отступал. Это озадачивало, но не остановило Лоубэлику.

«Возможно, он просто изучает мою технику», — вдруг осознала она, и тут же почувствовала себя побеждённой. Как ловко и хитро её провели! Лоубэлика готова была поспорить, что если правители Ю действительно оборотни, в их роду никак не обошлось без лисьего следа! Она запоздало принялась менять тактику, но Марселу, похоже, успел понять её слабости и пресекал всякие попытки вынудить его наступать. Он просто не давал ей и шанса для манёвра, при этом так и не начав проявлять инициативу! Прежде Лоубэлике никогда не попадался столь непредсказуемый противник. Волки её клана славились своим искусством владения мечом, но стратегия боя всегда оставалось довольно простой, и исход всегда зависел от техники. Кто быстрее и сильнее, тот и победил! Тут же всё было совсем не так! Марселу словно предугадывал все её шаги, вынуждая постоянно уворачиваться и импровизировать. За каких-то полчаса он так загонял Лоубэлику, что она готова была замертво упасть на подтаявшую жухлую траву. И, по-видимому, Марселу это почувствовал, потому внезапно отпрыгнул в сторону и, убирая меч в ножны, поклонился.

— Благодарю за поединок! Надеюсь, вам он понравился так же, как и мне.

— Мне было чему поучиться у вас, эр-хот! — честно призналась она, не успев толком отдышаться.

— В таком случае, не повторить ли нам наш маленький турнир завтра?

Лоубэлика восторженно улыбнулась в ответ. Она и помыслить не могла, что всё будет складываться так гладко и хорошо! Они знакомы меньше суток, а ей удалось не только привлечь внимание, но и заинтересовать эр-хота!

Спустя час служанка отвела пребывавшую в весьма приподнятом настроении Лоубэлику в столовую на завтрак. Огромная светлая зала с длинным чёрным столом и рядом таких же чёрных стульев с высокими резными спинками поражала своим величием. Возле больших от пола до потолка окон стояли объёмные вазоны с яркими цветами. Их нежный немного пряный аромат витал в воздухе, возбуждая аппетит. Лоубэлика слегка растерялась, не понимая, куда же ей следует садиться и что вообще делать. Служанка, застывшая под боком, как разряженная фигуристая девица, вероятно, соперница, чего-то терпеливо ждали. Обе резко встрепенулись, как только двери в залу открылись. Церемониально сложив руки вместе, они склонилась перед входящими. Лоубэлика же с удивлением взирала на появившихся в столовой правителя и его семьи. Спохватившись, она спешно поклонилась, но это, конечно, вышло совсем не так элегантно и красиво, как и эйры-соперницы.

Правитель занял почётное место во главе стола, по правую руку от него уселась его супруга, за ней сам эр-хот и, наконец, его притихшая сестрица. Лоубэлика с интересом заметила, что бойкая Марианна заметно робела в обществе своей семьи. Сейчас в этой скромной и почтительной девчушке трудно было узнать вчерашнего сорванца.

По левую руку от правителя свои места заняли бывший правитель и его престарелая жена. Лоубэлику и её соперницу посадили почти у самого края. Впрочем, в этом были и свои плюсы. Так, с дальнего края открывался хороший вид, позволяющий особо не крутить головой, чтобы обратиться к кому-то из важный персон. А ещё Лоубэлика надеялась, что на таком почтительном расстоянии будут не так заметны её огрехи в знании этикета. Правда, беспокоясь о самом завтраке, она не учла, что некоторые члены семьи примутся пристально её изучать. И если во взгляде старой эм-рейм Ромильде она прочитала полное равнодушие, то от матушки веяло явственным неодобрением и даже брезгливостью. И это задевало. Лоубэлика искренне не понимала, отчего матушка эр-хота к ней так предвзята. Быть может, она уже успела ненароком нагрубить, или всё дело в отсутствии изысканности? Однако безукоризненные манеры соперницы вызвали у строгой эм-рейм Милоры столь же очевидное презрение. И это ещё сильнее озадачивало. Однако после того, как подали блюда, Лоубэлика начала замечать, что мнение важных персон сильно различаются. Так, например, её соперница была очень радушно принята бабушкой эр-хота. Эм-рейм Ромильда сразу же обратилась к ней.

— Эйра Эмелитта, слышала, вы частенько даёте концерты на городских балах. Вся столица только и говорит о ваших выдающихся вокальных данных. Вы же не против как-нибудь устроить нам небольшой концерт для семьи?

Рыжая девица, чья истинные выдающиеся данные по мнение Лоубэлики находились в районе совсем нескромного декольте, в притворном смущении опустила глаза.

— Эм-рейм Ромильда так любезны, разве посмею я вам отказать? — Голос Эмелитты был до отвращения слащавым и таким же фальшивым, как и её напускная скромность.

— А ещё говорят, вы организовали фонд поддержки жён моряков и помогаете женщинам, когда их мужья надолго уходят в море. Как только в вашу прелестную головку пришла столь житейски-мудрая мысль?

— На самом деле в этом виноват мой батюшка…

От елейного голоска Эмелитты Лоубэлику быстро начало подташнивать, как и от её придуманных историй. То же невидаль для дочери бывшего торговца ожидать папеньку, пока тот плавает за драгоценностями к нагам! Но напрасно Лоубэлика волновалась, что только Эмелитта заслужила поддержку. Едва в монологе самолюбования появилась пауза, в разговор вклинился дедушка эр-хота. И к огромному удивлению Лоубэлики, он обратился именно к ней:

— Рад узнать, что клан белого волка всё ещё хранит верность своему боевому искусству. Благодарю вас за урок моей внучке! Этой маленькой нахалке давно пора было утереть нос!

— Дедушка Мелчиору! — возмутилась эм-рейм Милора. — Ну что вы говорите?! Как можно принцессу называть нахалкой!

— Тоже мне принцесса! — фыркнул старик, при этом хитро подмигнув Лоубэлике. — На Ю отродясь никаких принцесс не водилось, и наша плутовка ей станет, коли замуж за принца сможем выдать!

Спорить с бывшим правителем Милора не стала, вместо этого она демонстративно повернулась к сыну: