— Киран, — едва слышно прошептал Никай, качая головой и призывая к молчанию, но король лишь дернул плечом и продолжил, с несколько рассеянной улыбкой на сухих губах.
— Статус Ее Высочества требовал, чтобы сперва вопрос был улажен с Вами и уже после этого я мог бы иметь право просить ее принять мое внимание, но….
— Киран!
— … наша встреча произошла вне рамок установленного протокола и тем самым вызвала некоторые изменения в последовательности моих действий.
— Изменения в последовательности?! — словно не доверяя услышанному, тихо прошипел Тахиб — Вы полагаете, что в другой последовательности эти действия были бы менее возмутительны?!
— Отчасти, — в миг растеряв мягкость, хмуро ухмыльнулся король — Я полагаю, что мой статус возмущает Вас в данной ситуации?
— Ваше Величество, — сухо произнес Первый Лик, покуда Император Тахиб давился воздухом — Ваш статус не являлся бы оправданием, будь Вы даже трижды коронованы на Престол. Оскорбление нашей дочери не станет легче от того, кем именно оно нанесено. Речь идет о Ее Высочестве. Подобное недопустимо.
— Боюсь, на лицо некая разница наших культур, — устало прикрыв глаза, проговорил наконец Киран — Конечно, это не может служить оправданием. В конце концов, это я должен был озадачиться тем, чтобы в полной мере изучить этот вопрос и не допустить разночтения…
— О каких разночтениях Вы говорите?! — вспылил Тахиб и снова резко выдохнул в попытке успокоиться, когда на его плечо мягко опустилась хрупкая ладошка закусившей губу принцессы — Есть действия, которые в любой цивилизованной стране не могут считаться ни чем иным, кроме намеренного оскорбления леди! А в данном случае речь идет еще и об оскорблении императорской наследницы!
— Я готов принести свои самые глубочайшие извинения, если так угодно, — сухо рыкнул Киран — Но я не считаю, что мои действия могли хоть как-то оскорбить Ее Высочество. По крайней мере намеренно!
— Не считаете?! — буквально задохнулся возмущением Тахиб — Вот как?
— Моя Тьма, прошу тебя, — попытался успокоить брата Первый лик.
— Киран, не надо, — напряженно прошипел Никай — Они говорят о другом…
— Ваше Величество, прошу Вас! — с мольбой шепнула принцесса, испуганно глядя на короля.
— О чем бы не говорили Их Императорские Величества, — упорно поджал губы мужчина — Ни один мой поступок не может быть беспрекословно оценен как оскорбление принцессы.
— Киран… — простонал Никай, обреченно прикрывая глаза.
— Ваше Величество…, — гулким эхом с отчаянно прошептала Леатора.
— Я готов ответить на каждое обвинение! — уверено припечатал король, прямо глядя на скрипящего зубами черноволосого Императора — На каждое. А после… Надеюсь, Вы будете непредвзяты в своем ответе на мое предложение.
— О каком предложении идет речь? — неспешно уточнил Первый Лик, вскидывая бровь.
— Об этом мы можем поговорить чуть позже, — быстро проговорила Леатора — Сейчас не время.
— Отчего же? — язвительно ухмыльнулся Киран — Я полагаю, дело ведь именно в нем, не так ли? Точнее в том, как оно было сделано и…
— О чем Вы говорите?! — вскипел Тахиб, с силой опуская ладони на подлокотники кресла — О каком предложении, когда меня интересует положение нашей дочери в стенах этого Замка!
— Уверяю Вас, Ее Высочеству были оказаны все возможные почести, согласно ее статусу! — несколько удивленно отозвался король, с недоумением отмечая внезапную бледность Леаторы и обреченный стон, прозвучавший из уст прикрывшего глаза брата.
— Почести?! Вы говорите мне о почестях?! — зашипел Второй лик.
— Нам доподлинно известно, что в Нетленном в момент ее визита проходил королевский Отбор, — жестко вступил в беседу Батих.
— Отбор был прекращен в самые кратчайшие сроки, после приезда Ее Высочества! — возмутился Киран.
— В кратчайшие?!
— В конце концов, Ее Высочество прибыла неожиданно. На урегулирование правовых вопросов завершения мероприятия потребовалось некоторое время.
— Не сказал бы, что Вы слишком торопились, — процедил Второй Лик.
— Мы действовали согласно протоколу.
— А размещали ее Высочество в неподобающих условиях и в неподобающем окружении тоже согласно протоколу? — рыкнул на короля Тахиб.
— Впервые слышу, чтобы Ее Высочество оказалась недовольна предоставленными ей покоями или местом их нахождения, — сухо ответил Киран, недобро глядя на буквально вцепившуюся в спинку кресла Леатору — Нетленный, конечно, далеко не так роскошен, как главная королевская резиденция Дернии, но не стоит сравнивать гостевые покои в королевском крыле с казармой.
— Киран… — тихо попытался прервать брата регент, но так и не был услышан.
— А компания наемников и убийц, надо полагать, тоже как-то оправдана в качестве окружения Ее Высочества? — убийственно обронил Первый Лик.
— В Нетленном идут Игры Пробуждения, — холодно пояснил король — Приезжая в замок в установленный месяц было бы лишним надеяться застать при дворе лишь праздную знать.
— А… скажем так «прогулка» принцессы в Вашей компании по опаснейшему лесу тоже как-то может бвыть объяснена? И время, проведенное там наедине с ней.
— Лес не был опасен, — поморщился Киран, вспоминая день, проведеный с принцессой в парке — И мы были там не одни.
— О, да! Дикие звери вполне заменят фрейлин, не так ли?
— Дикие звери? — король недоуменно припомнил пару белок, которых Леатора изволила кормить с ладошки сладкими семечками — Уверяю Вас, Ее Высочеству ничто не угрожало. У нас безопасно.
— Безопасно… — как-то слишком ровно произнес Тахиб и медленно поднялся со своего места, буквальнее сковывая ничего не понимающего Кирана синим льдом своих недобрых глаз — Безопасно выпускать юную наследницу на арену к диким монстрам? Безопасно наблюдать, как они рвут ее на части?
— Что?! — опешил король.
— Киран, послушай… — попытался шепотом что-то спешно пояснить Никай, но твердый голос Второго Лика не дал ему этого сделать.
— Кидать Ее Высочество в Предгорье безопасно? Или, может, безопасно девушке жить в крыле участников Игр? Безопасно… и, главное, совершенно не оскорбительно, не так ли?
— О чем Вы?! — бледнея, произнес мужчина.
— Как не оскорбительно провоцировать толпу наемников на ее преследование, давать принцессе прозвища…
— Прозвища?! Какие прозвища?! — окончательно теряя нить разговора, прохрипел король, мотая головой.
— Ради справедливости, — неожиданно встрял в разговор Никай — Прозвище не было обидным. Разве у Вас на Родине Темную Императрицу не называют также?
— Трусливой? — фыркнул презрительно Тахиб — Вы в своем уме?
— Лунной, — мягко пояснил регент и, тяжко вздохнув, обернулся к ошеломленному брату — Киран, я боюсь, что недоразумение и правда имеет место быть, — слегка замявшись, аккуратно начал было он.
— Недоразумение?! То есть…
— Их Императорские Величества обеспокоены судьбой не совсем той принцессы, о которой подумал ты.
— Никай… — медленно пламенея взглядом и рвано дыша, начал подниматься с места король.
Но в этот момент двери зала очередной раз широко распахнулись и напряженный воздух собрания треснул под зычным восклицанием церемониймейстера:
— Ее Императорское Высочество, наследница Второго Лика Империи Сильфер, принцесса Лорелея соль Тахиб!
...
Голубой газ чужого платья, благосклонно одолженного мне сестрой, колыхался туманом у моих ног. Искрилась в свете любопытных светлячков мелкая россыпь алмазной крошки, щедро рассыпанная по краю глубокого лифа. Отблески острых граней жадно ловили каждый луч, яркими бликами разбрызгивая его по моим бледным щекам, обнаженным плечам, темному шелку распущенных волос… и непроглядной черноте пудовых перьев, трепещущих тяжелым плащом за моей спиной.
Каждый мой шаг был встречен глубоким поклоном дернийцев и слаженным падением на колено сильфов императорской делегации. Шорох невесомой ткани и слабый перезвон массивного колье из битого хрусталя оказались достойным сопровождением моему отчаянно медленному шествию вдоль длинного прохода, расколовшего ошеломленное живое море удивленных придворных Нетленного и спокойное внимание подданных Сильфер.
Гордо вскинутый подбородок, излишне ровная, словно на прогиб расправленная спина и выражение холодного бесстрастия на слегка бледном лице. Ни одного взгляда на замершего в немом удивлении Кирана и застывшего в обреченном смирении Никая. Ни одного движения брови, способного передать хоть какие-то эмоции, помимо царственного спокойствия и благостного безразличия. Ни одного слова или жеста. Лишь медленный шаг и упругое подрагивание приопущенных на подобие тяжелого плаща, сложенных трехметровых крыльев.
О, знали бы ошарашено взирающие на меня с постамента правители Дернии, какими усилиями мне все это далось!
Дыхание, безжалостно краденное каждой попыткой вздоха в тугой шнуровке чрезмерно затянутого лифа легко придавало лицу и бесстрастность, и легкую бледность. Но ослабь я шнуровку хоть на миллиметр, и изящное платье, пошитое с учетом весьма аппетитных форм моей сестрички, и напрочь лишенное даже намека на рукава или лямки, просто упало бы к моим ногам экстравагантной кучей тряпья.
Отчаянные попытки не запутаться ногами в длинном, колышущемся подоле отлично помогали сосредоточиться на каждом шаге, вытесняя из головы панику и жалкие мысли и побеге. Какой побег, когда я на первом же шаге просто стреножу саму себя и покачусь жалкой сосиской на потеху удивленной публике!
