А, во-вторых, великий стратег в его душе требовал сложного плана и обходных путей. Возможно, даже парочку подкопов. И диверсию с привлечением бродячего цирка.
В памяти не к месту всплывали многочисленные ситуации, из которых он сам выкручивался, убегал, уползал и падал из окон, во избежание быть уличенным в недопустимом чрезмерном внимании к невинной ( где-то глубоко в душе) красавице. Несколько особенно коварных планов он даже, с некоторыми доработками, смог бы применить к данной ситуации. Но останавливала неуверенность в сексуальности его образа в развратном кружевном пеньюаре. И некоторое сомнение в том, что наутро, растерянная леди, внимая рвущим душу рыданиям «растленного невинного короля», будет вынуждена «выйти замуж, для восстановления его поруганной чести».
«Черт, как с тобой сложно!» — очередной раз оставшись недовольным самим собой, подумал король — «Ну почему ты совсем не такая, как все остальные?!»
— Ва… Ваше Величество? Можно? Вы... вызывали меня — раздалось в этот момент от двери и в узкую щель просунулась взъерошенная мужская голова, испуганно моргающая на него вытаращенными глазами.
— Вызывал, — сухо вздохнул король и отвернулся от окна, рывком усаживаясь в мягкое кресло — Проходи. Рон, кажется?
— Так точно, Ваше Величество, — по-военному щелкнул каблуками парень, вытягиваясь по струнке — Рон Соловат, к Вашим услугам!
— Расслабься, Рон, — немного развязно протянул Киран, пристально глядя на замершего навытяжку солдата — Присядь. Может, ты хочешь выпить? Что предпочитаешь? Вино? Виски? Коньяк?
— Я… вино, если можно, — неловко кивнул парень и очень осторожно опустился на стул, стоящий как раз напротив.
— Сам нальешь? — слегка ухмыльнулся король — На столике, слева от тебя.
— Благодарю Вас, — все еще напряженно выдал Рон, одним движением плеснув в чистый бокал красного вина и присаживаясь обратно, на краешек сидения — Я…чем могу быть полезен, Ваше Величество?
— Полезен… — поморщившись, вздохнул король — Да, Рон… Ты можешь быть полезен… Скажи — ка мне… Я хотел спросить.
— Да, Ваше Величество? — чуть подался вперед солдат, с удивлением отмечая , как Киран Четвертый неуютно отодвигает пальцем тугой воротник и продолжает морщиться, будто во рту у него долька лимона.
— Нет, ничего, — с досадой выдохнул король — Как ты тут устроился? Все ли необходимое тебе успели предоставить?
— Так… — совсем уж напрягся парень — Три с половиной недели назад, как приехал, все предоставили… вроде…
— А кормят как?
— Эм…. отлично, Ваше Величество.
— А обстановка? Не обижают?
— Нормально все — подозрительно глядя на короля буркнул парень и, внезапно осмелев, добавил — И погода прекрасная. И брюква, говорят, уродилась.
— Брюква, это хорошо, — задумавшись о чем-то своем и не заметив сарказма, медленно отозвался Киран — Это даже очень замечательно…
— Ваше Величество, — наконец, аккуратно поинтересовался Рон, допивший свои пол бокала вина — Вы о чем-то конкретном хотели меня спросить?
— Да… Нет, Рон. Ни о чем, в целом, — словно смиряясь с чем-то глубоко вздохнул король — Иди.
— А… да? Ну... это… тогда я пойду? — неуверенно уточнил солдат поднимаясь на ноги и делая шаг к дверям.
— Иди, — грустно кивнул Киран — Хотя, нет. Стой. В общем… Я хочу предупредить, что все, сказанное в этих стенах является государственной тайной. И при разглашении будет караться смертью. Ты меня понял?
— А… Да, Ваше Величество, — робко кивнул Рон, кланяясь королю — Так… про урожай брюквы тоже?
— Все, — с нажимом проговорил Киран — Любое слово.
— Я… Я понял, Ваше Величество. Не извольте беспокоиться!
— Я… я рад, — прокашлявшись, снова кивнул мужчина — Тогда… Тогда вот еще вопрос, Рон. В общем…
— Я слушаю, Ваше Величество, — серьезно отозвался парень.
— В общем… Я не знаю, откуда прибыла леди Лея. И до конца Игр не имею права задавать этого вопроса, знаю. Но… Но ты оттуда же, как я понимаю?
— Я не имею права ответить на этот вопрос, — тихо и серьезно произнес Рон — Простите, но я под печатью молчания. Мне в любом случае смерть — если отвечу, или Вы казните, если откажусь отвечать королю…
— Нет, — недовольно покачал головой король — Я понимаю. И не буду требовать от тебя нарушить клятву. Даже не буду пытаться снять с тебя печать молчания. Но… В общем, Дерния сильно разрослась. В границы Государства вошли очень многие страны, которые ранее существовали весьма и весьма обособленно. В каждой из них были свои традиции, обычаи, устои… Глядя на поведение леди Лея и понимаю, что вы с ней приехали издалека. Очень издалека. Я вижу, что она… другая. Иногда не понимаю, что хорошо для нее, а что не правильно. А посему… В общем… Рон, как принято ухаживать за девушками в вашей стране?
И Рон, громко сглотнув, рухнул обратно на стул, по несчастью промахнувшись мимо него на добрые два шага.
Глава 28
Его Величество со стоном приоткрыл глаза, лишь через пару минут сообразив, что находится в собственной, в комок смятой постели. Глаза нестерпимо резало беспощадным слепым утренним светом. В ушах набатом билась кровь, безжалостно громыхающая по нежному внутреннему миру несчастного. Во рту было сухо и гадко. Отчего-то вспоминались страдающие энурезом кошки и не менее невоздержанные на мочевой пузырь нетопыри.
— Пламя святое, это надо же было так набраться, — простонал король.
— Во-во, — неожиданно согласился с ним хриплый, чужой голос, доносящийся откуда-то из-под напрочь сбитых простыней — Сразу же понятно было, что идея гов…гхм…плохая.
Киран напрягся. Перед глазами неожиданно всплыло лицо прекрасной леди. Лицо было растерянным, удивленным и, даже, несколько перепуганным. При этом, однако, леди была весьма провокационно завернута в летящие шелка, явно наброшенные на тонкое обнаженное тело. Которое, к тому же, возлежало на расстеленной постели. Пусть жалось в этот момент к спинке кровати и цеплялось за подушки, словно за последний оплот добродетели, но обнаженная ножка, распростертая по белоснежной простыне, словно бы намекала на некую возможность исполнения самых потаенных желаний.
А потому, отбросив логику и музыкальный слух, утверждавшие тщетность ожиданий, Киран Четвертый чуть прокашлялся и с хрупкой надеждой произнес, откидывая одеяло:
— Леди Лея?
— Ху…ля, — огрызнулась из-под одеяла лохматая голова, радующая глаз суточной щетиной и отекшими очами, с горьким вздохом принимая сидячее положение — Рон Соловат, Ваше Величество. К Вашим услугам… все еще…
— М-м-мм…, — застонал король, прижимая ладонь к гудящей голове и из последних сил выпутываясь из своего куска одеяла — Да чтоб тебя… Вода где?
— В купальне, — хмыкнул парень и с не меньшим стоном обессилено упал обратно на кровать — Мне захватите?
— Ты не охренел часом? — попытался возмутиться Киран, пытаясь сделать в голове пометку о гауптвахте для зарвавшегося идиота и с усилием поднимаясь на ноги.
Пить хотелось зверски. И он здраво рассудил, что сперва следует восстановить здоровье, а уж потом…
Но что делать потом подумать король не успел. Потому что с первым же его шагом тишину спальни растерзал тонкий, мелодичный перезвон серебряных монет и колокольчиков, прозвучавший откуда-то снизу.
Мужчина замер, опешив. А затем с тихим стоном обреченного на смерть опустил взгляд на собственные бедра, краснея до такого глубокого оттенка пурпура, что ему позавидовала бы сама магма действующего вулкана на острове Рун.
— Вот и я о том, — сипло вздохнул Рон Соловат, пока убитый горем монарх опадал на пол, под тихий перезвон дьявольского серебра, и с яростью вгонял в растрепанные, спутанные в колтуны волосы пальцы, со сбитыми в кровь костяшками.
— Скажи мне, что мне все приснилось, — едва слышно прохрипел Киран, сквозь плотно прижатые к лицу ладони, остервенело вырывая из своих пшеничных прядей остатки каких-то увядших цветов.
— Если бы, — невесело ухмыльнулся солдат и, покряхтывая, сам сполз с кровати — Ладно уж, до купальни дойду. Воду мыльную, вчерашнюю, из ведра будете?
— Неси, — с болью в голосе простонал монарх и жадно сглотнул сухой ком в напряженном горле — И яду. Тоже ведро…
— Яда нет, — вздохнул Рон, медленно двигаясь в сторону двери и утягивая за собой зачем-то намотанную прямо на грязные штаны простынь — Но Вы не переживайте. Леди Лея сейчас придет и всех убьет.
— Скорее бы, — закусил щеку изнутри Киран.
И с ужасом погрузился в самые позорные в его жизни воспоминания.
...
Если честно, то глядя на страдающего сразу и от жесткого похмелья, и от мук попранной гордости короля, Рон Соловат даже испытывал где-то глубоко в душе отдаленные отголоски жалости. Очень отдаленные и тихие. И очень глубоко. Потому что на поверхности его меркантильной души, хлопая пузырями, все-таки плавало тщеславное злорадство чистокровного СИльве ( да-да. Обращаться к мужчине расы сильферов надлежало именно так! А не всякие там… как у них тут принято). В общем, тщеславие плавало и булькало, распространяя моральное зловоние. И весьма своевременно успевало ему напоминать, что Киран Безжалостный — есть враг Империи и убийца наследника Второго лика. С поправками на некоторые нюансы, типа официальной нейтральности статуса Дернии, конечно, и наглой очевидной диверсии Лорея Блистательного. Но, все-ж таки, враг. Потому как не сильфер. Этого для статуса недруга вполне себе достаточно.
