Мира-Мария Куприянова – Один удар (страница 58)
— А чего тогда Вы не бежали ее спасать? — надулась я — Раз ее так жалко.
— При чем здесь жалость? — вскипел Никай — Это международный скандал, грозящий эскалацией конфликта! Вы совсем дура?
— Так и бежали бы закрывать ее грудью, а не ставки с братцем делали…
— В страхе бросаться ей на помощь означало бы признать, что мы оцениваем ситуацию, (произошедшую, кстати, на территории Дернии и лично в присутствии короля), как потенциально опасную для королевской особы, принятой в качестве гостьи королевства в резиденции монарха! Вы хоть представляете себе, что как бы не завершилась после этого встреча Леаторы с драконом, нам бы все равно выставили ноту протеста и дипломатическое осуждение! И это как минимум!
— И Вы просто стояли!
— Стоял! И король просто стоял! И оба делали вид, что все происходящее, не более, чем игра детеныша дракона и шалость новой фаворитки. Которая, кстати, само собой будет после этого наказана!
— А если бы…
— А если бы дело закончилось трагедией, то мы бы все упорно делали вид, что Ее Высочество бесследно исчезла. Либо сама сбежала, либо ее похитили радикально настроенные террористы, конечно. Свидетелей бы все равно не осталось… И хоть сам факт того, что похищение состоялось с территории резиденции все равно кинул бы тень на Дернию, но мы бы тут же выразили сочувствие и уверение в полнейшем содействии в расследовании преступления и в солидарности в борьбе с террором.
Я немного судорожно вздохнула и медленно прикрыла глаза, присаживаясь на кровать:
— Зачем Вы все это мне рассказываете теперь? — наконец, устало спросила я.
— Вы же, кажется, собирались занять второй престол Империи, леди Лорелея? — почти мягко усмехнулся Никай — Тонкости поведения при подобных форс-мажорных обстоятельствах нужно бы знать. Не хотелось бы делить трон моего брата с глупым соправителем.
— Соправителем брата, значит? — ухмыльнулась я — Делите шкуру не убитого медведя. Или, точнее, трон недобитой Леаторы.
— Вопрос времени, — холодно обронил регент — Если Вы прекратите заниматься не пойми чем и начнете придерживаться нашего общего плана. Или Вы решили сами выйти замуж за Кирана?
— Нет. Это наши с сестрой разборки.
— Ах, разборки, — преувеличенно согласно кивнул мужчина — Значит Вы называете это так? Учитесь выкручиваться, если не умеете сдерживаться. Пригодится.
— Полагаете, я просто не сдержалась? — горько ухмыльнулась я.
— Убежден, — кивнул регент — И хочу, чтобы Вы поняли, как сильно подставили меня, не сумев сдержать собственную ревность.
— Ревность! — возмутилась я, даже переставая по этому поводу свою истерику — В каком это смысле «ревность»? Это кого же я должна была ревновать? Не Вас ли?
— Вряд ли ошибусь, если предположу, что мы сейчас говорим о Его Величестве, — снова поражая прямолинейностью, спокойно ответил Никай.
— Что?! — ахнула я — Да Вы… да я…Да он мне даже не нравится! Скажу больше — он мне откровенно не приятен!
— Правда? — едва улыбнулся регент — А вот мне показалось, что до того момента, как Вы обнаружили безусловный интерес короля к Ее Высочеству, Вы даже не помышляли о диверсии.
— Вы меня плохо знаете, — вздернула я нос — Уверяю Вас, Его Величество здесь совершенно не при чем. Да пусть обнимается с кем хочет! Мне-то что!
— Уверены? — вкрадчиво уточнил мужчина, рывком поднимаясь с кресла и подходя ближе ко мне.
— Абсолютно, — твердо сказала я и чуть откинулась назад, опираясь на руки, чтобы иметь возможность и дальше смотреть в лицо практически нависающего надо мной мужчины.
— Не врите мне, Лорелея, — вкрадчиво пропел он — Я не выношу когда мне лгут. И когда рушат мои тщательно продуманные планы.
— Это как-то относится ко мне? — хлопнула ресницами я.
— А нет? Докажите, — неожиданно сипло шепнул регент и упал, оперевшись руками по обе стороны от моего лица, вынуждая меня ошеломленно откинуться на локти.
— А? — опешила я замирая, подобно кролику перед удавом — Но... как?
— Ну, давайте подумаем, — тихо и хрипло зашептал Никай — Если Вам и правда не интересен Киран, то, пожалуй…
— Пожалуй? — не менее хрипло уточнила я, завороженная приближающейся ртутью фамильных Дернийских глаз.
— Пожалуй, Вам не составит труда сделать вид, что Вы интересуетесь кем-то еще? — и подлый манипулятор едва ощутимо потерся губами о мою щеку.
— С…сделать вид? — жалко пискнула я, отчего-то вспоминая, что в комнате просто нестерпимо душно.
— Конечно, — выдохнул мне в ухо регент, очерчивая кончиком своего носа уже плавный изгиб моей покрытой предательскими мурашками шеи — Ведь если нет чувств, то общение с кем-то другим их не предаст, не так ли?
— О каком именно общении речь, Ваше Величество? — окончательно переходя на хрип, уточнила я, под давлением обжигающего дыхания полностью падая спиной на постель.
— Несомненно, позитивном, — не то целуя, не то кусая отчаянно бьющуюся венку в основании моего горла, мурлыкнул мужчина — Теплом… — и внемля моему всхлипу, зубы сменились горячим прикосновением языка — Близком…
— Близком? — тупо переспросила я, протестующе мыча и при этом откидывая голову глубже в подушку, чтобы открыть как можно больше доступа наглому, горячему рту захватчика.
— Как можно более близком, — настоятельно поправил регент, подсовывая левую ладонь под мою голову и с силой сжимая в кулак растрепанные пряди моих волос, оттягивая их назад — Насколько Вы позволите… — снова обжег он мое ухо обжигающим дыханием, и нетерпеливые зубы прикусили линию подбородка, сразу же снова вымаливая прощение лаской мягких губ.
— Ох… — только и смогла выдохнуть я, окончательно теряя ощущение реальности от этих укусов — поцелуев и едва отмечая, как вторая рука регента уже опытным движением успела распустить шнурок на лифе моего платья.
— Скажите это, Лорелея, — прошептал он, проводя языком по моим пересохшим губам и быстро просовывая ладонь в образовавшееся пространство излишне глубокого корсажа, с силой сжимая мою талию.
— Что? Да… — уже совершенно ничего не соображая, простонала я.
— Скажите, что Вас ничего не связывает с Кираном, — настойчиво рыкнул он, уверенно ведя рукой от талии вверх и останавливая ладонь на ребрах, чтобы тут же царапнуть большим пальцем острую верхушку груди — Скажи…
— М-мм — задохнулась я вдохом, пойманным настойчивыми губами.
— Скажи, — шептал Никай, не давая при этом произнести ни звука, терзая мои губы снова и снова — Лорелея…скажи…
Да я бы сказала!
Если что, в тот момент я готова была сказать вообще что угодно.
Шутка ли! У меня и в реале мужика не было уже год. А уж в книге… В книге у героини его вообще еще ни разу не было. Потому, оголодавшая внутренняя суть вовсю вела по наклонной плоскости неопытное девичье тело, прущее на поводу у гормонов и жажды неизведанного. И если бы было нужно для дела, я в тот момент поклялась бы на крови, библии и пентаграмме разом! Подписала бы любые явки с повинным. Переписала все имущество и отреклась от престола. Что уж там говорить о простом и, по сути, вполне справедливом отказе от претензий на Кирана Четвертого Дернийского, с которым, в целом, и не было-то ничего! Да и сам он, вроде как, в любви мне не клялся, звезд с неба не обещал. Так, намекнул не пойми на что пару раз. Да и то, без нотариально заверенной подписи.
— Скажи, — отчаянно шептал Никай, каким-то сворованным у Копперфильда приемом почти срывая с меня платье и вполне отчетливо демонстрируя мне, что ему есть чем прижиматься к моим бедрам — Скажи мне…
Горячая рука уверено прошлась по внутренней поверхности бедер и легким, как перышко касанием намекнула, что знает, где у нас ключ от рая.
Воздух вышел из моих легких весь и сразу. Тело выгнуло дугой, прижимая бедра к источнику возможного вдохновения. И я настойчиво отвернулась от ищущих губ, чтобы дать наконец ответ, на котором он так настаивал.
— Я… — только и успела начать, когда мой чуткий слух уловил странный, непонятный звук, идущий прямо из-за закрытой двери моей спальни.
Звук смолк и тут же повторился вновь, вызывая легкое недоумение мелодичным перезвоном маленьких колокольчиков, вперемешку с сиплым невнятным матом и глухим звуком падения.
Затем раздался шорох. Еще одна порция витиеватых выражений, весьма красочно описавших глубину чьей-то натуры и тот путь познания, который оратор готов был рекомендовать виновнику его несчастий для полноты жизненных и сексуальных ощущений. А затем…
Дверное полотно обиженно скрипнуло, попранное упавшим на него габаритным телом. Серебряный перезвон слился со скрипом плохо смазанных створок и в мою спальню ввалилась мощная мужская фигура, радующая распаленный женский мозг обнаженным накачанным торсом, узкой дорожкой темно-русых волос, уходящих от пупка в знойную даль меж узких бедер, и полным отсутствием одежды. Ну, помимо прозрачного шелкового платка, расшитого серебряными монетками и бубенчиками, который весьма условно оборачивал поджарые мужеские ягодицы, номинально прикрывая своими свободными концами его свободный конец.
Я в шоке замерла, с усилием пытаясь выплыть из марева горячечного эротичного бреда.
— Да, Лорелея, — не понимая, что у нас появился зритель, шепнул мне в ухо Никай и с силой стиснул руками мое лицо, упираясь плывущим взглядом в мои глаза — Ну?
И вот тут я лоханулась.
Потому что,не находя в воспаленном мозгу сил на необходимую длинную фразу, еще не пришедшим в себя томным, сиплым голосом я простонала прямо в лицо регента: