Мира Ли – В полдень на лестнице Монмартр - Мира Ли (страница 27)

— И?.. Не вредничай, ты ведь думаешь о том же самом, — подмигнул голубоглазый наглец, и девушка почувствовала, как внутри все сжалось. — Видишь, как замечательно, наша общая проблема вполне решаема… — он притянул ее к себе и поцеловал долгим, нежным поцелуем.

Аэропорт «Пулково» жил своей обычной жизнью: соединял и разлучал родных, близких и совсем незнакомых людей, жужжал голосами прилетевших гостей и звуками сотен чемоданных колесиков, звучал монотонными объявлениями бездушного диктора и гулом турбин самолетов. И только они вдвоем замерли в поцелуе посередине всего этого, вдруг ощутив, насколько сильно им не хватало тепла друг друга.

Катрина моргнула и открыла глаза. Нет, ей не показалось, рядом, не сводя с нее взгляда, лежал Дэниэл. Его ресницы едва заметно дрогнули, а уголки губ приподнялись:

— Ты снова меня удивляешь, Катрина, — дотронувшись до ее волос, прошептал он. — Ты засыпаешь, несмотря на то что я рядом!

Дэниэл картинно округлил глаза.

— Прости, самый красивый парень на свете, — она сонно улыбнулась и поцеловала его. — Я сегодня ночью почти не спала.

— Все-таки что-то случилось, — скорее констатировал, чем спросил он.

— Угу… Мама случилась, — натягивая повыше одеяло, вздохнула Кэт. Дэниэл молчал, ожидая, когда она все расскажет. Его взгляд был прямым, с едва заметной ноткой напряжения. Она не хотела, чтобы он переживал, но, кажется, этот парень оказался гораздо более проницательным, чем ей показалось при первой встрече.

— Мама выяснила кто ты, и оказалось, что она по какой-то не понятной мне причине в курсе подробностей о твоей семье и личной жизни, — опустив взгляд выпалила она. Что за глупость несусветную она несет? Но именно эта глупость и является камнем преткновения между ней и мамой.

Дэниэл помолчал немного:

— Что ты обо всем этом думаешь?

— Я думаю, что прошлое — это прошлое, а я не знаю всех подробностей…

Он задумчиво хмыкнул:

— А почему твоя мама против наших отношений?

— Она думает, что ты коллекционируешь русских девушек, и я стану одним из твоих трофеев.

Давно Дэниэл не слышал, чтобы его называли коллекционером… А когда-то так оно и было, тут с мамой Катрины не поспоришь…

— Ты согласна с ней?.. — он одновременно и хотел, и боялся услышать ее ответ.

— Сейчас мне все равно. С тобой мое сердце бьется сильнее… — наконец прошептала она. — Я лишь об одном мечтаю: если это сон, то пусть он длится как можно дольше.

Дэниэл потянулся к ней и изо всех сил прижал к себе. Как это было похоже на ту ночь, в старом доме местных фермеров недалеко от Реймса. Вот только сейчас страшно было не Катрине, а ему. Потому что она приняла все, что между ними происходит как временное, а он… Он хотел обладать ею вечно.

Эта мысль последние несколько дней не давала ему покоя. Все свои действия в Лондоне он подчинил одной цели: скорее разобраться с возникшими на объекте проблемами и улететь в Петербург, чтобы забрать Катрину с собой. Но еще пару дней назад кажущаяся такой простой задача, сейчас виделась ему невыполнимой!

Во-первых, у Катрины здесь была жизнь и семья, а во-вторых, — она банально не верит в их отношения! Второе просто сводило его с ума!

Когда и почему эта нежная и словно сотканная из романтики девочка разуверилась в серьезности его действий? Возможно, она не знает его или… наоборот, слишком хорошо изучила? Все время их знакомства он вел себя как зазнавшийся придурок: смотрел на ее наивность и искренность свысока, тешил свое самолюбие еще одной влюбленной в него девушкой. Или это за время их расставания она иначе посмотрела на него?

В любом случае — дело было плохо.

— Поехали со мной в Лондон? — выдохнул Дэниэл в пахнущие лавандой волосы и в ту же секунду почувствовал, как девушка в его руках напряглась.

Он отстранился, чтобы посмотреть на нее.

— Я… не… ты серьезно? — не сводя с него огромных зеленых глаз, спросила она.

— Серьезнее некуда, — Дэниэл сел на постели, ожидая, когда она осознает его предложение и даст хоть какой-то ответ. Желательно, конечно, положительный.

— Как? Почему? Для чего? — усаживаясь напротив, сорила вопросами Катрина.

— Просто так. Потому что мы влюблены и не можем друг без друга жить…

Эти мысли и слова только что сформировались у него в голове, отозвавшись в сердце твердой уверенностью. Вот оно — то самое чувство и состояние, которое заставляет мужчин делать девушкам предложение, именно оно, а не страх расстаться, уезжая в другую страну, как это было с Мией.

Катрина смотрела на него, широко распахнув глаза и понимала, что от ее ответа зависит все…

Глава 31

В большой столовой горели все люстры и светильники. Официанты дорогого питерского кейтеринга заканчивали расставлять закуски и сервировать стол.

Катрина слишком нервничала, видимо, поэтому не обратила внимание на то, что накрывали они на четверых.

— Боже… Жизнь в столице моды пошла тебе на пользу! — в зал вошла мама и с восхищением разглядывала ее стройную фигуру в черном вечернем платье из атласа.

Девушка вздрогнула и провела рукой по собранным в красивую прическу волосам. За пару часов приглашенный стилист изменил ее до неузнаваемости! Несмотря на то, что выглядела она замечательно, Кэт чувствовала неловкость: ее образ был не похож на нее саму, но мама настояла на том, чтобы «привести себя в порядок» перед ужином, на котором Дэниэл впервые придет в их дом.

Катрине не давало покоя, что все, что должно произойти этим вечером, воспроизводилось в ее голове банальными клишированными фразами. А все потому, что так выражалась мама: «достойный внешний вид», «официальное знакомство», «социальный статус»… Чтобы показать Дэниэлу, что их «социальный статус» не ниже его, и было устроено это представление с украшенной живыми цветами гостиной, десятками зажженных свечей и изысканным ужином, достойным ресторана в пять звезд!

Катрина поежилась. Она предпочла бы тихий семейный ужин из двух-трех блюд с горячим чаем, но… Их с мамой взгляды сильно разнились.

— Мам, я тебя очень прошу, не начинай о его прошлом… — тихо попросила девушка, слабо надеясь на то, что родительница внемлет ее просьбе. На деле же она готовилась к тому, что сегодня им с Дэниэлом придется пережить все, что мама заготовила для них.

— Дорогая моя! — аккуратно расправляя подол платья, прежде чем сесть на диван, ответила та. — Ты моя дочь, а он — незнакомый мне молодой человек. Я буду смотреть на него в два раза строже и внимательнее. И объективно, в отличие от тебя.

Катрина прикусила губу. Если Дэниэл сбежит, не дождавшись подачи второго горячего блюда, она поймет его и даже слова поперек сказать не сможет!

В прихожей раздался звонок, и девушка вздрогнула, отчего-то вспыхнув. Дэниэл! Мужчина, из-за которого ее сердце так сладко трепещет и сжимается! И плевать, что мама решила устроить им сегодня вместо ужина настоящую пытку, вместе они справятся и, возможно, мама поменяет свое мнение…

Опережая важного официанта, неспешно направляющегося в парадную, Катрина выбежала к входной двери и распахнула ее. На пороге, с огромным букетом алых роз, стоял Миша Трайберг. В идеально сидящем на нем темном костюме, с модной прической и лишавшей ее когда-то воли поволокой в глубоких карих глазах, он был нереальным как видение!

Счастливая улыбка все еще озаряла лицо Катрины, когда он, шикарный и высокий, в облаке сводящего с ума аромата дорогой туалетной воды шагнул внутрь и протянул ей цветы:

— Уау, малышка… Ты стала еще прекрасней!

Катрина ойкнула, уколовшись острыми шипами благородных цветов, и Миша обнял ее за плечи, обеспокоенно, глядя на царапину.

— Михаил! Какая приятная встреча! Ну, молодежь! Я смотрю, вы по-прежнему близки… — раздался чересчур веселый мамин голос. — Как мы рады тебя видеть, правда, Катя?

Девушка обернулась, едва сдерживаясь, чтобы не закричать на маму. Только все еще не отпустивший ее шок удержал от этого.

— Катрина?.. — негромкий, пробирающий до мурашек голос заставил ее сердце ухнуть в бездну.

Нет!!! Да нет же!!! Почему он уже здесь? Ни минутой позже! Именно сейчас, когда она так нелепо улыбается другому и принимает от него цветы!..

— Дэниэл… — Катрина увидела его полные непонимания голубые глаза и взволнованное лицо. — Это не… Все не…

У нее перехватило дыхание, глаза наполнились слезами от стыда и досады. Не глядя, она пихнула ненавистный букет маме и выбежала к нему. Такой знакомый запах и тепло рук, приятной тяжестью накрывших ее спину, вернули ощущение правильности.

— Прости, — прошептала она, цепляясь за его пиджак, как утопающая. — Я не понимаю, что происходит…

Дэниэл наклонился и заглянул в ее лицо. Настолько растерянной он ее не видел — кажется, обычное самообладание покинуло его Катрину. Все тело била мелкая дрожь, а руки были ледяные.

— Не переживай! Я рядом, — поднося ее ладошку к губам, шепнул он в ответ.

Да уж, госпожа Минц конкретно сумела выбить из колеи собственную дочь в своем стремлении не дать их отношениям состояться! Вот только он не из тех, кто пасует перед подобными глупостями. К тому же несколько часов назад Катрина дала ему очевидную надежду на то, что его чувства взаимны. И то, как она сейчас прижимается к нему всем телом, ища защиты от мамы и бывшего, — еще одно тому подтверждение! Ну что ж, кажется, пора идти в наступление…