Мира Ли – В полдень на лестнице Монмартр - Мира Ли (страница 25)

Откатиться назад и жить как прежде уже не получится. Если она исчезнет из его жизни — он точно слетит с катушек! Только вчера, сжимая ее, плачущую, в своих объятиях, он почувствовал, насколько сильно пришился к ней. Она не станет просто воспоминанием, парижско-реймским романом, Катрина уже — часть его жизни.

Когда приходит любовь, она окрашивает все внутри тебя в ярко-алый. Ты перестаешь замечать серые будни и бестолковые дела, ты вдруг видишь, что листва — зеленая, а солнце — слепяще-золотое, что ее волосы — мягкого бронзового цвета, а ее улыбка — искрится всеми цветами радуги. Ты живешь в ритме бьющегося в такт ей сердца, ты не можешь усмирить ризориус, который заставляет тебя улыбаться, ты не можешь не страдать, не видя любимого человека…

— Я буду стараться не просыпаться дальше, чтобы мы скорее встретились…

Катрина потянулась к нему и поцеловала.

Этот поцелуй потом часто снился ей, отдаваясь звенящей тоской в груди. Именно он — прощальный… Не первый, не тот, который разрешил им сделать еще один шаг друг к другу, а этот — в тесном салоне спортивной бугатти, в сумерках на узкой улочке Монмартр…

— Катюша, подержи вот так…

Маневрируя на одной ноге на подлокотнике большого кожаного дивана, мама пыталась своими силами повесить на стену очередную картину не очень талантливого современного художника.

— Мам, откуда ты берешь эти… творения, прости, Господи… — Катрина перехватила у нее тяжеленную раму и замерла в том месте, где ее следовало повесить.

— Дочка, я тебя словно не в Париж отправляла, а в Папуа Новую Гвинею… Это же Поборовский! — словно это что-то должно было значить, воскликнула она.

Катрина на всякий случай еще раз взглянула на творение рук некоего Поборовского и поморщилась: что издалека, что вблизи — работа дилетанта.

Десять дней назад она вернулась в Россию и сразу же попала в суету переезда на новую квартиру. Мама, полтора года находящаяся в депрессии после смерти отца, наконец-то начала приходить в себя и хоть чем-то интересоваться. Первое, что она сделала — продала их старую квартиру и обзавелась приличными апартаментами в недавно построенном ЖК премиум-класса.

Нельзя сказать, что Катрину сильно огорчило расставание со старой квартирой. Конечно, там она выросла… там была совершенно особая атмосфера, и вещи, и район, но в то же время… Там же они узнали о том, что папы не стало, туда же она вернулась собирать свою разбитую душу после расставания с Мишей Трайбергом. Нет, при таком раскладе новая квартира — самое то!

К возвращению дочери мама расстаралась и полностью подготовила комнату в новой квартире: мебель на заказ, под завязку забитый вещами шкаф… Все пахло лаком, свежестью и недешевыми ценами. Первые несколько дней Катрине было неудобно. Казалось, что она снимает номер в дорогом отеле. Но обижать маму не хотелось. Девушка с благодарностью приняла заботу родительницы, еще плохо понимая: насколько долго ей здесь доведется жить. Поездка на полтора года в другую страну выбила ее из привычной питерской жизни.

Чтобы хоть как-то «вернуться», Катрина даже встретилась со своими подругами из школы, но уже через пятнадцать минут стало понятно, что интересы когда-то дружных девушек совершенно разошлись.

Катрина много думала об этом. На фоне реальных историй бывших подруг о работе после «вышки», поиске парня или семейном быте, ее жизнь была похожа на сюжет какого-нибудь не сильно динамичного кино: отсутствие забот о деньгах, так и не полученное профессиональное образование, жизнь за рубежом и первые, после долгого перерыва, зарождающиеся отношения. С натянутой улыбкой она слушала своих бывших одноклассниц и понимала — у нее все по-другому. Да и она другая…

Дни сменяли друг друга, Катрина пыталась вновь привыкнуть к родному городу и людям. Казалось, все было в порядке.

В порядке… Ровно до тех пор, пока она не вспоминала о Дэниэле. А вспоминала она о нем почти постоянно.

Через несколько дней тяжких вздохов и долгих печальных взглядов вдаль, мама не выдержала:

— Может, расскажешь, что тебя беспокоит? — она замолчала, давая дочери возможность ответить, но Катрина, не привыкшая к откровенным разговорам с матерью, замкнулась. — Элен что-то говорила о парне, с которым ты познакомилась. Вроде как у вас все серьезно…

— Элен как обычно слишком много говорит… — буркнула Катрина, задним числом костеря себя за то, что дала слабину и рассказала кое-какие подробности своей тете. Но разве после возвращения из Реймса возможно было избежать «допроса с пристрастием»? На эмоциях она поделилась тем, что произошло между ней и Дэниэлом. Видимо, Элен по-своему трактовала полученную информацию.

Наверное, Катрина молчала слишком долго, потому что мама, так и не дождавшись ее ответа, сделала свои выводы:

— Ну, раз ты все-таки уехала из Парижа, хотя Элен и предлагала тебе остаться, не думаю, что это тот самый человек, который требует особого разговора. Так ведь?

— Нет, не так!.. — Кэт и сама не поняла, как выкрикнула эти слова. Внутри все забурлило. Даже ради того, чтобы уйти от прямого и серьезного разговора с мамой, она не готова была назвать Дэниэла «не тем самым человеком»!

Мама удивленно приоткрыла рот:

— Так-так… Поподробнее, пожалуйста…

— Я не хотела говорить тебе, потому что у нас все только начинается и… много неопределенностей, но… Да! У меня есть молодой человек, и… мне кажется, он — тот самый.

— Кто он? Чем занимается? Он француз? Он старше тебя? — вопросы посыпались на Катрину как град.

— Мам, мам, мам… Давай постепенно…

— Нет, ну вы посмотрите на эту девчонку! Она встретила «того самого» мужчину, а мне об этом ни слова не сказала! И когда ты планировала поделиться этой новостью с родной матерью? Когда придет пора рассылать приглашения на свадьбу⁈

— Мы знакомы всего несколько недель и еще только узнаем друг друга.

— Отлично… — мама откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза. — Он хоть из приличной семьи? Ты же не забыла, кто твой отец… Ты должна думать об имидже своей будущей семьи! Мы, конечно, люди небедные, Давид постарался и позаботился о нас, но и твой будущий муж…

Катрина усмехнулась. Имидж семьи?.. Видимо, поэтому родители с таким воодушевлением встретили их отношения с Трайбергом. Если бы им довелось пожениться, этот союз местный бомонд быстро окрестил бы «платиновым». Только есть ли в этом смысл?

— Если тебя так беспокоит то, что подумают твои знакомые, — не волнуйся, Дэниэл довольно перспективный архитектор и вообще не бедный человек.

— Дэниэл? — мамины глаза на миг вспыхнули. — Он англичанин?

— Да… — нехотя ответила Катрина. — И живет в Лондоне…

Женщина громко хлопнула в ладоши и разблокировала смартфон:

— Мне нравится! Скажи-ка его фамилию, я погуглю…

— Мам, ну что за детский сад? — почти захныкала Катрина.

— Архитектор…Лондон…Дэниэл… — набирая эти совершенно не связанные друг с другом слова на клавиатуре, приговаривала мама, напевая в промежутках от переизбытка чувств.

Катрина встала, чтобы пойти в свою комнату, но во вдруг наступившей тишине ее заставил становиться потяжелевший мамин голос:

— Дэниэл… Этвуд?

Девушка обернулась, уже понимая, что что-то произошло.

— Да… — тихо ответила она. — А что?

— Нет, дорогая… С ним ты точно не будешь строить свою будущую жизнь!

Глава 29

— Что? — Катрина так и замерла в дверях, силясь понять, что имеет ввиду мама.

— То, что ты сейчас услышала! — голос мамы звучал твердо и безапелляционно. Она развернула к ней экран телефона, на котором была фотография Дэниэла и какая-то статья. — Этот молодой человек тебе не пара!

— Ты… Боже… Откуда ты его знаешь⁈ — возвращаясь и забирая у мамы телефон, спросила Катрина. Ее глаза бегали по строчкам, она пыталась ухватить смысл текста, но была не в состоянии сделать это. «Наследник»… «Скандал в Сеуле…»… «Компания разваливается…» «Замешана дочь российского дипломата»… — Что это все? — почти взмолилась она.

— Вот именно! — забирая у нее телефон, сказала мама. — Что это все, и зачем оно тебе? Семейка Этвудов наделала столько шуму пару лет назад. Господи, да этих выскочек не знал только ленивый! Об их богатстве легенды складывали! Еще бы, крупнейшая международная строительная компания! К твоему сведению, мы сейчас живем в доме, построенном «Centaurus LTD».

— Дэниэл говорил, что компания обанкротилась…

— Туда им и дорога была! Строили из себя идеальную семью, а на деле… Муж не пропускал ни одной юбки, а жена… — мама насмешливо хохотнула. — … Элеонора была чертовски красива, но при этом высокомерна, самолюбива и мстительна. За что и наказана теперь. Устроила покушение на генерального директора конгломерата, который должен был поглотить их компанию.

— Какая разница, что было тогда? Дэниэл не скрывал этого…

— Ага, может он и о романе с дочкой российского дипломата все рассказал тебе?

Катрина почувствовала, как у нее перехватило дыхание. Ну, вот умеет мама устроить панику и заставить нервничать там, где и повода нет. И все же внутри кольнуло — она для него не первая русская девушка. Вот почему, когда он узнал, что она из России, попытался прекратить их отношения…

— Это его прошлое. И это его личная жизнь… — несмотря на промелькнувшие мысли, продолжала она защищать Дэниэла.

— Катя, дорогая, да прекрати ты на жизнь сквозь свои розовые очки смотреть! Никто не будет рассуждать, как ты. Знаешь, как скажут? Катрина Минц путается с Дэниэлом Этвудом, который со старшей школы любил дочку российского дипломата, потом жил с ней год, пока она не бросила его прямо во время официального приема, где он сделал ей предложение перед тысячами гостей! Ага, а потом вышла замуж за его лучшего друга! А теперь нашел партию получше…