Мира Ли – Наше единственное лето (страница 8)
– Шутка затянулась, – сказала я тихо и как-то хрипло, едва узнала свой голос. – Мне завтра рано вставать.
Так и не оглянувшись, я быстро вошла в дом. Еще несколько минут простояла, прижавшись спиной к двери. Мысли с бешеной скоростью крутились в моей голове.
Как бы я не хотела отрицать очевидное, но несколько минут назад рядом с Шустовым мне было… хорошо. Ушла куда-то злость и досада, терзавшие меня со вчерашнего дня. Мы с ним впервые так спокойно и дружелюбно перекинулись парой фраз. И даже его неудавшиеся объятия, если подумать, приятно взволновали меня.
Да что со мной происходит?!
Вдруг закружилась голова, и я села на пол.
В тишине наступившей ночи я услышала, как скрипнула калитка – Шустов ушел домой. Значит, эти несколько минут он был здесь и смотрел мне вслед?
Какая-то нелепица! Я ему нравлюсь?! Что за ерунда! Знает, что красавчик, решил посводить с ума провинциальных простушек? Но я-то ему зачем? Вон красоток кругом сколько. Кроме того – я сестра Димы, не станет же он портить с ним отношения из-за меня…
Зачем я вообще о нем думаю? И что это за странное ощущение, будто я со свидания с ним вернулась?
Я помотала головой и отправилась спать, иначе я рисковала навыдумываю того, чего не следует!
Глава 7
Звонок на урок уже прозвенел, а я всё еще стояла перед дверью кабинета литературы. Через небольшую щель было слышно, как шумят внутри мои одноклассники. Я же тянула время, чтобы не пришлось ни о чем говорить с Сашей. Наша последняя встреча закончилась не очень…
– От меня прячешься? – я практически отскочила в сторону, настолько неожиданно и тихо Саша подошел.
– Потапов! – возмущенно вскрикнула я. – Напугал до смерти!..
– Эля? Саша? Отложим выяснение отношений, урок уже начался, – Ольга Александровна, тоже появившаяся совершенно неожиданно, с легкой улыбкой смотрела то на меня, то на Сашку.
Под ее многозначительным взглядом мы вошли в класс и уселись за парту. Саша сел вполоборота и смотрел на меня почти не отрываясь, совершенно не обращая внимания на Ольгу Александровну и ребят, а я усиленно делала вид, что не замечаю этого, хотя мои щеки откровенно пылали. Неловко было до ужаса!
Что с ним произошло за вчерашний день? Куда делся тот резкий и непреклонный парень, который не хотел слушать мои оправдания?
Борясь с неловкостью и сердясь на Сашино поведение, я пропустила мимо урок литературы. По инерции я что-то записывала в тетрадь и невпопад перелистывала страницы учебника.
Одновременно с тем, как прозвенел звонок на перемену, я вскочила со стула, едва слышно прошипев своему соседу:
– Встретимся под лестницей через две минуты! – и, не обращая внимания на зовущую меня Таню, на полных парáх выскочила из класса.
«Под лестницей» – небольшой закуток рядом с пожарным выходом из здания школы, куда учителя и младшие школьники не решались заглядывать. Зато старшеклассники регулярно тусовались здесь, скрываясь от посторонних глаз.
Сегодня здесь было шумно. Я ждала Сашу, пританцовывая от нетерпения.
К моменту, когда он, пригнув голову, нырнул под лестницу, во мне плескался совершенно непривычный для меня коктейль эмоций: волнения, смущения и возмущения.
Сашка выглядел спокойным: руки в карманах брюк, голова чуть склонена на бок.
– Малышня, исчезли-ка отсюда! – он почти что дружелюбно выпроводил ребят из средних классов, чтобы мы могли остаться одни. Когда последний огорченный восьмиклассник вышел из-под лестницы, Саша спросил:
– Элька, ну что за недовольный вид? – при этом он едва заметно улыбался одними краешками губ. Мне даже на миг показалось, что я выдумала события последних дней.
– Недовольный? – от всех обуревавших меня пару минут назад эмоций осталась одна – возмущение! – Я
Саша молчал, улыбка сошла с его лица, но он продолжал внимательно смотреть мне прямо в глаза, ожидая, что я скажу дальше.
– В субботу мы расстались не на самой хорошей ноте, я голову сломала, что сказать тебе при встрече, как вести себя, а ты так запросто, как ни в чем не бывало, появляешься сегодня и ведешь себя как совершенно другой человек! Тебя что, подменили?
– Да что не так-то? Слишком долго и пристально смотрел на тебя на уроке? – на его губах снова появилась та же легкая улыбка. – Разве симпатичным девчонкам не нравится, когда на них постоянно смотрят?
Так бы и дала ему сейчас, ей-богу!
– Саш, или скажи, что с тобой происходит, или я больше не буду с тобой разговаривать! – холодно произнесла я.
Он перестал паясничать и взъерошил свои темные волосы:
– Элька, какая же ты… недогадливая… Я тоже сломал голову, думая, что скажу тебе при встрече, а когда увидел тебя, не решающуюся войти в класс, причем явно из-за меня и нашего недопоцелуя, меня накрыло: значит, ей тоже не всё равно, значит, она тоже вчера думала обо всем этом… – Саша помолчал. – Я не знаю, что происходит между тобой и Шустовым, и это меня дико бесит, но я, черт возьми, пять лет сохну по тебе! Пять лет, Эль! И мне плевать на него, я не собираюсь уступать тебя просто так. Обломится!
Он замолчал и отвернулся, а я замерла, хватая ртом ставший вдруг обжигающе-горячим воздух. Сашины слова сводили с ума, заставляя сердце колотиться с бешеной скоростью.
– О чем ты говоришь? – мой вопрос прозвучал тихо и неуверенно.
– О том, что теперь буду делать то, что хочу и поступать так, как хочу. И в планах у меня
– Что-о-о-о? – судя по интонации, только что подошедшая Таня пребывала в не меньшем, чем я, шоке. – Я ослышалась? Вы, что, встречаетесь?! Или…
Я вздрогнула, мечтая провалиться сквозь землю.
– Рыкова, иди своей дорогой, – нехотя переводя на нее взгляд, бросил Саша.
– Что-о-о-о? Потапов, ты страх потерял? – повысила Таня голос. – Что, блин, за новости? Вы оба с ума сошли? Вы вообще мне друзья? – по тому, как голос Тани становился все громче, а скорость задаваемых вопросов увеличивалась, было понятно, что она обижена и разозлена. – Да когда вы успели-то?!
– Тань, угомонись, а? – Саша повернулся к ней, прикрыв меня плечом.
Я опустила голову, пытаясь собрать в кучу разбежавшиеся мысли. Как же неловко вышло! Пару последних дней я сосредоточилась только на своих эмоциях и чувствах, совершенно забыв о подруге.
– Потапов, только попробуй тронуть нашу Эльку, я убью тебя собственными руками! Не для тебя она, понял! Губу закатай, паршивец! Эльвирка, – Таня называла меня так только когда собиралась сильно за что-то отругать, – ты головой ударилась, что ли? Через пару месяцев ты в Москву уедешь, а он в Питер. Какая у вас любовь? Он с такой мордахой и плечами точно не пропадет, а ты еще десять лет будешь вздыхать по своему «первому» …
– Таня, прекрати! – я даже не знала, что могу так громко крикнуть. Но слушать дальше, как моя подруга превращает наши с Сашкой хрупкие, скромные и непонятные нам обоим чувства в сюжет дешевой мелодрамы, сил у меня не было. – Можно мы сами разберемся в том, что будет дальше?
Таня расправила плечи и поджала красивые губы:
– Как хотите, но не говорите потом, что я вас, дураков, не предупреждала! – она резко повернулась и зацокала каблуками-шпильками прочь.
Разрывая вдруг обрушившуюся на нас тишину, задребезжал звонок. Десятки ног затопали по лестнице, спеша в классы. Мы с Сашей стояли, не глядя друг на друга и не в силах сдвинуться с места.
До меня начало доходить, что те поступки, которые я совершала в последние дни, начали давать свои результаты. Желание спрятаться в объятиях друга от глупого волнения привело к тому, что я разбудила дремавшие и сдерживаемые глубоко внутри него чувства. Ненависть и раздражение к старому знакомому затмили всё вокруг, я настолько сосредоточилась на своих негативных чувствах, что забыла о близких друзьях, а вся ситуация в целом совершенно выбила меня из учебного графика. Даже сейчас, вместо того чтобы спешить в класс, я стою как вкопанная и переживаю вовсе не об уроке истории и подготовке к выпускному экзамену, а о том, как поднять глаза на Сашу!
– Молодые люди, время для романтических свиданий закончилось!
Вот опять!
Учитель истории, наш пожилой и добродушный Валентин Павлович, тоже не удержался, увидев нас в злачном местечке для старшеклассников.
– Урок уже начался!
Сгорая от стыда и пытаясь вспомнить, когда в моей жизни начались все эти непонятные события, я поспешила в класс.
Сегодня я возненавидела нашу с Сашей первую парту, хотя прежде с удовольствием занимала ее. Сидеть у всех на виду, рядом с парнем, с которым меня связывают непонятные отношения, сейчас было невыносимо.
Дважды я что-то ответила невпопад, отчего густые брови Валентина Павловича стремительно взлетали вверх, одноклассники перешептывались, а Саша все ниже опускал голову.
Моим спасением стала наша классная Ольга Александровна, которая забрала наш класс в актовый зал на репетицию последнего звонка и выпускного.
Завуч долго и нудно что-то рассказывала нам о сценариях официальных частей и традициях: кто и где должен стоять, что говорить и как вести себя.
Сюрпризом для всех нас стала идея станцевать на выпускном медленный вальс.
Мы с ребятами удивленно переглядывались, никто и понятия не имел как его танцевать, ну, разве что кроме Тани. Она-то умела всё! От мысли, что нас ожидает «массовое позорище» становилось не по себе. В этот день соберутся наши родные, близкие и друзья, выглядеть глупо совсем не хотелось. Среди выпускников нарастал недовольный гомон.