Мира Ли – Наше единственное лето (страница 13)
– Ну, так мы точно опоздаем… – в проёме приоткрытой двери комнаты появился мой парень-друг.
– Вообще-то это моя комната, и я сюда переодеваться пришла, – сказала я, а про себя подумала: «И хорошо, что не начала пижамные штаны стаскивать с открытой-то дверью!»
– Заметно, – Саша вошел в комнату, взял у меня из рук вчерашнюю толстовку и повернулся к шкафу с одеждой, изучая его содержимое. Я зажмурилась, сгорая от стыда за жуткий беспорядок. Всё выброшенное недавно на пол было в спешке запихнуто обратно! Блин, блин, блин!..
Саша кашлянул и вздохнул:
– Данилова, у тебя хоть одно платье в шкафу есть?
– Есть, конечно, но сейчас-то оно мне зачем?
– И это забыла? Мы сегодня после репетиции фотографироваться хотели для выпускного альбома …
Только сейчас я заметила, что Саша выглядит просто сногсшибательно в классических брюках, белой рубашке навыпуск и с по-модному зачесанной непослушной челкой.
Я запустила руки в волосы, пытаясь привести свои разбегающиеся мысли в порядок. Это же надо так лопухнуться! Меня что, инопланетяне украли, стерли мне память, а потом обратно вернули?! Саша заметил мое смятение и, приблизившись, положил руки мне на плечи.
– Сколько тебе нужно времени?
– Не знаю… – пискнула я в растерянности.
– Давай Тане или Свете позвоним? Они что-нибудь придумают.
В голове как молния промелькнула мысль: только не Тане!
– Свете, – сказала я и увидела, как правая бровь Саши удивленно приподнялась. Но потому я и пустила его в свою жизнь, что знала, он «в беде не бросит, лишнего не спросит» … Он и не спросил, а просто поспешил из комнаты, кинув на ходу:
– Пятнадцать минут на душ тебе! Волосы как у домовёнка Кузи пахнут.
Через пятнадцать минут я блестела как тульский самовар, а еще через двадцать Света заканчивала заплетать мои длинные и непослушные волосы в витиеватую косу. Рядом на вешалке висело месяц назад купленное, но еще ни разу не ношеное платье светло-голубого цвета, подчеркивающее талию и «дразнящее открытыми коленками», как выразилась моя бабушка.
– Ну что, Потапов наконец-то созрел, чтобы признаться тебе? – Света была сосредоточена на моей прическе, поэтому говорила немного задумчиво.
– Ну да…
– Ты как?
– В смысле?
– В смысле, счастлива?
– Я не знаю, – почти прошептала я. Дверь в соседнюю комнату, где сидели Саша и Дима была приоткрыта.
– А кто знает, если не ты? – Света улыбнулась. – Вы отлично смотритесь вместе, а еще Сашка реально очень хороший парень. Он заботливый, внимательный, умный… сильно скромный только. Небось, вы еще и не целовались? – Света склонилась передо мной, чтобы оценить результат работы. Мои щеки густо покраснели.
– Эля-а-а-а, завязывай ты с этими девочковыми штуками! – Света потрепала меня за подбородок. – Тебе скоро восемнадцать, а ты краснеешь при каждом упоминании о мальчиках и поцелуях. Твои ровесницы уже двух-трех парней поменяли и, поверь мне, они с ними не кроссворды разгадывали и даже не Тургенева читали, а…
– Всё, всё, всё! Я всё поняла! – я вскочила со стула и стащила платье с вешалки. – Закрой дверь, пожалуйста!
– Послушай бывалую: твоему парню не повредит увидеть краешек твоего нижнего белья…
Света не успела договорить, потому что я, довольно бесцеремонно, вытолкала ее в коридор и закрыла дверь.
Краешек моего белья?! Под моим махровым халатом с голубым слоненком было скромное подростковое хлопковое белье в тон. Мама любила и покупала мне правильные сочетания, но ткань и фасон кричали: не показывай нас никому и никогда!
Я со скоростью кометы переоделась в платье с «дразнящими открытыми коленками» и вышла наконец-то ко всем.
Судя по реакции родителей и бабушки, я явно выглядела не как обычно.
– Ну, ты, сестра, огонь, конечно, – сказал Дима.
– И почему ты, Элька, такие ноги прячешь? – удивилась Света.
Щекам стало жарко от всех этих слов. Я не привыкла к подобному.
– Да ладно вам… – нахмурившись от смущения, буркнула я. – Нам пора, да, Саш?
Он улыбнулся мне и одними губами произнес: «Ты просто вау»! Я многозначительно выпучила глаза и поспешила к выходу.
Начались шумные проводы и напутствия возвращаться не сильно поздно, ведь завтра такой важный день.
Оказавшись на улице, я наконец-то выдохнула. Что-то я слишком активно начала воскресенье, так и утомиться можно. Не боясь, что нас увидят родители и бабушка, Саша взял меня за руку и потянул в сторону красного «рено». Эту машину пару месяцев назад подарили Саше на его совершеннолетие, сразу после того, как он отучился и получил права. Я еще никогда не ездила на ней, но сегодня, кажется, особый день.
Мы опаздывали, поэтому Саша старался ехать быстрее, и был полностью сосредоточен на дороге. Я откинулась на подголовник и наблюдала за его красивым профилем. Когда тот угловатый мальчик с непослушными волосами, который пришел к нам в седьмом классе, превратился в этого крышесносного брюнета? Я смотрела в учебники и книжки и ничего не замечала… Как глупо с моей стороны.
– Нравится? – Саша своим вопросом вывел меня из задумчивости.
– Что?
– Лицо мое нравится? – внешне он был серьезен, и я никак не могла понять, он шутит или…
– Дурак.
– Но, надеюсь, красивый дурак? – Саша улыбнулся, отчего стал в сто раз обаятельнее. Этому парню нужно запретить улыбаться. Или пусть улыбается только рядом со мной… Преступление быть таким красивым!
– Ты очень красивый. Не уверена, что могу соответствовать…
Старая пластинка: я давно уверилась, что внешняя красота – не моя сильная сторона. Хотелось думать, что я хотя бы интересная, и со мной не соскучишься…
Саша вдруг ударил по тормозам прямо посреди проезжей части. Хорошо хоть машин в это время на дороге было немного.
Его челюсти были сжаты так, что, казалось, я сейчас услышу скрип зубов.
– Потапов, ты чего? Я испугалась!
– Никогда больше не говори такого! – голос звучал непривычно сердито.
– Саш, да что не так-то? Ты спросил, я честно ответила…
– Ты совершенно ничего не видишь и не понимаешь…Живешь в своем книжном мире и веришь всему, что говорят окружающие, а еще делаешь какие-то идиотские выводы, основываясь на своих подростковых взглядах на жизнь.
Я опешила. Он впервые отчитывал меня, да еще так нелицеприятно.
– Сашка, вот сейчас было обидно, – я пыталась не дать своему голосу дрогнуть.
– Сейчас обидно было мне! – Саша сильно сжал руль, вдохнул шумно и продолжил уже спокойнее: – Получается, я встречаюсь с девушкой «так себе». Что же со мной, таким прекрасным, не так?
– Просто ты меня хорошо знаешь и, видимо, внешность для тебя не так важна… – я что-то еще пыталась ответить, но Саша снова начал сердиться и не дождался, пока я разверну свою неуверенную мысль.
– Кто для тебя, черт возьми, красивый тогда, если не ты?!
– Таких много…Таня, например… Потому что она, как и ты – очевидно красива.
Карие глаза в изумлении уставились на меня.
– Элька, ты чокнутая…
Нам уже несколько раз бибикали проезжающие и пытающиеся как-то объехать нас машины. Я начинала нервничать, потому что мы нарушали правила и явно раздражали других автомобилистов.
– Са-а-а-ш, поехали, пожалуйста, не хорошо стоять посреди улицы. Мы всем мешаем. Да и опаздываем уже сильно, – мой голос прозвучал почти что жалобно.
– Эля, посмотри на меня.
– Ну, смотрю, – я подняла на него глаза и тут же опустила.
– Посмотри на меня, пожалуйста! – твердо произнес он.
Мысленно сжавшись, я снова посмотрела на него. Взгляд прямой и очевидно влюбленный. В висках застучало.