МИРА КОРАБЛЕВА – ИСПЫТАНИЕ НЕЖНОСТЬЮ (страница 5)

— Я не умею. С тобой. Я боюсь.

— Чего? — спросила она тихо.

— Что сделаю не так. Что ты заплачешь. Что ты вспомнишь его, — он молчал, крутил в руках зажигалку. — Я лучше не буду. Ладно?

— Ладно, — сказала Марина.

И она почувствовала к нему такую нежную, такую острую благодарность, что у нее перехватило горло. Не за то, что он ее спас. За то, что оставил ее боль в покое.

Сначала действительно все было относительно спокойно, не считая неотвеченных звонков Олега и его гневных СМС. На потом Олег начал действовать. И начался ад.

Как-то к вечеру Сева не вернулся с работы.

Марина ждала: одиннадцать, двенадцать. Катя давно уснула, прижавшись к ней. Марина сидела в темноте и слушала: шаги в подъезде, голоса за стеной, шум лифта.

В половине первого раздался звонок в дверь.

Она подошла к двери.

— Это я, Сева. — раздался сдавленный голос.

Она открыла. Сева стоял в дверях с разбитой губой, с фингалом под глазом. Рубашка порвана, на костяшках пальцев — ссадины.

— Что случилось? — она втянула его в квартиру.

— Ничего, — он прошел на кухню, сел на табуретку. — Люди твоего мужа. Встретили в переулке. Сказали, чтобы я отдал вас. Я отказался.

Она смотрела на его лицо — избитое, опухшее, но с тем же упрямым выражением.

— Сева, он убьет тебя.

— Не убьет, — он усмехнулся, поморщился от боли. — А убьет — сядет, а вы будете свободны.

— Боже, Сева, что ты говоришь, надо в полицию заявление написать.

— Мариша, думаю, ты и сама знаешь — это бесполезно. — поморщился Сева. — Сами справимся.

Она обработала его раны перекисью, йодом, залепила пластырем. Руки дрожали. Он сидел смирно, только иногда шипел.

— Спасибо, — сказала она.

На следующий день Олег подал заявление в суд.

Сева ходил с Мариной на заседания. Сидел на скамейке в коридоре, держал ее за руку, когда она выходила после допросов. Молчал — потому что не знал, что сказать. Но был рядом.

Однажды, когда судья объявила перерыв, он решился.

— Марин, — сказал он, — что бы ни случилось, я с тобой.

— А если Катю заберут?

— Не заберут.

Он говорил уверенно, а она так хотела верить.

Олег нанял лучших юристов. Он перевернул все, что мог. Купил свидетелей. Подделал экспертизы. Марина сидела в зале, слышала, как адвокат Олега называет ее «психически неуравновешенной матерью, которая похитила ребенка у любящего отца», и чувствовала, как земля уходит из-под ног.

Самым страшным был допрос Кати.

Шестилетняя девочка, бледная, с огромными глазами, сидела на стульчике и смотрела на судью.

— Катя, ты хочешь жить с папой или с мамой? — спросила судья.

— Я хочу жить дома, — сказала Катя.

— Ну то есть с папой? — уточнила судья, а Катя кивнула, не глядя на Марину.

Марина закричала. Ее вывели из зала.

Позже, в коридоре, когда она рыдала на плече у Севы, к ней подошла социальный работник, немолодая женщина с усталыми глазами.

— Не вините ребенка, — сказала она тихо. — Отец запугал ее. Сказал, что если она выберет маму, то вас посадят в тюрьму. Ребенок испугался.

— А вы? — с надеждой спросила Марина. — Вы скажете это в суде?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.