Мира Форст – Встретимся в Блэгхолле (страница 15)

− Позволит. Свистящий чувствует нашу связь с тобой.

Как бы в знак согласия келпи уткнулся носом Любе в шею.

− Вот видишь, − улыбнулся Артурион. – Можешь погладить его. Не бойся.

Люба провела ладошкой по блестящей коже, осторожно дотронулась до носа. Из ноздрей келпи шел пар, на этот раз совсем неядовитый. Она пригладила спутанную гриву победителя. Почувствовала тяжелые колтуны.

− Так не пойдет, − сказала Люба и достала зеркальце.

Через несколько минут повернула зеркало к Свистящему, и тот вполне осознано начал разглядывать себя.

Теперь его грива выглядела тщательно расчесанной, да еще и с вплетенными в нее темно-синими лентами.

Келпи ударил своим хвостом по рукам Любы. Не больно, но она все равно отшатнулась. Расстроилась.

− Не понравилось? Я сейчас уберу ленты.

− Нет-нет, − засмеялся Артурион. – Ему все нравится. Свистящий просит украсить и хвост тоже.

− Ах вот оно что! – засмеялась и Люба.

Она вновь достала зеркальце, и когда хвост был расчесан и обряжен лентами, Люба могла бы поклясться - келпи улыбается.

Артурион подсадил девушку в седло и сам устроился у нее за спиной.

Трактир оказался закрыт. Подходили желающие отобедать, недоуменно пожимали плечами и уходили в поисках другой харчевни.

− Странно. Сейчас в городе столько приезжих, все пищевые точки стараются подзаработать, а Марта закрылась, − спрыгнул с келпи Артурион, затем подхватил Любу.

Он не стал привязывать Свистящего. Никто не посмеет приблизиться к чужому магическому животному. Только в случае, если решил сознательно лишить себя жизни.

Подошли к запертым дверям.

− Там кто-то шумит, − прошептала Люба.

Артурион тоже услышал. Тяжелая дверь приглушала звуки, но все же за ней вполне различалась брань и звон разбиваемой посуды.

− Попробуем зайти с черного хода, − взял он ее за руку и повел во внутренний двор, со стороны которого и находилась вторая дверь.

Во дворике столпился рабочий люд.

− Брат с сестрой ругаются, − прояснил ситуацию вышибала, − Хозяин велел посетителей не впускать, а нам здесь ждать.

Артурион с Любой вошли внутрь помещения. Им не препятствовали, обслуга хорошо знала о дружбе между этой парой с их нанимателями. А может быть, просто боялись келпи, пристроившегося неподалеку.

Марта с Сением не сразу заметили гостей. Продолжали скандалить.

− То, что ты делала, отвратительно! – орал Сений.

− Я пыталась устроить нашу жизнь! – злобно выкрикнула Марта и бросила в брата увесистый поднос.

− Недолёт, − прокомментировал Артурион, когда поднос рухнул на пол.

Марта вдруг переменилась в лице. Только что была отважной воительницей, а стала сжавшейся от страха мышкой. Она стала отступать к запертым с внутренней стороны дверям. Но Сений перехватил ее.

− Ну уж нет. Ты все это заварила, будь добра отвечать за свои поступки, − сильно встряхнул он сестру и толкнул девушку обратно в центр зала.

Марта поджала губы, с вызовом уставилась почему-то на Любу.

− С Яковом Вилимовичем все в порядке? – обеспокоенно спросила Люба.

Она обращалась к Сению и старалась не глядеть на подругу. Слишком неприятной была мысль, что их дружбе может прийти конец. Пусть только и в этом мире, но за Любомиру все равно обидно.

− Звездочет уснул, стоило нам добраться до обсерватории, − ответил на ее вопрос Сений. – Пришлось тащить его до постели. Сонька дежурит, не отойдет от графа, пока тот не проснется. Если ему станет плохо, позовет врача. А тебе, Марта, придется в сыске доказывать, что ты никого отравить не пыталась.

− Отравить?! – взвилась Марта. – Да зачем этот старикан вообще чужой напиток пить стал?

− А кому он предназначался? – вкрадчиво спросил Артурион.

− Я для тебя сделала обычный бодрящий лимонад, − нервно ответила девушка. – Откуда мне знать, кто и что туда подлил.

− Не ври, − вмешался Сений. – Говори, что мне рассказала.

И, так как сестра молчала, начал говорить сам.

− Марта уже некоторое время добавляет в пищу Артуриона травяной сбор, вызывающий тягу и привыкание к хмельным напиткам. Моя сестра надеялась, что Любомира расторгнет помолвку, не захочет в мужья пьяницу. А когда это случится, она будет рядом, утешит брошенного невестой парня, и он женится на ней.

− Дурак! – рявкнула Марта. – Я надеялась и твое счастье устроить. Вижу ведь, как ты слюни по Любомире пускаешь. Она отшила бы Артуриона и приняла твои ухаживания.

− Марта, − вздохнул Сений, − я не такой подлец. Ты ведь могла сделать несчастными всех нас.

− Скажите, какой благородный!

− Я не благородный, но и сволотой никогда не был.

− Марта, зачем? – тихо спросила Люба.

− Не понимаешь, да? Так я тебе объясню.

Красивое лицо Марты исказилось, приняло отталкивающий вид. Люба даже восхитилась такой мгновенной перемене. Много раз она пыталась добиться подобной смены эмоции на сцене, но ни разу не преуспела.

− Ты думала мы подруги? Конечно, думала. Впрочем, я и сама раньше так считала, пока не выросла и не поняла, что я лишь твоя тень. Что все вокруг замечают исключительно Любомиру, а на Марту смотрят так, словно она приживалка при богатенькой и талантливой магичке.

Люба собралась возразить, но вовремя остановилась. Ведь она дружит с другой Мартой, это с той другой у нее общие воспоминания, радости и горести, а историю дружбы Любомиры с этой Мартой она не знает.

− Твой отец никчемный человечишка, − все более распалялась девушка. – Но он же граф! И этим все сказано. А мы с Сением кто? Дети рабочего класса. И как же я радовалась, когда у меня открылся хотя и слабый, но все-таки дар. Магия могла возвысить меня. Но нет же. В тебе проснулся дар твоей бабки, да такой силы, что про Марту опять все забыли. Только ленивый не восхищался Любомирой. Тебе отписали Блэгхолл, ты стала достоянием Полесья. А я? Всего лишь трактирщица со слабеньким даром. Ты даже в мою личную жизнь вмешалась!

− Личную жизнь? – не поняла Люба.

− Конечно. Ведь я первая познакомилась с Артурионом, не раз видела его с друзьями в трактире и надеялась понравиться ему. Но ты и его присвоила себе. Кто просил тебя приходить ко мне именно в тот день, когда я уже считала, что парень мой? Зачем ты сейчас вернулась? Сбежала, так и не возвращалась бы.

Марта говорила так, как будто Артурион не находился рядом. А он был изумлен до крайности. С чего эта девушка вообще решила, что он будет с ней?

− Да, это я налила алкоголь в ту бутылку, − призналась Марта. – Я рассчитывала, что Артурион не сможет как следует выступить на играх, а значит, не сможет стать достойной парой всеобщей любимице. Твоя маменька, Любомира, такая снобка и зазнайка. Уверена, она бы вас разлучила.

Слова теперь уже бывшей подруги ранили, и Люба теснее прижималась к Артуриону, таким образом, неосознанно защищаясь от чужой злобы и зависти.

− Марта, по законам Полесья маги не имеют права применять свой дар во вред человека, − жестко произнес Артурион. – И я буду вынужден донести на тебя в сыск.

− Донесешь? На меня? – искренне удивилась трактирщица.

− Что должно меня остановить? – также искренне удивился Артурион. – Ты сознательно травила меня какой-то бурдой. Я сам себя ненавидел за пьянство, не понимал, почему не могу справиться с зависимостью. Думал, что своими выходками подтолкнул любимую девушку к бегству.

− Любомира, мы же подруги. Не верь всему тому, что я тут наговорила. Это Сений заставил меня, − всхлипнула Марта. – Не сдавайте меня в сыск.

Какая актриса, − восхитилась Люба и ничего не ответила наглой особе.

Артурион взял дощечку и написал сообщение в городской сыск.

− Сений, ты позволишь им так поступить? – попробовала Марта сменить защитника. – Ведь я твоя родная сестра.

− Марта, ты думала, я не догадаюсь, что ты и меня травишь? Родного брата, − удивил всех Сений. – Есть какой-то предел, понимаешь?

− Что ты несешь?! – завопила девушка.

− Ты ведь всегда хотела самостоятельно управлять трактиром, несмотря на завещание родителей.

− Сений, трактир завещали тебе? – догадалась Люба.