Мира Форст – Воображаемое свидание (страница 2)
***
– Как думаешь, что это значит? – взяла Ника меня под руку.
Мы приехали с ней по адресу, который дал Сиротин, и теперь стояли перед трехэтажным зданием с вывеской «Инновационные технологии».
– Трудно сказать, – понимал, о чем она. Инновационные технологии могли означать все, что угодно. – Пойдем, посмотрим, раз уж пришли.
Внутри на входе располагался пост охраны. Наши фамилии оказались внесены в список посетителей, но пришлось предъявить паспорта. С первой страницы секьюрити снял копии. Копиями дело не ограничилось. Нам дали подписать согласия о неразглашении всего увиденного и услышанного.
– Вам прямо по коридору, – указал охранник направление, отдавая наши экземпляры согласия. – Железная дверь.
– Может, сбежать, пока не поздно? – засомневалась Вероника, когда мы миновали турникет.
– Думаешь, стоит бояться? – немного дразнил ее. У моей жены две крайности – она либо ничего не боится, либо ужасно боится.
– Железная дверь…, – повторила Ника слова охранника. – Звучит так себе. Еще и согласия эти. Как-то все странно.
– Но любопытно. Согласись? – рассматривал я коридор, по которому мы шли. Дизайн современный, ремонт хороший. На стенах картины, в едином стиле – абстрактно-графические. Двери с нумерацией могли напоминать гостиницу, если бы не привинченные таблички с обозначениями: «Директор», «Технолог», «Главный инженер».
– Скорее, жутко, – сильнее сжали ее пальчики мой локоть.
Табличка на нужной двери извещала – «Исследовательский центр».
– Чувствую себя подопытной, – пробурчала Вероника, но назад все же не повернула.
Я толкнул тяжелую с виду дверь. Она легко поддалась, и мы оказались в огромном помещении.
– Вау…, – выразила Вероника и мою эмоцию.
ГЛАВА 3. ВЕРОНИКА
2014 год
В этом центре, куда нас пригласил Сиротин, было слишком современно, слишком инновационно. Будто на корабль космический попали или на съемку фильма. Мигающие неоном лампы, множество приборов, тоже мигающих, бегущие строки на панелях, электронные графики, выведенные на интерактивные доски. Люди за компьютерами, правда, не в скафандрах, а в обычной одежде. Масштаб проводимых тут исследований, в чем бы они не заключались, слегка давил на плечи и обескураживал.
– Вероника, Вадим, – вышел к нам Панкрат Николаевич. Он появился из-за стены, служащей то ли перегородкой, то ли ширмой, отгораживающей от большого зала. – Рад, что вы пришли.
– Что здесь разрабатывается? – не смогла сдержать я любопытства.
– Много всего, – дал мужчина обтекаемый ответ, но кое-что все-таки пояснил. – В основном микрочипы и исследовательские капсулы. – Идемте, побеседуем в моем блоке.
Я чувствовала себя неуверенно и, наверное, убежала бы, но меня удивляла решимость Вадима. То, что мне самой стал казаться глупостью визит к психологу, а затем сюда, оказалось важным для мужа. Все его недавнее поведение транслировало, что он тяготится нашим браком, но стоило мне упомянуть о разводе, Вадик неожиданно ухватился за возможность спасти наши отношения. Только поэтому, заставив себя не трусить, я не отступилась.
За той стеной, откуда появился Панкрат Николаевич, обнаружилось еще несколько помещений, только закрытых. Мы зашли в одно из них, где на дверной табличке значилось – «Проект Воображаемое свидание».
– Ну вот, вы здесь, и у вас появился уникальный шанс отправиться в прошлое, – говорил мужчина загадками.
Огляделась. Здесь ничего не мигало, но шло легкое гудение от нескольких самых настоящих капсул, подобные я видела в музее космонавтики, только там они были пограндиознее.
– В прошлое? – переспросил Вадим, усаживаясь на диван, обитый серой кожей, и утягивая меня за собой. Я села рядом с мужем, пока абсолютно не понимая, что собирается предложить нам Сиротин.
– Именно, – кивнул психолог, хотя, думаю теперь, что он был больше ученым, чем специалистом в области психологии. – Проект «Воображаемое свидание» позволяет возвращать людей на недолгий период в прошлое. Человек заново проживает заданный отрезок времени без каких-либо его изменений. Потом возвращается обратно, прекрасно помня о своем необычном путешествии. Поверьте, вновь пережитые мгновения прошедшего и забытого счастья помогают вновь стать счастливым в настоящем.
– Это и есть ваша эффективная метода? – спросила с долей надменности и скепсиса, скрывая за своей надменностью… А, что собственно я скрывала, страх или предвкушение?
– Да, – просто ответил Сиротин. – Стопроцентный результат.
– То есть, вы хотите сказать, существует способ возвращаться в прошлое, заново проживая его? – недоверчиво уточнил Вадим.
– Существует.
– И что это за технология? – удивляло меня, что Вадик не послал к черту Сиротина, а продолжает выспрашивать.
– В нашем центре, как я уже упоминал, разрабатывают микрочипы. Самые разные. Конкретно для «Воображаемого свидания» в чипе задается временной вектор, он вживляется под кожу. Поверьте, безболезненно. Перенос происходит с помощью временной капсулы, – указал Панкрат на однотипные конструкции, те самые, похожие на музейные экспонаты или киношный реквизит. – В каком году вы познакомились? – переключился он на переглядывающихся нас.
– Я заканчивала школу, – и не знаю, зачем ответила. Предложение отправиться в прошлое казалось абсурдным. В любом случае, я бы и не позволила вживлять в себя никакие чипы.
– Это было точно до развала СССР, незадолго до развала, – кажется, как и я, производил Вадим в уме подсчеты. – Тогда еще стал падать авторитет Горбачева после избрания его Президентом страны на съезде народных депутатов в марте девяностого. Мы познакомились с Вероникой как раз в тот год, только осенью.
Уголки моих губ дрогнули в улыбке. Я вспомнила день нашего знакомства, и мне вдруг очень, очень захотелось испытать заново те острые эмоции, что взбудоражили мое сердце в далеком одна тысяча девяностом году.
– Тогда вам стоит отправиться именно туда, – похоже, не сомневался Сиротин в нашем согласии. – Настройки временного вектора возможны от недели до двух месяцев. Я бы посоветовал задать месяц.
– Это, как в «Матрице»? – предположил Вадим. – Находишься в одном месте, а твое физическое тело в другом?
– Нет, – опроверг чудо-психолог. – Вы будете только там, заново проживая те дни и не зная о будущем. В нужное время сработает чип, и вы вернетесь в свое время. Безусловно, здесь вам потребуется взять отпуск на работе и предупредить родных, что будете некоторое время вне зоны доступа, чтобы они не волновались и не принялись писать заявлений в полицию.
– Вы так говорите, как будто мы уже и согласились, – расправила я складки на юбке платья, заметно нервничая. – Все, что вы сказали, звучит фантастикой.
– Вы хотели сказать, фантастически? – невинно уточнил Панкрат.
Не успела возразить, меня опередил Вадим с вопросом, который почему-то мы еще не обсудили.
– Сколько стоит подобная терапия? Как туристический полет в космос?
Я даже выдохнула. Конечно, у нас же нет таких денег. Космический туризм доступен лишь миллиардерам.
– Вам не придется платить. Наоборот, заплатят вам, – огорошил нас Сиротин, и еще больше огорошил, написав на листочке-стикере сумму оплаты. Сумма была запредельно высокой.
– Мы что, должны будем что-то украсть в прошлом? – сложил Вадик руки на груди и сощурился.
– Вы не сможете, – бесстрастно выдержал ученый тяжелый взгляд моего мужа. – Как я и сказал, никакого вмешательства в прошлое не происходит.
– Тогда в чем подвох? – теперь уже сощурилась и я.
ГЛАВА 4. ВЕРОНИКА
1990 год
– Блин…, – накрываю голову подушкой, спасаясь от звонка будильника.
Звон прекратился, но я продолжаю не просыпаться.
– Вероника, – теперь будит уже голос мамы. – Вставай. В школу пора.
– Мам, ну почему ты всегда приходишь вслед за будильником? – бормочу сонно.
– На то я и мама, появляюсь всегда, когда надо тебя проконтролировать, – в отличие от меня она уже умыта, подкрашена и одета на работу. – Давай, вставай уже, не ленись.
– Ладно, – откидываю одеяло, свесив ноги с кровати. Влезаю в тапки и плетусь в уборную.
– Я ушла! – звонко сообщает мама из прихожей. – Всем пока!
– Пока, дорогая! – отзывается папа с кухни.
– Пока-пока, – лепечу себе под нос, принюхиваясь. Пахнет омлетом, а значит, завтрак сегодня готовил папа. У него получается самый вкусный омлет из всех, какие мне когда-либо доводилось пробовать. Мама уверяет, это потому, что он не экономит на яйцах и сыре.
Умываюсь, таращась на себя в зеркало. Длинные волосы спутались, глаза припухли после сна, на правой щеке след от подушки. Но я все равно хорошенькая. Даже очень.
Выключаю воду и теперь слышу радио, включенное отцом на кухне.
…
– Доброе утро, пап, – захожу на кухню. – Уже позавтракал?
– Да. Убегаю, – споласкивает он чашку, из которой обычно пьет кофе. – Твой омлет на сковороде.
– Спасибо, – переключаю радио на другую волну и завтракаю уже под приятный музыкальный фон, а не нудные политические сводки. У моих ног трется Финик. Кот, как всегда, делает вид, что его еще не кормили.