Мира Форст – Лассо из будущего (страница 2)

– Боже…, Платоша, я что же стала старой?! – покопалась в памяти, ища нужное плетение для создания зеркала. Из-за накрывшей меня паники, оно вышло кривым, со сколами, но главное я увидела – моя молодость при мне – фарфоровая кожа без единой морщинки, яркие зеленые глаза без намека на возрастную мудрость, густые красно-рыжие волосы, убранные в свадебную прическу.

Осмотрела свои руки – никакой пигментации и скрюченных пальцев. Ногти овальной формы, как я и люблю.

– Не стала? – с сарказмом спросил Платон.

– А ты чего так пугаешь? – обиженно зыркнула на него. – Признавайся, сейчас рассвет следующего дня, наступившего после моей свадьбы?

– Рассвет следующего дня, наступивший после твоей свадьбы год спустя, – поправил раскормленный котяра.

– Год!? – теперь я уже подскочила на ноги. – Целый год я шлялась не пойми где и ничего об этом не помню? И откуда у тебя такие сведения?

– Элис, ты невнимательна, – запрыгнул кот на земляной холмик. – Обернись и все поймешь.

Я так и сделала. И все поняла. Цветущий луг, куда меня перенесло лассо, находился в низинке, хорошо просматриваемой с верхних этажей Академии. Под крышей учебного заведения из цветных искорок складывалась фосфоресцирующая запись, оповещающая о том, какой сегодня день недели, год, который час и температура воздуха. За обновлением данных следили дежурные старших курсов с факультета бытовой магии.

– Ты знаешь, что со мной происходило этот год? – надеялась я на то, что Эмиль все это время не прекращал поиски и нашей любви ничто не угрожает.

– Увы, – сверкнули янтарные зрачки Платоши недовольством. – Полный провал в памяти.

– Провал? – осенило меня пониманием. – Платон, нас не просто выкинули в будущее, нам стерли воспоминания.

– Не знал, что в Эсмаре водятся такие сильные заклинатели. Есть предположения, кто это мог быть?

– Матильда, – непроизвольно сжала пальцы в кулаки. – Моя гадкая сестра. Я слышала, о чем болтали в тайном обществе, на собрания которого она моталась, думая, что ее никто не видит. Просто… просто потом у меня любовь всей моей жизни случилась, – смахнула с ресниц слезинки, – и я позабыла о Матильде с ее приспешниками.

– И о чем они болтали?

– Как раз о временных петлях и возможности влияния на память другого человека. Сейчас же идем к ней! – решительно направилась в сторону дома.

– Пешком пойдешь? – поинтересовался Платон.

– Да. По пути создам защитные узоры, чтобы сестрица не посмела вновь навредить мне.

– А ты так уверена в том, что это ее рук дело?

– А у тебя есть другие кандидатуры? – парировала, не сбавляя шага. – Сам посуди, Матильда мечтала стать женой Эмиля. Мы с ней даже поссорились, когда она узнала о нашем с ним романе, а я о том, что она вешается на моего герцога. И тайное общество это… Обычно такие организации сеют смуту, но на деле являются пустой болтовней. А что, если на этот раз все по-другому?

– По-моему, так тебе не стоит сбрасывать со счетов Ванессу, – семенил кот рядом, то отставая, то вырываясь вперед.

– Не смеши. Ванесса в плане колдовства криворукая. Да и зачем ей это? Мы всегда ладили с ней.

– У нее мог быть сообщник, – сеял во мне Платон сомнения. – И ты так была поглощена герцогом Биркеландом, что ничего вокруг не замечала. А я не был поглощен герцогом Биркеландом, потому видел, как на него смотрит младшая ведьма.

– Ты сейчас серьезно? – остановилась я, чтобы снять туфли. Топать на каблуках по осеннему некошеному лугу – так себе удовольствие.

– Она влюбилась в него, как только ты привела своего мужчину в дом для знакомства с семьей.

– Вот просто убил, Платон, – задумалась над его словами. – А знаешь, я сейчас вспомнила, в храме, когда я шла к алтарю, Ванесса делала кое-что нетипичное для себя. Выходит, ведьмочку-недотепу тоже не стоит сбрасывать со счетов.

– Нетипичное? И что же это?

– Она крутила браслет часов на запястье. Только прежде, Платоша, Ванесса никогда не носила часов. Но я сильно надеюсь, что гадкой сестрой окажется все-таки не она.

Покончив с заклинаниями своей защиты, я все же перенесла нас во двор родительского дома с помощью ведьмовского портала, доступ к которому открывался всем ведьмочкам, поступившим в Академию.

В моей памяти, я была здесь меньше суток назад, но новая черепица на крыше, дополнительная перила на крыльце и незнакомый козленок во дворе явственно свидетельствовали о том, что времени прошло гораздо больше.

Дом у нас кирпичный, добротный и достаточно просторный. По-другому и быть не могло, когда профессия главного мужчины в доме – строитель. Папочка расстарался и к основной постройке пристроил три флигеля для каждой из своих дочерей, чтобы у всех имелось личное пространство.

Стены во флигеле Матильды с внутренней стороны облицованы цветным бутылочным стеклом и при свете дня переливаются радугой, в ночные же часы создают мрачные тени. Такая же и Матильда – то женщина-фейерверк, то мрачное создание.

Сестра уже не спала, а может, и не ложилась вовсе. Судя по разложенным на полу чертежах, трудилась над домашней работой.

Несмотря на ранний час веки ее были обильно подведены тенями, а на губы нанесена стойкая помада.

Я нашла изменения в ее внешности. Матильда избавилась от кудрей, выпрямив волосы, и теперь носила челку.

Уловив движение за спиной, она резко обернулась и… на ее лице заиграла радостная улыбка.

– Элис, ну наконец-то! Сколько можно было шляться уже по этим болотам? Я даже успела соскучиться. И ты что, со свадьбы сбежала? Почему на тебе надето свадебное платье?

Я оторопело уставилась на нее. Болота? Соскучилась? Она так умело притворяется? Или все же не врет?

Дальше произошло совсем странное. Матильда меня обняла. Мы не обнимались лет десять, наверное.

– Без тебя тут реально скучно, Огонек, – вспомнила сестра мое детское прозвище.

– О каких болотах ты говоришь? – спросила осторожно, стараясь что-либо прочесть по ее лицу.

– Ну как же…, – нахмурилась сестра. – Ты с группой ушла на болота за пустошью в ежегодную экспедицию, которую в Академии набирают из желающих. Мы думали через год вернетесь, а вы еще на три месяца задержались.

В животе похолодело, а в районе груди сжало мышечным спазмом. Все еще хуже, чем я предполагала. Лассо сместило мое время на год, но для мира Элис Йеллан отсутствовала год и три месяца. Те самые три месяца, которые стали для меня счастливым мигом в объятиях герцога Эмиля Биркеланда. А это значит, что помню о нас с ним только я одна и тот негодяй, кто все это подстроил.

– Матильда, ты все еще состоишь в тайном обществе? – решила подловить ее, используя эффект неожиданности.

– Так ты знала? – хмыкнула она. – Разогнали нас еще в прошлом году. Штраф заставили в королевскую казну выплатить за крамольные речи. А мы же болтали только, нравилось в шпионов играть. С тайными обществами я завязала. Ректор пригрозил отчислением, если подобное повторится. Элис, ты не ответила, почему на тебе свадебное платье? Да и прическа не повседневная.

– Собираюсь замуж за Эмиля Биркеланда, – пристально глядела на нее и не замечала ничего такого, что бы указывало на Матильду, как на злодейку.

– Это за которого? – поползли изогнутые брови старшей сестры к самому лбу. – За декана стражей что ли?

– Ага. Прости, я знаю, он тебе тоже нравится…

– Элис, – вздохнула Мотя, так я ее называла, когда мы были маленькими. – Герцог меня отверг еще до того, как ты в экспедицию подалась. А теперь у него вроде как шуры-муры с нашей Ванессой.

ГЛАВА 3. МОЯ МЛАДШАЯ СЕСТРА

Ванесса Йеллан

Вопросы плодились. Сомнения тоже. Чтобы не смущать родных свадебным платьем, прежде чем обнять папу с мамой и побеседовать с Ванессой, я скрылась в своем флигеле. На первый взгляд, здесь ничего не изменилось, кроме пыли. Любимые меховые тапки у кровати, на ней покрывало, сшитое мною из лоскутков. Метла в чехле у двери. Стены, разрисованные зелеными и желтыми квадратиками. Зеленый и желтый – мои любимые цвета. Иногда любимыми становятся другие оттенки, тогда я перекрашиваю стены. Но пока – это желтый и зеленый.

Я знала, где смотреть и, мазнув взглядом по книжным полкам и платяным шкафам, выдвинула средний ящик орехового комода. Там у меня хранится ларец со всеми подарками Эмиля. Он щедрый мужчина и много чего мне подарил.

Расписной ларец никуда не делся. Обмирая от нервного напряжения, открыла его резную крышечку. Сундучок был пуст. Пропали все украшения, что дарил мне Эмиль.

Теперь сомнений не оставалось, кто-то украл наше прошлое с герцогом, нашу любовь, свадьбу и воспоминания.

Горечь от произошедшего втыкала иглы в мое сердце, давила обручем на виски.

– Но у нас все еще может быть будущее, – приободрилась я, выдергивая шпильки из волос.

Мои природные ведьмовские таланты усилились бытовыми заклинаниями, которым обучали в Академии, так что мне не потребовалось помощи для расстегивания мелких пуговичек на спинке платья. Жаль, расстегнули их не пальцы Эмиля.

– Что собираешься делать? – устроился Платоша в пустом сейчас плетеном коробе, куда я обычно складывала белье для стирки.

– Переоденусь и выслушаю Ванессу, – достала из шкафа бархатное зеленое платье с широкой юбкой. – А дальше в зависимости от того, что она мне скажет.

– А если, это ее рук дело? – коварно промурлыкал кот.

– Сдам стражам, – настолько сильно злилась я, что готова была растерзать любого, кто со мной так поступил, даже свою родную сестру.