Мира Айрон – Сказки и не только (страница 7)
— Мы должны найти картину, — я посмотрела на Алексея. — Ты поможешь? Мне больше некого просить, я совсем одна. А ещё я не доверяю больше никому.
— Помогу, конечно, — серьёзно кивнул Алексей.
— Тогда пойдём в мастерскую. Я ещё не разбирала и не смотрела картины, но видела, что они хранятся там.
Картин было очень много — холсты лежали и стояли в рамках всюду, где только можно.
— Зачем так много натюрмортов, — непонимающе ворчал Алексей. — Тем более, они все одинаковые.
— Интересно, что бы ты сказал на Гималаи Рериха, — пробормотала я. — Хоть там и не натюрморты.
Я подолгу рассматривала каждый холст, и постепенно меня начало охватывать отчаяние. Но всё же одна картина, хоть и была не очень умело отреставрирована и подписана, как все картины дяди Васи, привлекла моё внимание.
Я несколько раз возвращалась к ней, и сомнения постепенно исчезали, уступая место уверенности. Руки слегка дрожали, а в душе нарастало странное волнение. Это сложно передать словами… Могла ли я предположить, что когда-нибудь буду держать в руках
Осторожно перевернув холст, я начала подробно осматривать обратную сторону. Алексей, видимо всё поняв, подошёл и внимательно смотрел из-за моего плеча.
Небольшую, почти микроскопическую надпись, сделанную графитным карандашом, мы увидели одновременно.
"Гала, это для тебя," — гласила надпись.
— То есть, картина и вправду существует? — почему-то шёпотом сказал Алексей.
— Да, — кивнула я. — И если не ошибаюсь, это малые голландцы. А точнее, Ян Давидс де Хем.
Я посмотрела в лицо Алексея и без слов поняла всё, что он думает по этому поводу, — по глазам прочитала.
— Это даже не головная боль, это лютый…..ц, — всё же сказал он, правда, шёпотом.
Потом выпрямился и серьёзно посмотрел на меня:
— Скажи, Гала, ты мне доверяешь?
Конечно, мне хотелось сказать, что у меня просто выхода другого нет, но я ответила просто:
— Да.
— Тогда ответь мне ещё на один вопрос: в завещании указаны картины? Или Василий отписал тебе только дом?
— Указаны. Там написано: всё движимое и недвижимое имущество, а потом идёт перечисление, и отдельным пунктом "все картины, которые хранятся в доме". И указано количество.
— Копия завещания есть?
— Есть.
— Неси. Посмотрим, и будем картины считать.
Картин в доме оказалось столько, сколько было указано в завещании. Алексей думал несколько минут, а потом сказал:
— Мне нужно позвонить.
Вышел из мастерской и прикрыл за собой двери. Я опять осторожно взяла в руки картину и начала рассматривать её в сотый раз. Да, это младший де Хем, сомнений быть не может.
— Дядя Вася, — прошептала я. — Ну как же так? Всю жизнь владел таким сокровищем, а жил, как…
Я осеклась. А как жил? Мухи не обидел, даже когда был выпивши. Честно жил, писал прекрасные картины. У тех, кто его знал, остались о нём самые светлые воспоминания. Да ещё и мне такой подарок сделал… А чем я заслужила?
Я готова была снова расплакаться, но к счастью, вернулся Алексей, и после этого моя жизнь полностью вышла из-под моего контроля.
— Так, на улице стемнело, — деловито и резко заговорил сосед. Быстро приводим здесь всё в порядок, потом собираем твои вещи, забираем картину, и ты переходишь жить к нам до окончания всей этой канители.
— Какой канители? Зачем перехожу? — опешила я.
— Гала, я обязательно всё объясню тебе, но только тогда, когда мы будем в безопасности.
Я решила больше не спорить. В конце концов, Алексей прав. Я не представляла себе, как останусь одна с такой картиной в руках. Да я свихнусь к утру!
Пока Алексей наводил порядок в мастерской, я быстро собрала свою сумку. Картину завернула в специальную ткань, которую нашла в мастерской.
Через полчаса мы были дома у Алексея. Оказалось, что дом соседей тоже под охраной, хотя это как раз логично, учитывая, где работает Алексей.
— А где Галина Алексеевна? — удивлённо спросила я.
Я-то ожидала, что сейчас нам придётся долго и тщательно объясняться с хозяйкой дома, но нас встретил только задумчивого вида серый кот. Я видела его вчера и знала, что его зовут Кузьма. Кузя подошёл ко мне, понюхал мои ноги, дёрнул хвостом и удалился. Даже коту я показалась абсолютно не интересным и не заслуживающим внимания персонажем.
— Мама утром уехала в Свердловскую область к своей двоюродной сестре, вернётся через неделю. Я только теперь понял, как это вовремя. Совсем маме эти переживания ни к чему.
Алексей показал мне комнату, в которой я могу расположиться, а сам включил чайник и достал остатки вчерашних пирожков.
Было уже около полуночи, когда в ворота позвонили. Сначала я жутко перепугалась, и лишь потом поняла, что Алексей звонил кому-то, а значит, ждал визита.
Конечно, ситуация сложилась весьма интересная: я одна в чужом доме с двумя практически незнакомыми мужчинами и с картиной, стоимость которой исчисляется… подумать страшно, какой суммой.
Гость, — мужчина лет сорока, среднего роста, с редеющими светлыми волосами и весёлыми синими глазами, — хоть и был одет в штатское, оказался подполковником полиции из столицы, и подтвердил это удостоверением.
— Николай, — весело сказал он и поцеловал мою руку.
После этого он пил чай и внимательно слушал наш с Алексеем совместный рассказ.
— Значит, завтра, точнее, уже сегодня в полдень вы должны встретиться с неким Прохором на территории кремля? — задумчиво спросил Николай.
— Да, — кивнула я.
— Ты думаешь о том то же, о чём и я? — Николай посмотрел на Алексея.
— Конечно, — кивнул Алексей. Лицо его напряглось. — Ракитин и те, кто стоит за ним, пока планируют действовать исключительно в рамках закона. Надеются уговорить Галу продать им дом и все картины якобы для организации музея. А вот другие пострашнее будут, во всяком случае, на данный момент. Наверняка задача Прохора напоить чем-нибудь Галу, увезти её якобы в номера, а ключи от дома отдать специально обученным людям.
Я вытаращила глаза от ужаса и схватилась за горло. Так, будто меня уже "напоили чем-нибудь".
— Скорее всего, они думают, что Гала не знает о картине, а даже если видела её, то ничего не поняла. Пока Гала спит "в номерах", специально обученные люди проводят тщательный обыск в её доме. Скорее всего, прийти планировали когда стемнеет. Конечно, по периметру дома установлены видеокамеры, но никто ведь не смотрит в эти камеры круглосуточно.
— А кодовое слово? — прохрипела я, продолжая держаться за горло. — Как они собирались снять дом с охраны?
— Скорее всего, вы бы сами и сказали им это слово под воздействием выпитого, — спокойно пояснил Николай. — Они бы забрали картину, закрыли дом и вернули ключи на место. А вы бы утром проснулись "в номерах", рядом — мачо. Он бы подвёз вас до дома, тепло попрощался, пообещал позвонить и исчез. Вот и всё.
— Вот и всё, — как эхо повторила я, и перед глазами всё поплыло.
— Она сейчас в обморок хлопнется! — воскликнул Николай и вскочил, но Алексей среагировал раньше.
Сел рядом, обхватив меня за плечи и прижав к себе, заставил выпить несколько глотков воды, осторожно похлопал по щекам.
— И что теперь делать? — шёпотом спросила я.
— Как что? — пожал плечами Николай. — Выспаться, нарядиться покрасивше и идти на свидание с мачо, а дальше не ваша забота.
Глава четвёртая
— Как это… принарядиться? — слова застревали в горле, и мне приходилось выталкивать их неимоверными усилиями.
— Ну это вам, женщинам, лучше знать, — развёл руками Николай.
Я увидела, как Алексей выразительно посмотрел на него, подняв бровь. Их молчаливый диалог продолжался ещё некоторое время, и кажется, Алексей в итоге признал правоту Николая. Или признал то, что другого выхода нет.
Осталось только мне это признать. Вообще-то я ужасная трусиха, совсем не герой, если что. Всегда предпочитаю синицу в руке. Не стремлюсь к свершениям и не покоряю вершины, и приключений на разные части тела не ищу. Однако в этот раз приключения нашли мою часть тела сами, причём, оптом, за всю относительно спокойную и размеренную жизнь сразу.
Перед глазами опять всё начало плыть, но к счастью, рука Алексея продолжала обнимать меня. Правда, немного сместилась ниже и легла на талию. Ну хоть талия у меня есть, и то ладно.
— Не бойся, Гала, — попытался успокоить меня Алексей. — Пить тебе ничего не придётся, ты просто сделаешь вид, что засыпаешь. Это обязательно, и это обезопасит тебя. Мы постоянно будем рядом, не сомневайся. Ключи Прохор достанет из твоей сумки ещё до того, как попытается увезти тебя. Вот только ключи будут другие, не те, которые ему нужны, но он-то об этом не догадается. Как только он отдаст ключи одному из сообщников, и тот уйдёт, для Прохора рабочий день закончится, его примут, и мы с тобой уедем сюда. В общем, Николай сейчас сам проведёт с тобой инструктаж, а я пока схожу в твой дом. Нам ещё нужно найти результаты экспертизы, чтобы выйти на того, кто слил информацию.