Мира Айрон – Сказки и не только (страница 54)

— Вижу, что знаешь, — констатировал Полевой. — Значит, сейчас я приглашу сюда представителей службы безопасности ресторана и позвоню в полицию. А потом уж пусть сотрудники правоохранительных органов сами решают, как поступить в сложившейся ситуации.

— А можно как-то без полиции? — девчонка заглянула в лицо Полевого огромными ясными глазами.

Ну чисто ангел во плоти!

— Без полиции? — Полевой сделал вид, что крепко и серьёзно задумался, даже подбородок потёр.

Конечно, ему меньше всего хотелось омрачать свадьбу Юльки Волошиной и Елисея Хлебникова разборками с привлечением силовых структур, но быстро обнаруживать свои интересы перед девчонкой никак нельзя. Такой, как она, палец дай, — она мигом всю руку отхватит.

— Да, пожалуйста, давайте не будем вызывать полицию? Я ведь не успела сделать ни одного снимка. Отпустите меня, пожалуйста!

Больше всего Аркадию хотелось выставить девчонку за территорию, и не просто выставить, а придать ей ускорение посредством пинка, потом сесть в такси и уехать домой. Он устал и замёрз, как собака. Однако в деле необходимо разобраться.

Никто со стороны не должен был узнать о свадьбе, и всё-таки на каком-то этапе произошла утечка информации. Надо выяснить, когда и как это случилось.

— Давай мы отвезём тебя домой, и я побеседую с твоими родителями. Я гарантирую тебе полную безопасность. Либо прямо сейчас вызову полицию. Выбирай.

— Домой, конечно! — воскликнула девчонка. — Только… Может, не надо с родителями говорить? Они понятия не имеют о том, что я здесь.

— То есть, для них в порядке вещей подобная ситуация? Несовершеннолетний ребёнок отсутствует дома почти ночью, и родителям даже не интересно, где их дочь, и чем занята?

— Мама и папа думают, что я на концерте с друзьями.

— Всё, разговор окончен. Быстро в машину, на заднее сиденье. Я поеду на переднем.

Смирившись с судьбой, девчонка устроилась в машине, положила на колени сложенный табурет и фотоаппарат, и назвала адрес. Полевой даже обрадовался: незадачливая папарацци жила не очень далеко от него. Правда, сейчас предстояло ехать более получаса.

— Как тебя зовут? — строго спросил Полевой.

— Женя. Евгения Пепеляева, — мрачно ответила девчонка.

Фамилия была явно знакома Аркадию, но он слишком устал, чтобы вспоминать и сопоставлять.

— А лет тебе сколько?

— Шестнадцать.

— Не такая уж маленькая, — покачал головой Аркадий. — Должна понимать, что если люди сами не хотят огласки и рекламы огромного события в их жизни, нахрапом лезть не следует.

— Понимаю, — вздохнула Евгения.

— Понимаешь, и всё-таки пыталась влезть без спроса туда, куда тебя не приглашали. Откуда ты узнала о свадьбе? Не советую лгать.

— От сестры, — после долгой паузы ответила девчонка. — Но она ни в чём не виновата.

— Сестра? — удивился Аркадий. — А сестра откуда узнала о свадьбе?

И вот тут девчонка, кажется, решила уйти в полное нежелание продолжать диалог. Сложив руки на груди, она отвернулась к окну.

— Я больше ничего не скажу.

— Без своего адвоката? — усмехнулся Полевой. — Молчать не в твоих интересах, а твоё кривляние я терплю лишь потому, что лично заинтересован в выяснении обстоятельств появления на свадьбе постороннего лица. Вот именно твоего лица. Иначе с удовольствием бы передал тебя с рук на руки службе безопасности, и привет.

— Я случайно узнала об этой свадьбе. Подслушала разговор сестры и её подруги. А Елисей Хлебников — он лучший! Вот вы… — девчонка замялась.

— Что "вот я"? — напомнил о себе Аркадий.

— Вы читали его книги?

— Я читал. И читаю.

В глазах девчонки промелькнуло что-то вроде уважения.

— Но какое отношение это имеет к тому, что ты сделала сегодня? Ведь ты намеревалась продать фотографии подороже. Так что не нужно сказок о великой любви к автору, восхищении его талантом, благоговении и трепете.

— Ложь! — яростно выкрикнула девчонка. — Я хотела проверить, смогу ли. А фотографии собиралась оставить себе.

— Допустим. Как вариант, — кивнул Аркадий. — Но меня очень интересуют подробности.

— Какие? Фотоаппарат это мой…

— Он профессиональный. А ты… Ты в каком классе учишься?

— В десятом. Да, я знаю, что фотоаппарат профессиональный. Сестра отдала свой. Ей родители купили новый за успешное окончание универа.

— Сестра увлекается фотографией? Или работает в этой сфере?

— И то, и другое, — буркнула девчонка.

"Понятно. Сестра по какой-то причине не решилась обнародовать свой интерес к свадьбе, потому грязную работу поручила малолетке", — в Аркадии заговорил циник.

В принципе, в прошедшие полгода в нём почти всегда преобладал циник, замолкал только по ночам, и то не всегда. С тех пор, как Аркадий заподозрил Лару в неверности.

Когда-то давно, тринадцать лет назад, у него тоже была красивая свадьба. Только не закрытая, а наоборот, открытая и баснословно дорогая.

Ещё бы! Один из самых влиятельных бизнесменов столицы выдавал замуж среднюю дочь, свою любимицу.

Аркадий и Лариса вместе учились, и он увлёкся ею, ещё ничего не зная о её влиятельной семье. Сам Полевой тоже не был голодранцем и случайным человеком на факультете журналистики: коренной москвич, потомственный журналист.

Отец Аркадия, Виктор Яковлевич, возглавляет одну из кафедр того самого университета, в котором учились Полевой и Лара.

Мать, Оксана Анатольевна, много лет отдала телевидению, хоть и не мелькала на экране. Бабушка всю жизнь проработана на одной из радиостанций, а дед стоял у истоков телевидения.

Лара, жена Полевого… точнее, бывшая жена, потому что буквально несколько дней назад Аркадий получил на руки постановление о разводе… Лара тоже работает на телевидении, и её лицо как раз таки очень узнаваемо.

Аркадий знал, что семья Лары его просто так не отпустит, не проглотит "позор". Даже несмотря на то, что источник-то "позора" — вовсе не Аркадий. Потому пришлось наступить на горло своему "я", задвинуть в дальний угол уязвлённое самолюбие, затаиться и методично собирать неопровержимый "материал"…

— Мы приехали, — сообщила Евгения Пепеляева, и Аркадий быстро выбрался из липких и мрачных размышлений.

Очнувшись от вязких и неприятных мыслей, Аркадий вдруг понял, откуда знает фамилию Евгении.

— На выход, — бросил он Евгении и сам начал выбираться из машины.

Он не собирался соблюдать правила этикета и придерживать перед горе-папарацци двери.

— Володя, минут пять подождать сможешь? — заглянул в салон Полевой. — Я всё тебе компенсирую.

— Без проблем, — кивнул таксист.

Аркадий закрыл двери и нетерпеливо посмотрел на Евгению. Выбравшись из машины, она поправляла клетчатую рубашку и модную курточку.

Тяжело вздохнув, Аркадий закрыл двери у заднего сиденья, потому что пассажирка даже не подумала сделать это.

— Шагом марш домой! — приказал Аркадий. — И если я тебя ещё раз увижу, берегись. Показывай, где живёшь, провожу.

— А родители..? — начала было Евгения, но Аркадий сделал страшные глаза и сдвинул широкие брови, и девчонка быстро зашагала к подъезду, в одной руке сжимая фотоаппарат, который висел на шее, а в другой — складной табурет.

— Интересно, как ты объяснишь родителям тот факт, что прихватила с собой на концерт складной табурет? — усмехнулся Аркадий, "конвоируя" Евгению.

— Придумаю что-нибудь, — легко ответила девчонка. — Скажу, что был квартирник. А может, удастся войти незамеченной. А вы..?

— Я решил сегодня ограничиться предупреждением. Но фотоаппарат я до понедельника изымаю, мне нужно проверить, вдруг ты исхитрилась что-то запечатлеть.

— Ничего я не успела! — испуганно ответила Евгения.

— Тогда и переживать не о чем. Давай, снимай фотоаппарат. Обещаю, что в понедельник ты получишь его обратно. И ещё. В следующий раз можешь не рассчитывать на то, что отделаешься так легко. Советую на досуге обмозговать тот факт, что ты уже достигла возраста уголовной ответственности.

Проводив обрадованную тем, что она отделалась всего лишь лёгким испугом Евгению до квартиры, Аркадий быстро покинул подъезд и сел в такси.