Мира Айрон – Сказки и не только (страница 53)
— Значит, едем к тебе.
— Только учти, я живу с родителями.
— Это прекрасно. Вот если бы ты жила с мужем или с женихом — это была бы катастрофа. Только мне нужно в магазин. Заедем?
— Зачем?
— Во-первых, я не знал, как долго буду ждать тебя в засаде, потому явился без цветов. Это необходимо срочно исправить. Во-вторых, нужно купить букет для твоей мамы. А ещё надо купить вино.
— То есть, ты совсем не смущён тем фактом, что я везу тебя знакомиться к моим родителям?
— Я рад, что ты везёшь меня к своим родителям. Это значит, что мы с тобой мыслим в одном направлении. Это значит, что мы оба перешагнули через обиды и выбрали нашу любовь.
… К Степану ехали уже в одиннадцатом часу вечера. Юля, не изображая ложную скромность, сразу взяла с собой вещи, которые наденет завтра на работу.
Ей не нужно было от Степана длинных словесных построений, заверений и обещаний. Он приехал и нашёл её — этим всё уже сказано.
Вечер дома у Юли прошёл прекрасно. Родители Юли, хоть появление гостя и стало для них полной неожиданностью, приняли Степана очень хорошо.
Степан вёл себя безупречно. Юля даже не подозревала, что он может быть таким весёлым и общительным.
Квартира Степана оказалась расположена в достаточно старом, ещё советской постройки шестнадцатиэтажном доме, на девятом этаже.
— Проходи, Юля, — Степан включил везде свет.
Юля была уверена, что Степан купил крохотную квартирку в одной из новостроек, которые росли неподалёку, как грибы после дождя, потому всерьёз удивилась, ещё когда увидела дом, и до сих пор пребывала в растерянности.
— Просторно, Стёпа!
— Да. Влез в ипотеку, потому что не хотел покупать квартиру, в которой поместятся только кровать, стол и стул.
— А какую хотел?
— Такую, чтобы тут можно было жить семьёй, пока я строю дом.
— Ты собираешься построить дом, Стёпа?
— Собираюсь, Юля. И на этот раз я доведу начатое до конца. Построю дом для нас с тобой и наших детей.
— Ты сегодня совсем другой, Стёпа. А я боюсь поверить в перемены и сглазить своё счастье. Куда подевались обычная холодность и отстранённость?
Степан подошёл вплотную к Юле, обнял её и прижал к себе.
— Мне очень хотелось произвести на тебя впечатление, вот я и напускал загадочности. А что ещё оставалось делать мне, простому провинциальному парню, если я влюбился в тебя, стильную столичную барышню, в первый же день нашего знакомства? Ничего не мог с собой поделать, даже когда был уверен, что тебе нужно только интервью, а не я сам.
— Что должен был делать, говоришь? Просто сказал бы, что влюбился. И не отталкивал бы меня.
— А может, сейчас ещё не поздно всё исправить, Юля?
— Продолжить с того места, на котором мы остановились, ты хотел сказать?
— Да.
…- Волошина, зайди ко мне! — крикнул Полевой, едва Юля появилась в офисе следующим утром.
Интересно, откуда он узнал, что она уже приехала?
— Входи, Волошина, и присаживайся. Что с лицом? Лимон дать?
— Спасибо, Аркадий Викторович.
— Так что насчёт лимона?
— Аркадий Викторович…
— Ладно, пошутил я, не обижайся. Интервью видела?
— Видела.
— Мне уже звонили из журнала, чуть ли не в семь часов утра. Они в восторге, Волошина. Как я и ожидал, предлагают тебе работу. Что скажешь?
— У меня есть работа, Аркадий Викторович, и я не собираюсь её менять. Тем более, теперь, когда с нами собирается заключить договор Елисей Хлебников.
— То есть, ты остаёшься? — лицо Полевого просияло. — Ты молодец, Волошина, настоящий профи и настоящий друг. А я уже прощаться с тобой собирался, приготовил напутственную речь…
— От меня не так уж просто отделаться, Аркадий Викторович. Тем более, вы сами мечтаете о том, чтобы я работала с Чёрным писателем.
— Юля, а ты не можешь у него спросить, когда там продолжение? Сколько можно ждать-то?
Аркадий вышел из помещения ресторана в промозглую осеннюю ночь. Сразу захотелось застегнуть куртку и поднять воротник, только вот беда — куртки у него с собой не было.
Утром, когда он поехал на свадьбу Юли Волошиной и Елисея Хлебникова, на улице было тепло, а солнце грело совсем не по-осеннему, потому Полевой отправился в костюме.
Свадьба была тихая и "закрытая", с минимумом приглашенных: Юлька оказалась такой же далёкой от публичности персоной, как её новоиспечённый муж. Она наотрез отказалась от присутствия коллег по цеху на их со Степаном свадьбе. Были приглашены только некоторые коллеги, и только в качестве гостей.
Наконец темноту рассёк свет фар, и вскоре рядом с Аркадием остановилось такси. Он собирался сесть и уехать, даже за ручку двери уже взялся, когда услышал какую-то возню за углом ресторана…
Конец первой части
Не бойся полюбить меня (продолжение рассказа Чёрный писатель)
Глава первая
— Подождите, пожалуйста, чуть-чуть, — негромко сказал Аркадий водителю такси. — Я доплачу́.
— Может, помощь нужна? — спросил водитель — мужчина средних лет с бойкими чёрными глазами.
— Ну если сами предлагаете, — кивнул Полевой. — Не откажусь. Только тихо.
Водитель пошарил рукой под сиденьем и извлёк оттуда то ли монтировку, то ли маленький ломик.
— А что там? — тихо спросил водитель и кивнул в сторону здания ресторана.
— Понятия не имею, но очень хочу узнать, — шёпотом ответил Полевой.
— Володя, — водитель переложил монтировку в левую руку, а правую протянул Полевому.
— Аркадий.
Они, осторожно ступая, пошли вдоль стены, прислушиваясь к странному шороху, который продолжал доноситься из-за угла.
Ресторан находится за городом, территория охраняемая. Сюда даже такси только определенной фирмы пропускают. Для каждого из гостей был изготовлен специальный индивидуальный разовый пропуск. По периметру ресторана установлены видеокамеры. И всё же кому-то удалось проникнуть сюда, минуя все посты.
Почему-то Аркадий был уверен в том, что обнаружит за углом ресторана папарацци, и не ошибся. На хлипком складном табурете балансировала невысокого роста худощавая девчонка в рваных джинсах, чёрной кожаной куртке, клетчатой рубахе и чёрной бейсболке. В руках у девчонки был достаточно простой и относительно недорогой, но всё же профессиональный фотоаппарат.
— И что ты там хочешь увидеть сквозь жалюзи? — с интересом спросил Полевой.
Девчонка, вздрогнув всем телом, не удержала равновесие и шлёпнулась на влажный газон. Упала так, что фотоаппарат не ударился, и тут же вскочила на ноги.
— Вы не имеете права! — бойко и заносчиво провозгласила нахалка, гордо вскинув голову. — Не подходи́те! Я несовершеннолетняя.
Остановившийся рядом с Аркадием водитель Володя хмыкнул, но приблизиться к девчонке не решился.
— Несовершеннолетняя? — поднял брови Полевой. — Отлично. Вижу, ты хорошо подкована юридически, а это значит, что ты слышала о временны́х ограничениях для несовершеннолетних. Ты не имеешь права находиться на улице после двадцати двух часов одна, без сопровождения родителей или законных представителей. Знаешь об этом?
Девчонка молчала, насупившись.