Мира Армант – Красный волк. Ветер с востока (страница 22)
– Так, мне нравится! – закивал Льенар. – Корабль – это хорошо!
– Остается решить вопрос, как убрать охрану. Хотя бы на десять минут.
– А как часто они меняются?
– Днем – каждые два часа. Ночью – каждые три.
– Почему днем чаще?
– Жарко. Попробуй-ка постой два часа в броне на солнцепеке.
– А где стража отдыхает?
– Казармы стражи находятся за базарной площадью. Разводящий выводит двенадцать караульных и разводит по постам. Пещера – последний пост.
– А тех, кого сменили, он водит с собой?
– Нет. Они уходят в каземат сами.
– То есть, разводящий подходит к пещере с двумя новыми стражами и забирает двоих сменившихся?
– Ну, да. Остальные к тому времени уже в казарме.
– А патрули? Ходят ли по городу патрули? Меня вот, патруль арестовал.
– Ходят. В основном днем, вокруг базара. Ночью их почти нет.
Разговор начал угасать. Оливер плеснул еще аграсы по чашкам и сказал:
– Сегодня мы уже ничего не придумаем. Давай, еще по одной и спать!
– Мы придумаем что-нибудь, – почесал бороду Льенар, – придумаем…
– Не сегодня, Ваше Величество! Слишком много аграсы в нас плещется. Давай, – вор поднял чашку, – еще по одной. И обязательно закусить! Потом спать!
Они оба попытались встать, но ноги отчаянно не желали слушаться. Оливер от души рассмеялся и, вздохнув, посмотрел в небо, потом перевёл взгляд на короля острова Пэй.
– Льенар, прости, но я ещё раз задам этот вопрос. Зачем тебе колдун? Есть время передумать. Насколько я успел понять, он очень опасен. Как бы не навлечь беду.
Потирая переносицу и закрыв глаза, Льенар молчал, но затем серьёзно ответил, не открывая век.
– Все мне это говорили. Морис, Лиам, монахи, все вокруг. Но я не послушал. Он изменил мою жизнь, полностью изменил. Я сожалею о том, что сделал… Но… Я следую за своей судьбой. Я верю в свою судьбу, Оливер… Маг нужен мне.
Вместо ответа стали слышны удаляющиеся шаги Оливера.
Глава XXII. Похмельные замыслы
У него получилось приоткрыть лишь один глаз, но яркий свет из окна, в любом случае, не позволял ничего разглядеть, вызывая приливы головной боли.
Пытаясь скрыться от солнечного света, Льенар застонал и перевернулся на другой бок. При этом, тяжелый свинцовый шар похмелья, перекатился в его голове, больно врезавшись в висок. Укрывшись с головой колючим одеялом, он попытался заставить себя заснуть. Но сон не шел. Он витал где-то рядом, едва касаясь его своим мягким крылом, издеваясь над измученным разумом, ослепляя и обманывая мимолетными и яркими вспышками видений, но не позволяя забыться в спасительном беспамятстве. Не вынеся такой пытки, он сел на постели и обхватил кружащуюся голову неимоверно огромными и непослушными руками. Его сердце встрепенулось и забилось частой дробью, сбиваясь с ритма. Льенар испуганно замер, прислушиваясь к собственным ощущениям. Понемногу сердце успокоилось, горло, схваченное испугом, расслабилось, и он осторожно встал на ставшие тряпичными ноги.
Щуря глаза, стараясь двигаться бесшумно и не слишком резко, не отрывать пяток от пола, он прокрался на кухню в поисках глотка воды. Пошарив по кувшинам и кадкам, он наткнулся на остатки вчерашней аграсы, резкий запах которой вызвал приступ тошноты. С омерзением отодвинул он подальше неприятный кувшин и оглянулся, в надежде все же найти вожделенную воду.
Неожиданно, ледяная волна страха парализовала всё его тело. В дверях, ведущих во внутренний сад, стоял волк и смотрел прямо ему в глаза. Через мгновение Льенар признал в животном Чикуцу, но этот короткий испуг буквально сбил его с ног. Шумно выдохнув, он опустился на пол. Пес, радостно виляя хвостом, подбежал и, в порыве беззаветной преданности, принялся вылизывать лицо и руки, его прикрывавшие. Сопение, теплое дыхание и тычки мокрым носом развеселили Льенара. Он обнял пса за шею приговаривая:
– Дурачок! Ну и дурачок! Хотел напугать? Напугал меня. Подкрался тихо, и напугал. Да?! У-у-у, морда! Напротив солнца ты же похож на волка! Страшный, черт! Но ты же добряк! Да?! Хорошая собака! Хоро… – он осекся на полуслове и задумчиво посмотрел псу в глаза. – Да… Надо подумать! Надо подумать!
Чувствуя себя значительно лучше, Льенар поднялся на ноги и снова оглянулся в поисках воды. Не найдя ее, он схватил кувшин с аграсой, чашку и вышел в сад. Чикуца, виляя хвостом, поспешил за ним.
– Оли! – позвал он вора. – Авак! Есть кто?
Никто не откликался. Льенар забрался в глубину сада и нашел уютный уголок со старыми топчанами и полуистлевшим столиком под дырявым навесом. Завалившись на топчан, он налил себе полную чашку аграсы и залпом выпил. В этот раз напиток показался ему безумно вкусным. Подняв взгляд, он увидел на склонившиеся ветви и большие сливы на них.
– Вот и закуска! – весело сказал Льенар, срывая несколько плодов. – Да! Мне кажется, что я придумал шикарный план. Слышишь, Оли?! Это красиво и неожиданно, а значит – сработает! Да куда вы все подевались?
Он выпил еще чашку, уронил голову на топчан и в блаженстве облегчения закрыл глаза. Боль постепенно отступала. Льенар снова почувствовал свое тело, оно вновь обрело привычные размеры. Почти провалившись в сон, он еще раз повторил:
– Прекрасный план.
– Эй! Ваше Величество! Ли! – донесся до него голос, прерывая целительный сон. Кто-то тряхнул его за плечо. – Ты, что же? Опять напился?! Вставай!
– Я не сплю… – пробормотал он, не открывая глаз. – Я не пьян… Я думаю!
– Я вижу! – звякнув чашкой, сказал говоривший. – Просыпайся!
До его слуха донеслось журчание аграсы, наливаемой в чашку.
– Оставь меня! – потребовал Льенар.
– Давай, вставай! Есть новости. – строго сказал Оливер.
– Какие?
Льенар разлепил веки и, к удивлению своему, обнаружил, что уже закат, а он укрыт шерстяным одеялом. Передним ним сидел Оливер, одетый на манер кхальского крестьянина. Он протягивал Льенару чашку и вид у него был одновременно и довольный и озабоченный. На столе перед ним лежали фрукты и остатки вчерашнего козленка.
– Выпей и поешь. А я тебе, пока расскажу кое-что! Пока ты дрых, Авак смазал колеса своей тележки, на которой возит урожай на базар. Я лег на дно, и он завалил меня мешками с рисом. Сильные ребята эти крестьяне…
Авак провез меня в город. Провез! Сначала-то не хотел, отнекивался. Но золото, друг мой, золото делает людей сговорчивее! Он провез меня через городские ворота. Легко! Знаешь почему? Сегодня на воротах дежурит тот самый муж подруги его сестры. Я тебе говорил, помнишь? Закусывай! Мясо бери! Что ты вцепился в эти… Что это? Сливы что ли?.. Ну, вот! Они хорошо знают друг друга, и вместо досмотра тележки, минут пять болтали еще об одном общем знакомом. А я лежу, не дергаясь. Затаился. И представляешь, так захотелось чихнуть! Аж, слезы из глаз. Но сдержался!
На базаре мы расстались, и я пошел в порт. Значит так! В порту стоят три заморских корабля: Пэйский, лицисианский и с северных земель. На первый, понятное дело, я даже смотреть не стал, обошел его подальше от греха. Корабль с северных земель уходит послезавтра на рассвете. Это я узнал от кривого торговца с этого корабля. Парень оказался хамом. Мой пэйский акцент почему-то его разозлил. За это он лишился кошелька, – Оливер со звоном бросил на стол маленький кожаный мешочек. – А вот, лицисианский капитан оказался веселым малым. Его звать Джузи. Мы с ним посидели, поговорили, выпили немного, потом еще поговорили и договорились. Он будет ждать нас следующей ночью в полной готовности к отплытию. Корабль доставит трех пассажиров и собаку в Лицисию, за каких-то пятьдесят пэйских золотых. По пятнадцать с людей и пять за собаку. За кормежку придется доплатить еще по золотому в день. Можешь не волноваться, – он закинул в рот сливу и продолжил с набитым ртом, я за все заплачу из своих! Мне тоже надо валить отсюда. Если ты, конечно, заплатишь обещанное мне! Единственное, я не сказал ему, что третий пассажир серый. Так что твоему колдуну придется воздержаться от своего ремесла на время пути. Кстати, это около месяца.
Вся картина сложилась, – вдруг посерьезнел он, – кроме одной детали. Очень важной детали. Я подумываю, не выдвинуться ли сегодня ночью в горы, чтобы в нужный момент устроить камнепад на эту площадку у пещеры. Это или убьет стражников, или напугает, или завалит вход. Два к одному.
– Скорее, третье, и точно привлечет внимание всего города.
– Я могу попробовать раздобыть арбалет. Ты хорошо стреляешь?
– Ты же отказался от убийства? Нет, я хорошо владею мечом и ножом. Арбалет не самое надежное оружие, оно скорее ранит.
– А что если…
– Я знаю, что делать! – решительно сказал Льенар. – Наливай! Теперь ты послушай…
Глава XXIII. Солдат спит, служба идёт
Стражники только заступили на пост. Как только шаги разводящего стихли на лестнице, Зейд положил щит, снял шлем, снял с пояса меч и прислонил к горе копье. Поудобнее устроив голову на щит, он сказал напарнику:
– Смотри, сам не засни! Начнешь клевать носом – буди!
– Самый гадкий пост достался нам сегодня… – заметил второй стражник и покосился на решетку ворот. – Как ты можешь вообще спать?
– А где еще спать?! У ворот? У замка? Отличный пост. Никого вокруг. Ты хоть раз видел, чтобы кто-то проходил по лестнице? Я нет.
– Ты же знаешь почему люди не ходят по этой тропе. Если бы не служба, никто бы не смог заставить меня здесь появиться.