Минора Бонье – Призрачный свет двенадцатой галактики (страница 2)
Мне повезло трижды: я получила распределение в общежитие рядом с бассейном, недалёко находилась столовая, где очень вкусно кормили и по вечерам разрешали уносить с собой булочки и молоко, выдаваемое в маленьких бутылочках; а самое главное – из моих окон открывался вид на взлётную площадку. Я с жадностью смотрела на корабли, стремительно поглощая свой завтрак. Даже в ненастную погоду они выглядели великолепно. Да, я мечтала однажды отправиться в Дальний Космос, как и мой без вести пропавший дед. Но сейчас приходилось таращиться в телескоп и делать пометки в журнале наблюдений.
Дверь астрономической лаборатории громко хлопнула. Я повернула голову и увидела пятикурсницу, девушка сменила синюю форму на лёгкий спортивный костюм, видимо, собиралась ещё успеть на пробежку. Она уселась за пульт и начала вводить данные, сервер натужно заурчал, перенастраиваясь на нужные частоты. Я принялась грызть орешки, пытаясь не думать о сладких булочках , которые сейчас лежали на подносах в столовой. Если брошу глупую работу, то камеры видеонаблюдения сразу же отправят отчёт ректору и мне влепят новые штрафные баллы.
Впрочем, я не отчаивалась, ведь сумела удержаться на курсе, да и профессор Генри Паттерсон выглядел вполне себе дружелюбным. Скука одолела меня, орешки в пакетике закончились. И тогда я совершила ещё одну роковую ошибку. Да, за последние два дня – два серьёзных промаха. Но о первом даже думать стыдно! Я сместила телескоп вниз, и всевидящее, красное око заскользило по окнам общежития. У курсантов не было ничего интересного, а вот в преподавательском домике разыгралось настоящее представление.
Госпожа Натали Роуз в адски сверкающем красном платье угрожающе размахивала руками, стоя у окна. Эта душераздирающая драма разворачивалась на третьем этаже, поэтому никто не удосужился опустить жалюзи. Женщина, кажется, ещё и кричала, судя по тому, как вздулись её вены на шее. Натали Роуз была легендой нашей Академии, она успела послужить в космодесанте и бороздила просторы Дальнего Космоса. А ещё она хорошо знала моего деда, ведь вместе с ним побывала в одной из экспедиций. И вот сейчас Натали на кого-то от души кричала. Я сместила телескоп чуть левее и ахнула… Ректор Гэбриел Норрис!
Крошечное полотенце едва держалось на его узких бёдрах, пресс кубиками, рельефные мышцы – да у меня чуть челюсть не отвалилась. Всегда гладко зачёсанные волосы назад разметались по плечам. Ректор тоже что-то кричал в ответ Натали Роуз, сжав кулаки. У меня на мгновение потемнело перед глазами, уж слишком сильно я напрягла слух, хотя никак не могла услышать их вопли. Но так хотелось погрузиться в их умиротворённую атмосферу!
Натали подскочила к ректору и со всей силы ударила его по плечу. Я затаила дыхание, следя за полотенцем. Упадёт или нет? О, нет! Кажется, полотенце намертво приклеилось к его бёдрам. Жаль! Я замечталась и пропустила момент, когда ректор подошёл к окну. И он заметил красное, всевидящее око. Я по его узким змеиным губами прочитала: «Робин Блэйк»!
– Мне конец! – сдавленно прошептала я, дрожащими пальцами вбила координаты созвездия медведицы и быстро занесла запись в журнал.
Пятикурсница, сидевшая недалеко от меня, обернулась и спросила:
– Ты что-то сказала?
Я ответить не успела, громко хлопнула дверь, и в астрономической лаборатории появился при полном облачении ректор Гэбриел Норрис.
– Робин Блэйк, – хрипло прошипел он, нависая надо мной.
– Да? – я напустила на себя невинный вид, обдумывая, как избежать очередного наказания.
– Ты!.. – и тут ректор заметил пятикурсницу, он шумно выдохнул, выпрямился и отступил на шаг назад.
Девушка с изумлением смотрела на Гэбриела Норриса, словно не могла поверить своим глазам. Я тоже глянула на него, стараясь быть непредвзятой. Он за несколько махов минуты сумел облачиться в форму, все пуговички были наглухо застёгнуты, нашивки сияли на манжетах и воротнике, волосы гладко зачёсаны, ни единой пылинки. Ах, вот оно что! Наш абсолютно идеальный ректор надел разный носки. Чёрный на левой ноге, а синий – на правой. О, ужас Дальнего Космоса! Пятикурсница это заметила и была глубоко потрясена, ректор покраснел, задыхаясь от ярости.
– Робин Блэйк, – прохрипел Гэбриел Норрис. – Немедленно зайдите ко мне в кабинет!
Ректор развернулся и покинул астрономическую лабораторию. Пятикурсница перевела изумлённый взор на меня.
– Ты его?..
– Любовь всей жизни, – томно выдохнула я, изображая влюблённую курсантку.
И вот к моему второму промаху добавился и третий, завтра вся Академия будет знать, что я любовница ректора. А всего-то надо было прикусить свой длинный язычок! Но я не смогла сдержаться. Держись, Робин Блэйк, Дальний Космос уже ждёт тебя!
Глава 4
Я спешила к ректору, сгорая от непристойных мыслей. Интересно, а у него удобный стол для свиданий с курсантками? Я подскочила к двери преподавательского корпуса и… всё. Двери не отреагировали на моё появление, оставшись плотно закрытыми. Я попыталась их раздвинуть, перед моим носом вспыхнуло интерактивное окошко с кислой миной секретаря, созданного искусственным интеллектом. Он окинул меня равнодушным взором и выдал тонким, безжизненным голосом:
– Робин Блэйк, курсант второго курса, ожидайте приглашения от ректора.
– Он меня уже вызвал, – недовольно пробурчала я, отступая от неприступной двери.
Секретарь не снизошёл до пояснений, экран погас, и я осталась одна в безлюдном коридоре. Вот тебе и вечерняя интрижка с ректором! Впрочем ,скучать было некогда. Послышался сильный гул, а потом взлётную площадку осветило множество прожекторов. Я прилипла лицом к стеклу, наплевав на все приличия, пусть даже с той стороны и смотрелась по-идиотски, сейчас всё моё внимание было приковано к челноку. Правый борт корабля украшала эмблема Дальнего Космоса: звезда на фоне летящей ракеты. Боже! Это ведь мечта всей моей жизни! Я хотела стать пионером Дальнего Космоса, бороздить на кораблях ледяной мрак и совершать открытия. Челнок явно спустился с орбиты, значит, межпланетарный корабль недавно прибыл. Но в расписании полётов об этом ничего не было сказано.
– Робин Блэйк, – окликнул меня секретарь. – Ректор вас ожидает!
– Ага, иду, – отозвалась я, продолжая пялиться на корабль.
К округлым дверям подогнали трап, повалил густой белый дым, а потом… Божечки! Капитан корабля в серебристой форме первым спустился по трапу. Кажется, у меня потекли слюни. Какой же он был красивый! Высокий, стройный, широкоплечий, с тяжёлой походкой после невесомости. Всё, я влюбилась в него с первого взгляда!
– Робин Блэйк! – голос секретаря сорвался на визг.
– Да иду, – пробурчала я и отлипла от стекла, тяжко вздохнула и двинулась в кабинет ректора за штрафными баллами.
Не знаю, в какой момент в голову пришла эта шальная идея, но мне захотелось пошутить над злобным Гэбриелом Норрисом. Я расстегнула верхние пуговицы куртки, чтобы стал виден вырез белой майки, чуть ослабила ремень, и теперь мои штаны едва держались на бёдрах. Ну, держись, Гэбриел Норрис! Я со всей силы толкнула дверь в кабинет ректора. Перепрыгнула через порог и резво воскликнула:
– Вызывал.. ли?!
Первой ко мне повернулась Натали Роуз, уже успевшая переодеться в форму Академии. Вторым – профессор Генри Паттерсон, ну а третьим был сам Гэбриел Норрис.
– Робин, – обрадовался профессор и шагнул ко мне.
Я же от стыда не могла и с места сдвинуться. Ну, не зря же меня секретарь сразу не пустил к ректору? Нет бы насторожиться и вести себя прилично.
– Добрый вечер! – раздался за моей спиной бас.
Моя нижняя челюсть отвисла, я уловила запах топлива и дезинфектора, которым обрабатывали скафандры и форму астронавтом, вернувшихся из Дальнего Космоса. Эти запахи мне были знакомы с детства. Но этот голос, кажется, принадлежал, капитану прибывшего корабля. Ремень не справился с нервной нагрузкой, язычок предательски изогнулся, и мои штаны поползли по бёдрам. Лицо Гэбриела Норриса вытянулось, Натали Роуз прикрыла рот ладонью, скрывая усмешку, профессор Генри Паттерсон ничего не заметил, а вот капитан… Капитан спас меня от позора. Он шагнул ко мне и обнял за талию, не давая моим штанам позорно убежать.
– Какой горячий приём, – добродушно пробасил он мне на ухо.
– Юстас! – профессор Генри, кажется, вообще не обращал внимания на пикантную ситуацию. – Как я рад тебя видеть! Как всё прошло?
– Отлично, – ответил капитан.
Я справилась с ремнём, одёрнула куртку и отступила к стене, сгорая от стыда. Большего позора и придумать было невозможно!
– Юстас, давай сразу перейдём к делу, – попросил Гэбриел Норрис, странным образом обратившись к капитану на «ты», либо они старые друзья, либо вновь прибывший был в прямом подчинении ректора.
– «Осколок мечты» отбуксирован на орбитальную станцию за поясом астероидов, – отрапортовал Юстас.
У меня сердце перестало биться. Дед в последнюю экспедицию улетел на корабле с красивым названием «Осколок мечты». Они нашли его?! Он жив?! Нет, слишком много прошло времени. Слишком много даже для моего деда.
– Нам удалось найти походный дневник Эвана Блэйка, – продолжил говорить Юстас. – Мы его оцифровали, но всё равно часть записей остаётся непонятными.
– Его внучка нам поможет, – промолвила Натали Роуз.
– Я?!
Все обернулись ко мне, я же хотела провалиться сквозь землю.