Мина Гош – Хайо, адотворец (страница 64)
Эта книга не антропологический труд по японской культуре или по истории Японии.
Это фантазийный мистический роман, где я позволила себе поиграть и с тем, и с другим.
Все боги здесь вымышленные. Даже если они, как Омононуши-но-Оками, называются именами настоящих богов, их мифология и черты совсем другие. Мироустройство книги перекликается с эпохой Эдо, но не повторяет ни один из ее реальных периодов. Театр син-кагура вдохновлен образом кабуки, но это не кабуки. Мода на одежду и прически в большей степени близка к периодам Тайсё, Мэйдзи и современности, чем к Эдо, а в описаниях рисунков на ткани я вообще соединила несколько стилей сразу. На обложке, например, изображен костюм эпохи Хэйан, но расцветка его совсем далека от характерной для этого периода. И это нормально: ведь история послужила лишь скелетом, на котором я выстроила свое повествование, и трамплином, с которого оно отправилось в путь, но я не привязана к ней намертво.
Было немножко сложно определиться с лексикой, поскольку японисты старой школы переводят японское слово «ками» как «боги», противопоставляя его понятиям «дух» и собственно «ками». Это неоднозначное решение, так как они «отличаются» от привычного для этих людей представления о богах, но я, со своей стороны, не понимаю, почему боги не могут быть действительно разными и при этом оставаться богами. Иногда мне кажется, что называть их иначе, нежели богами, значит преуменьшить их важность в общей канве японской культуры, поставить их «ниже» остальных богов всего мира в плане культурной значимости. Лет через десять я, возможно, поменяю свое отношение, но сейчас я совершенно нарочно зову их словом «боги».
Моя сказка строится на истории бога эн-мусуби, который не способен создавать собственные эн. По всей Азии можно найти понятия, родственные эн и связанные с буддийской концепцией пратьяя, – это и юаньфэнь в Китае, и инён в Корее. Эн, инён и юаньфэнь записываются практически одним и тем же китайским иероглифом 縁, и хоть у этих понятий общего больше, чем различного, я почти ничего не знаю о нюансах их трактовки вне культуры Японии, так что не могу и не буду рассуждать о них.
Благодарности
Ну вот и финальные титры. Говоря бессмертными словами песни, начнем, пожалуй, не с конца.
Спасибо: моему агенту Лидии Сильвер, которая взялась за рукопись, отстаивала книгу со всей той энергией, которой мне иногда не хватает, и верила, что пришло время для этой истории; Кристине Иган, которая распространяла информацию о Хайо за границей!
Моей команде в Scholastic, Ясмин Моррисси и Лорен Форчун, – за всю вашу веру, амбициозность и отношение к этому странному проекту; Полли Лайалл Грант, которая появилась как раз посреди игры в редакторскую «дженгу»; Женевьеве Герр, которая имела дело с огромной рукописью, а затем со мной, когда я пересылала эту же огромную рукопись произвольными кусками в три часа ночи. Джейми Грегори, который мягко подтолкнул меня к тому, чтобы я показала свои рисунки – ужас! – как полагается, и который очень азартно спорил со мной по поводу обложки; Тирни Холм, которая прочесала две версии рукописи, чтобы составить бриф на иллюстрации; Саре Даттон, которая контролировала весь редакторский процесс и спасала меня (за что я очень благодарна), добиваясь сдвига дедлайнов; Венди Шекспир, которая заботилась обо мне на последних этапах работы над рукописью; Гарриет Данли, Ханне Гриффитс и Эллен Томсон из отдела рекламы и маркетинга – за все ваши волнения и идеи; Кэтрин Коу – вопрос о туалете никогда не перестанет меня забавлять; Жуй Нин Чанг, которая вычитывала так, что комар носа не подточит.
Эрике, которая читала первый черновик главу за главой, когда он был в полном беспорядке, – храбрый человек!
Мейзи Чан, которая подтолкнула меня к получению стипендии WOWCON и служила мне источником писательской мудрости и поддержки с момента первого сообщения в соцсетях; и всем вам, замечательным писателям из Bubble Tea Writers Group – за советы, товарищество, димсамы, поддержку, объятия и надежду, когда было трудно.
Тарику, Акеми, Оливии, моим друзьям онлайн и в реале; Гришме, Роне, Хелене; Джейми и Кеничи; Талии, жаворонку, которая заставляла меня писать во время учебы в магистратуре; Барбаре и Гвенафайе, которые видели отрывки и примеры переписанной книги и радовались за меня; Руперту Дастуру, чье писательское путешествие, похоже, идет параллельно моему. Вы, ребята, слышали меня на моих максималках и минималках этого проекта, и спасибо, что помогли мне пройти через все.
Книгам, манге и историям но, которые послужили основой для создания этого романа; серии «Онмёдзи» Юмэмакуры Баку и фильмам по ней; детективу Конану (Аояма Гошо) и его полицейским, указывающим на то, что произошло незапланированное убийство, а детектив
Великому святилищу Идзумо и окружающей его мифологии; богам моей семьи и дома.
И наконец, тебе, читатель – скорее всего, далекий незнакомец. Спасибо, что читаешь и что добрался до конца. Пусть тебе всегда попадается нужная книга, когда ты в ней нуждаешься. Береги себя.