Мин Чихён – Моя безумная бывшая (страница 13)
Но почему звонок оборвался? Я снова набрал ее номер. Телефон все гудел и гудел, но она не отвечала. Ближе к двадцатому гудку она приняла вызов.
– Звонок оборвался.
– Я сбросила.
– Почему?
– Если собираешься продолжать свою речь, я сброшу. Не хочу слушать это.
Я так опешил, что ненадолго завис.
– Ладно, но зачем звонок-то сбрасывать? Нет, женщины и правда к клевете слишком несерьезно относятся! Есть люди, которые уже здорово пострадали от этого!
– …
– Алло! Эй!
Нет, она снова бросила трубку! Но и мое терпение было на исходе. Я глубоко дышал, пытаясь обуздать кипевшие внутри чувства. Пассажиры рядом, наверное, странно на меня смотрели, но взять эмоции под контроль мне не удавалось. Да как она смеет вести себя так со своим парнем? В конце концов я не совладал с собой и, чуть ли не до трещин вдавливая палец в экран, набрал:
Чем больше я писал, тем сильнее распалялся.
А на что она надеялась, когда выливала на меня все это? Я ведь не насильник и не судья! И не рэпер, который поет какие-то странные песни! Хотелось, чтобы она быстрее прочитала и ответила. Внутри бурлил крутой кипяток. Пока я изводился, сообщения отметились как прочитанные. Ну посмотрим, что она теперь скажет! У меня даже сердце заколотилось.
Пришло сообщение:
Вот непробиваемая!
«Мейнсплейнить»? Это вообще что?
Продолжая негодовать, я оспорил каждое ее слово, но она больше ничего не ответила. Просто невероятно! Меня буквально распирало от досады и злости. То есть она хочет, чтобы я просто поддакивал всему, что она несет? Думает, она всегда права? Вот поэтому их и называют фем-наци! Очень хотелось излить свой гнев на каком-нибудь форуме. Нет, правда, да разве есть еще на свете такие парни, как я?
Но, честно говоря, когда я вспомнил, с чего все началось, сказать мне стало нечего. Я ведь сам вызвался «лечить» ее от феминизма. Только вот я и представить не мог, насколько она несговорчивая.
Успокоить возмущение мне не удавалось, поэтому я решил найти информацию обо всех упомянутых ей происшествиях и изучить их с непредвзятой, объективной точки зрения. Первым делом я вбил ключевые слова на новостном портале. Но сводок об изнасилованиях оказалось гораздо больше, чем я ожидал. Может, поэтому появилось выражение «царство насилия»? При этом многих по таким делам оправдали. Я полистал еще немного, осознав, что ничего не понимаю, и бросил это занятие.
Пыхтя, я добрался до дома, поужинал и, чтобы немного отвлечься, включил видеоигру. В тот день мне очень везло: я одержал несколько побед. Вот только настроения все равно не было. Пока играл, время от времени заглядывал в телефон, но новых сообщений не поступало.
Нет, все равно она неправа. Нельзя же просто взять и ни с того ни с сего бросить трубку! И уж точно извиняться теперь должна она.
На следующий день сообщений от нее тоже не приходило. А мне не хотелось звонить первым. Стоя на станции, я смотрел на экран телефона, на котором светился ее номер, и не мог решить, как поступить.
Может, написать ей: «Ты не обнаглела?» Нет, тогда она прочитает, снова ничего не ответит, а я буду изводиться.
Я зажмурился и, не глядя, нажал кнопку вызова. Пока шли гудки, я перенервничал так, как не нервничал за всю свою жизнь. Ближе к двадцатому гудку я решил, что всё – не возьмет. Но в этот миг она все же приняла вызов.
– Алло?
Ее голос звучал для меня так, будто я не слышал его сотню лет. Но безразличие из него никуда не делось.
– Злишься?
– Нет, я вполне уравновешенная и мыслю очень трезво.
– Хорошо. За меня не переживаешь?
– А есть причина?
Какая же ты! Прошел всего день, но мне вот безумно интересно, как ты спала, во сколько встала, что ела, что было на работе, не встречала ли того извращенца-писателя!
– Да ладно, проехали. – Я разочарованно вздохнул.
Помолчав, она произнесла:
– Я ведь говорила, что так и будет. Я не хочу тратить нервы на все это.
– Я тоже подумал и решил, что нам лучше просто обходить эти темы. Тогда все будет нормально. Мы прекрасно поладим, если не будем их затрагивать.
– Да, именно поэтому я и не говорила. Ты сам спросил.
– Да нет, я…
Я что, знал, что так выйдет?
– Стресс из-за таких вещей, злость и уныние – это и есть моя повседневная жизнь. Об этом я с тобой говорить не собиралась, поэтому и сказать мне было нечего.
– …
– Ты спрашивал, почему я ничего не рассказывала. Да потому, что ты не поймешь.
Мало того что рот открыть мне не дает, так еще и хвастается отвратительным умением повторять одно и то же!
– А что, по-твоему, я должен делать, когда слышу все это? Я ведь не могу вынести кому-то обвинительный приговор, не могу расправиться со всеми, кто тебе не по душе.
– А разве тебя кто-то просит?
– Что тогда?
– Ты можешь искренне негодовать вместе со мной из-за этого оправдательного приговора.
– Нет, ну ведь бывают случаи, когда…
– Прощаемся?
– Эй!
– Может, для начала нужно просто выслушать и посопереживать?
Говорит так, будто это просто! Я ведь не поддерживаю ее точку зрения!
– Но я же мужчина. Такие разговоры послушать, так все мужчины – потенциальные преступники. Ты как будто меня лично обвиняешь! Знаешь, как неприятно?